Книга Иджила
Шрифт:
— Господа, жюри объявило, что покушение на мою жизнь на борту «Альдефары» было делом рук Астена Харлана. Гильдия предоставила нам отчет, а ее ни разу еще мы не могли упрекнуть в нечестности. Я хочу знать, сомневается ли здесь кто-нибудь в словах Гильдии?
Никто не произнес ни слова. Все боялись. Гильдия и так уже была ими недовольна.
Карн подождал несколько мгновений, чтобы значение его слов лучше дошло до всех, а затем продолжил.
— Я предлагаю отчет Гильдии и приговор, вынесенный капитану «Альдефары», считать основанием для того, чтобы продлить на неопределенное время опеку Дома Харлана. Если этого недостаточно, то
Ричард Харлан стукнул ладонью по столу.
— Это приказал сделать мой отец. Я не могу отвечать за его поступки! Не могу! И я не хочу слушать врага моей Семьи.
Карн показал пальцем на Харлана и, весь дрожа от гнева, произнес:
— Вы были там, над пустыней Цинн. И это вы начали осаду раньше положенного срока.
— Я сделал предупреждение, как того и требовал закон.
— Да, сделали, — холодно усмехнулся Карн. — Вся планета слышала это. Однако спустя тридцать восемь дней только жители моего Дома слышали шум приземлившихся у замка флайеров Харлана.
— Ты лжешь! — Ричард Харлан облокотился о свой стол, его лицо стало красным от гнева.
— Я говорю правду! — Карн отвернулся от Харлана и по очереди пристально посмотрел на каждого из оставшихся лордов из Девяти Семей. — У меня есть фотографии Гильдии, которые являются доказательством всего, что я говорил, как относительно осады, так и нападения над пустыней Цинн. Дом Харланов ставит себя выше наших законов. Это очень опасно для всех нас, не только для Халареков. Мы должны проголосовать за продолжение опеки!
Гормсби ударил молотком по столу и закричал:
— Я здесь Председатель!
С задних скамей Домов фон Шусса и Джастина раздались свист и насмешливые возгласы:
— Вы, неужели?
— Я сам объявлю о голосовании, — упрямо продолжал Председатель.
— Голосовать! Голосовать немедленно! — послышались крики обитателей малых Домов.
— Я сделал требуемое предупреждение, — перекрывая шум множества голосов, закричал Ричард Харлан. — Верните мне мое законное право!
Неожиданно среди Свободных послышались бурные возгласы протеста.
— А вы не вмешивайтесь в наши дела! — заорал на них Ричард.
— Осада замка, нарушение закона Совета — это и наше дело. Это дело всейпланеты. — Харим Гашен стоял, размахивая снимками Гильдии.
Карн вскочил на стол.
— Девять Семей должны жить по своим законам, — голос его перекрыл все остальные голоса. — Эти законы несовершенны, но мы должны их соблюдать. Сейчас один из нас требует сделать для себя исключение. Если Совет пойдет на это и откажется от опеки дома Харлана, то никто из нас не будет в безопасности.
— Исключение! — зарычал Харлан. — Я исключу тебя, Халарек.
Неожиданно в руках у Ричарда блеснул нож. Карн молча смотрел на него, не в силах шевельнуться, словно не веря, что в зал заседаний Совета кто-то мог пронести оружие. Через мгновение он понял, что нож летит в его сторону. «Умереть прямо здесь, в палате Совета, не достигнув ни одной из поставленных перед собой целей…» —
Кто-то толкнул его сбоку, хотя раньше там никого не было. Нож пролетел над ухом Карна и воткнулся во что-то позади него. Раздался короткий вздох и что-то, коснувшись его спины и правой руки, медленно сползло вниз. Оно на мгновение зацепилось за его ремень, а затем упало у его ног. Карн посмотрел вниз.
Поперек стола лежало бездыханное тело Ларги. Из раны, в которой торчал нож, тонкой струйкой текла кровь.
Карн упал на колени и пощупал у нее пульс.
«Он убил ее! Господи! Мама!»
Пульса не было. Офицер медицинской службы нагнулся и, вежливо отстранив его, потрогал у Ларги пульс, вытащил нож, посмотрел на Карна.
— Мне очень жаль, милорд. Она умерла. — Он говорил очень мягко, словно извиняясь. — Я позову людей, чтобы они подготовили ее к отправке домой.
Офицер утешающе положил руку Карну на плечо, затем встал и вышел из зала.
Джерем, Керэл, Лиам, Иджил, теперь Ларга. Все они умерли.
Карн поднял голову. Красный туман стоял у него перед глазами, и только Ричарда он видел отчетливо. Три человека из дома Харлана боролись с ним, стараясь вырвать из его рук станнер. Харлан не раз уже нарушал закон: нападение на другой планете, групповое убийство, незаконная осада. Скорее всего, если Гормсби останется Председателем, он и дальше будет позволять Харлану нарушать закон. Даже после этого.
Карн вскочил на ноги, сорвал ремень и бросился к Харлану. Он растолкал находившихся на его пути солдат, схватил Ричарда за горло и изо всех сил стал душить его. Он тряс Ричарда и душил все сильнее и сильнее, глядя на его выпученные глаза и широко раскрытый рот. В конце концов люди из его семьи с помощью солдат растащили их. Но Карн изо всех сил сопротивлялся им с отчаянием человека, решившего навсегда покончить с непримиримым врагом своего Дома. Как могли двоюродные братья не понимать этого и тащить его обратно на свое место?
— Он убил ее! Он убил ее! — кричал Карн.
Четыре человека с трудом удерживали его на скамье. Члены Совета подхватили его крик.
— Он убил ее!
— Арестовать убийцу!
— Да, арестовать Харлана!
Однако Председатель приказал солдатам Одоннела вывести Карна из комнаты и арестовать его, хотя эти солдаты даже не имели права находиться в Палате Совета. При виде такого грубого нарушения протоколов Совета даже среди союзников Харлана послышались возгласы возмущения. А когда солдаты Одоннела направились к Карну, люди Джастинов и Халареков бросились им наперерез, чтобы остановить их. Гормсби приказал Халареку и Джастину прекратить сопротивление и вызвал еще солдат. Тогда большинство присутствовавших там людей кинулись за оружием, оставленным за пределами здания Совета.
В зале послышалось громкое лязганье оружия, после чего немедленно наступила тишина. Харим Гашен с тремя отделениями солдат стоял в конце палаты. Вид мечей и копий, которыми постукивали солдаты, быстро охладил собравшихся, и начавшееся было сражение немедленно прекратилось. По приказу Гашена солдаты двинулись по проходу. Одно отделение окружило людей Одоннела. Другое взяло под стражу Ричарда Харлана. В сопровождении третьего отделения Гашен подошел к столу Председателя. Гашен вырвал из его рук молоток и сбросил Гормсби со своего кресла. Затем он громко ударил молотком по столу.