Книга грез
Шрифт:
Джерсен простоял минут десять, наблюдая за парой кукол, играющих в шахматы. Куклы изображали Махолибуса и Каскадина – персонажей Комедии Масок. Каждый уже выиграл у противника несколько фигур. Они играли, ненадолго задумываясь над каждым ходом. Когда один забирал фигуру другого, тот кривился от злости. Махолибус сделал ход и сказал скрипучим голосом: «Шах и мат!» Каскадин закричал от досады, ударил себя по лбу и вскочил, опрокинув стул, но через минуту взял себя в руки. Куклы расставили фигуры и начали новую партию…
Джерсен вошел в магазин,
Прогуливаясь по Корриб-плейс, он добрался до редакции «Экстанта», но задержался у витрины «Хорлогикона», изучая настенные часы, отделанные завитками тумана. Световые пятна показывали время. «Интересно, но непрактично», – подумал Джерсен и увидел Джиана Аддельса, который свернул на Корриб-плейс и направился к редакции. До назначенного времени оставалось еще несколько минут. Аддельс остановился рядом с Джерсеном, чтобы выровнять дыхание. Внимательно оглядевшись, он так и не заметил Джерсена и шагнул к двери.
– Сэр, – позвал Джерсен. – Вы кого-нибудь ждете? Аддельс, обернувшись, застыл в изумлении:
– Мой дорогой друг, я не узнал вас! Джерсен холодно улыбнулся:
– Этот костюм мне предложили в отеле. Им кажется, что мой обычный наряд слишком уж зауряден.
– Человек заявляет о себе своим костюмом, – сказал Аддельс совершенно серьезно. – Элегантный человек носит элегантный костюм, подтверждая свой статус, хотим мы этого или нет. Встречают по одежке…
– По крайней мере, я отлично замаскировался, – улыбнулся Джерсен.
Аддельс сразу же перешел на повышенные тона:
– А зачем вам маскировка?
– Мы – вы и я – связались с удивительным человеком. Этот безжалостный убийца одновременно и аристократ и вполне может остановиться в отеле «Пенвиперс».
Аддельс состроил мрачную гримасу:
– Не ожидаете ли вы, что он прибудет сюда?
– Я не знаю, чего ожидать. Мы опубликовали его фотографию, а ведь он долго скрывал свою внешность.
– Пожалуйста, не говорите слово «мы» так часто. Но я согласен, журнал привлечет внимание.
– Это малая часть моего плана. Он захочет узнать, кто заинтересовался им, и начнет расследование.
Аддельс засопел:
– А если он просто решит уничтожить это здание Целиком?
– Нет, – возразил Джерсен. – Он захочет узнать, в чем тут дело.
– Он попытается проникнуть в издательство. Будет очень трудно остановить его.
– Я даже помогу ему.
– Это опасно!
– Его заинтересованность сыграет нам на руку. Мы подманим его поближе, а затем попробуем организовать встречу. Вы станете посредником…
– Ни за что! Никогда! Даже через миллион лет я не соглашусь! Нет!
– Думаю, никакой опасности, пока он не удовлетворит свое любопытство, нет.
Аддельс не поддавался на убеждения:
– Это то же самое, что говорить, будто тигр не станет есть стреноженную козу, пока не обнюхает.
– Не самое удачное сравнение.
–
– Как скажете.
Аддельс все еще не успокоился:
– Когда, по-вашему, он появится?
– Сразу же, как увидит фотографию. Тогда он подошлет кого-нибудь, а возможно, прибудет и собственной персоной. Несколько дней нам нужны на подготовку.
– Затишье перед бурей, – вздохнул Аддельс. Джерсен засмеялся:
– Не забывайте, это мы разработали план, а не Трисонг. Пойдем, я приглашаю вас на ленч в «Пенвиперс», если, конечно, вас пустят в обеденный зал.
На дверях редакции «Экстанта» появилась табличка:
ВНИМАНИЮ ПОСЕТИТЕЛЕЙ!
Проводится набор сотрудников. Требуется помощь
в подведении итогов конкурса по идентификации
фотографии. Предпочтительно, но не обязательно,
чтобы желающие прошли собеседование.
Желающие, войдя в редакцию, попадали в вестибюль, разделенный стойкой. Слева находилась дверь, надпись на которой гласила:
КОМНАТА ОРГАНИЗАЦИИ КОНКУРСА
Только для персонала
Дверь справа была помечена:
РЕДАКЦИЯ
За стойкой посетителей встречала миссис Миллисент Инч – энергичная темноволосая женщина средних лет, которая неизменно одевалась в длинную черную юбку, бледно-голубую блузу с красной каймой, шапочку с красным козырьком и лакированные черные туфли. Миссис Инч выполняла роль сита, выставляя за дверь ненужных посетителей. Некоторых она отсылала во внутреннюю комнату, где они заполняли анкету под наблюдением управляющего, мистера Генри Лукаса, который, судя по костюму, относился к рафинированной аристократии. Черты его лица были приятны, но немного резковаты, широкий искривленный рот с тонкими губами, черные волосы тщательно уложены надо лбом и ниспадали прядями на бледные щеки.
После обычного приветствия Генри Лукас усаживал посетителя в задней части комнаты и просил ответить на вопросы анкеты. Кабина и стол были сделаны специально для этого случая и соответственным образом оборудованы, снабжены различными индикаторами и датчиками, которые откликались на дрожь, движения век, изменение кровяного давления и прочие реакции. Индикаторы – цветные огоньки – горели на столе Джерсена и высвечивали сложным узором ответ на каждый вопрос.
Джерсен тщательно составлял вопросы, стремясь к тому, чтобы ответы и сама реакция на них дали как можно больше информации, даже если сами вопросы казались невинными.