Книга Иджила

Миллс К. Дж.

Иджил будто поплыл. Он увидел зелень Болдера, фамильный дом и безоблачное синее небо над ним. Медленно он впитывал тепло и уют этого далекого мира. Он ощутил солнце, услышал глубокий голос отца, легкий звонкий голос матери, заливистый смех братьев и сестры. Эти голоса были его собственными воспоминаниями. Он вспомнил медленное обучение Сольвейг отделять память от Видения. Он опять взглянул в зеркало, закрывая путь воспоминаниям. Возможно, ему поможет мысль о цели, ради которой он стоит здесь.

6

Иджил нашел

Магнуса и Фригдис в той комнате, где он в первый раз проснулся. Теперь он принял ее за больницу. Они читали, сидя на скамейке возле бассейна с темной водой. Иджил не мог удержаться, чтобы не сообщить хорошую новость, и выкрикнул, не доходя до них, через всю комнату:

— Вижу! Я вижу!

Магнус опустил книгу. Фригдис подняла взгляд от своего вязания и воскликнула:

— Ах!

— Покажи нам, — сказал Магнус, вставая с места.

Все трое пошли в комнату проведения Сеансов, где Иджил объяснил, что он видел в зеркале, потом нажал пальцами углубления в панели. Он передумал и вместо этого сложил руки за спиной.

«Мне не надо дотрагиваться до зеркала», — объяснил он.

Он сосредоточил взгляд на золотой проволоке и подумал о Карне. Тот появился почти тотчас же, сидящим в зале или библиотеке вместе со своим секретарем Таном Орконаном, худым стариком с заостренным лицом, и с Кит. Иджил узнал в старике бывшего секретаря Карна, покинувшего Онтар как раз перед прибытием Иджила.

Все они, казалось, обсуждали что-то очень серьезное. Даже обычно очень живая Кит спокойно сидела, грациозно сложив руки на коленях. Потом Иджил заметил высокую, худощавую фигуру в тени позади Кит.

— Доблестная леди Агнес, — пробормотал он. — Страж приличий и девичьей добродетели. — Наверное, дело серьезное, раз она смогла заставить Кит сидеть как даму.

Он попытался вспомнить, кем леди Агнес приходилась Карну, но оставил эту мысль. Его мысли почти полностью сосредоточились на мести Ричарду на протяжении всего его пребывания в Онтаре. Образы заколыхались и постепенно исчезли, потому что Иджил перестал мысленно сосредотачиваться.

Магнус звучно похлопал его по плечу:

— Хорошо! Замечательно! Даже без рук.

Фригдис дотронулась до его сжатых рук и спросила:

— Это то, что ты увидел в зеркале? То совещание насчет невесты, жениха и приведения наследника в Дом Халареков?

«Так вот оно что! Значит, Кит должна выйти замуж. Ну что ж, ей шестнадцать лет, и она уже достаточно взрослая». — Иджил покачал головой.

— Нет, я видел Ричарда в Бревене.

Глаза Фригдис засияли:

— О, замечательно! Прекрасно. Теперь ты не будешь связан кровными узами. — На ее лице сверкнула улыбка. — Некоторые связи остались, ты знаешь, но мы могли бы что-нибудь тут придумать, хотя это было намного труднее. Верни свое Видение.

Иджил вспомнил крошечную комнатку с узкой кроватью и постарался извлечь из памяти этот образ, но вместо этого перед ним возник садик. Начинались сумерки. Какая-то тень двигалась вдоль стены, потом этот образ стерся.

— Что-то не

то, да? — вопрос Магнуса прозвучал скорее как утверждение.

— Да, и не могу понять, почему. Мысленно я представляю эту комнату, как будто я был там.

— Это тоже часть подготовки. Мы и не думали достичь всего так быстро.

— Фригдис казалась ничуть не разочарованной из-за предстоящего изменения урока.

— Ты скоро научишься видеть то, что нужно, и именно тогда, когда нужно. Теперь ты готов к своему испытанию, — сказал Магнус.

Фригдис взглянула на Магнуса и неодобрительно покачала головой. Тот не обратил на нее внимания.

— Годи хочет, чтобы ты применил свои умения Наверху, прежде чем они тебе действительно понадобятся. Ты еще не достиг полной силы, на это понадобится как минимум два-три месяца. В Верхнем Мире только начинается весна, и до Новогодней Оттепели далеко, так что мы успеем выяснить, хорошо ли ты перенесешь холод и насколько надежно тебя защитит одежда и снаряжение, не подвергая тебя при этом большой опасности. Как уже было сказано, охота может оказаться долгой. Ты должен помнить, что мы не часто бываем Наверху, потому в наших планах могут быть упущения, что-то могло забыться новыми поколениями, ведь прошли века.

У Иджила похолодела в жилах кровь. Он и не думал, что Наблюдатели даже не имеют точного представления о погодных условиях Верхнего Мира. Он взглянул на свои руки. Неужели придется опять расплачиваться руками и за эту охоту?! Он помнил боль и полное онемение рук. Он заставил себя отогнать эти мысли.

— …к тому времени до Места Жертвоприношения останется пятьдесят километров, — говорил Магнус, — так что при необходимости тебя можно будет спасти. Испытание начнется через два дня. — Магнус повернулся, чтобы уйти.

— Магнус! — предостерегающе произнесла Фригдис.

Магнус с раздражением обернулся.

— Что еще? Хочешь, чтобы я рассказал об испытании все?

Фригдис чуть заметно покачала головой.

— Значит, о кошках Дюр? — Когда она кивнула, Магнус скорчил гримасу.

— Думаешь, Годи не рассердится, что я присвоил себе его полномочия?

— Может, старый Годи и рассердился бы, но только не мой брат.

Магнус взглянул на Иджила:

— Ты, наверное, уже слышал о кошках Дюр?

Иджил кивнул.

— Кошки Дюр — это настоящее испытание. Надо будет подобрать подходящее снаряжение, прежде чем идти за ними. Кошки Дюр, пожалуй, самые умные и самые злые из всех известных в природе животных. На протяжении столетий Старкер-4 экспортировал их как животных-гладиаторов, пока не перенасытились рынки в других мирах из-за их широкого разведения там и не наступившего исчезновения здесь. Ростом они нам по колено, черные, с когтями длиной шесть сантиметров ярко-желтого цвета.

В других мирах их знают исключительно как «убивающую ярость», которая не стихает, пока жива сама кошка или любое живое существо в пределах ее досягаемости. Этим они похожи на наших берсеркеров, только с шерстью.