Книга монстров

Брэйн Даниэль

Гус нахмурился.

— О чем ты хотела поговорить?

Я закусила губы, не зная, как бы вернуть его в прежнее русло разговора. Оно мне нравилось, хотя чувство странности и не покидало. Гуса то ли прорвало, то ли он просто ответил на мою просьбу.

— О картах, — с досадой сказала я, выудив давно мелькнувшую в голове мысль. — Та карта, что ты мне показывал. Я подумала, если мы так и будем натыкаться на тварей, то можно составить точки мест, где мы их встречали. Опросить людей, где еще тварей видели. Возможно, из этого что-то выйдет. Хоть

какой-то толк от наших шараханий будет.

Гус повернул ко мне голову и долго удивленно рассматривал.

Где-то вблизи сварливо, тревожно заорали чайки, и я вздрогнула от неожиданности. Ночь была теплой, прозрачной, по-настоящему летней, и их крики казались лишними, словно кусок льда в теплом вулканическом озере.

— Гхырова задница, — выругался он и вскочил, снова сверкая веселым оскалом, будто и не было этих неожиданных откровений. — Чего же ты раньше молчала?

Но я цепко схватила его за рукав и усадила обратно.

— Зачем сейчас? Лежи себе спокойно, гляди на кофе с молоком и думай. Твари не убегут.

Гус удивленно плюхнулся обратно, неуклюже подгреб под себя ноги и уставился на меня.

— Ты что-то задумала, душа моя, — наконец сказал он деревенеющим тоном.

— Да нет же! Ты сам подумай, — я решила раскрыть карты и бросилась в омут с головой. — Мы с тобой носимся по Фристаде как слепые котята, ничего друг о друге не знаем, не согласовываем никаких планов, бежим, куда в голову взбредет. Вот ты почему не остановил меня, когда я тебя на «Колючку» тащила? Не подумал, что для тайника это слишком людное место?

— Подумал, — нахмурился он. — Но ты орала, чтобы я заткнулся и шел смирной собачкой. И я был хорошим мальчиком, заметь. Шел и молчал в тряпочку.

— А если бы мы наперед сели, поговорили, вот как сейчас — спокойно, никуда не торопясь? Не обменивались обрывками мыслей, а… ну ты понял. Чем больше мы будем обсуждать, тем толковей будут поиски.

— Так ведь именно это я и планировал.

Ну-ну. Планировал и тут же похерил все свои планы. Похоже, мрачно подумала я, Тени действительно не могут быть хорошими. И им никогда нельзя доверять.

Даже бывшим. А быть может, особенно им.

Глава двадцать третья

Фристада встретила меня теплым сухим ветром и глухим шумом. Стражи с хмурым видом зажигали дополнительные факелы, то и дело оглядываясь вокруг. Я тихонько ухмылялась, скользя в тени каменных замшелых стен, и подавляла желание выскочить на свет с криком «Бу!». Даже мое умение скрываться не спасло бы меня тогда от мечей. Так что глупую шутку я решила придержать при себе.

Ночь манила меня. Вот что это было — не разум, а ощущения. Не анализировать, не пытаться понять, не загадывать и не думать. Идти, куда тянет… что-то. Я шла на зов, которого не слышала, и не представляла, что буду делать, если опять начнется заварушка, но предпочла засунуть свои невеселые мысли подальше, надеясь, что все как-нибудь разрешится на месте.

Мой путь лежал по опустевшим улицам, мимо редких испуганных прохожих и до крайности

надоевших крыс. Под ногами шуршали обрывки бумаг — наверное, где-то разорили писчую лавку. На всякий случай я скрылась, и, как выяснилось, не зря.

Квартал Эрмет кишел стражами и Аскетами. Все они неодобрительно друг на друга косились, но ссоры затевать не решались. Я хмыкнула — раньше не прошло бы и получаса, как они устроили свалку, но сейчас их сплотила опасность. Шмыгнув под высокое крыльцо ювелирной лавки, я огляделась. И происходящее мне не понравилось: возле прохода в переулок торчал задумчивый Аскет, который поигрывал своим огромным молотом с красным камнем на наконечнике. Обходные пути тоже не пестрили разнообразием, всюду стража-стража-стража! Да, город действительно перекрыли, приходилось быть осторожной.

Я принялась размышлять.

Если попробовать прокрасться по стене, разделяющей кварталы? Меня туда тянет? Бесспорно. Но у меня на пути Аскеты и стражники. Я отдаюсь зову Книги и иду, но мне мешают, очень мешают.

Я постояла у входа в какой-то магазинчик, оглядываясь в поисках лестницы наверх, но все было тщетно. Я открылась, толкнула дверь и зашла в лавку, мимоходом оглядев выставленный товар, и скривилась: ну и качество у них.

— О, леди, пришли посмотреть? — прошепелявил старый продавец.

— Нет. Как подняться на крышу этого дома? — я сделала лицо как можно серьезнее.

— А, да вон туда, — старик махнул рукой на дверь подсобки.

— Премного благодарна, — ответила я, уже открывая заветную дверцу.

Внутри оказалась древняя винтовая лестница, по которой мне пришлось подниматься минуты три, не меньше. А наверху, обследовав три крыши, я нашла искомый спуск. И он оказался с подвохом. Даже будь я ростом с минуталя, пришлось бы прыгать, рискуя драгоценной шеей, чтобы достать до лестницы. И какой скорбный разумом строил эти дома, мне интересно?

Я спустилась вниз и купила прочную веревку с крюком. Дед, считая отданные мной монеты, хитро блестел глазами и еле скрывал злобное хихиканье. Теперь стало понятно, почему он без проблем меня впустил.

Во второй раз я поднялась по узкой лестнице, подошла к краю крыши и принялась вязать хитроумные узлы, проверяя каждый по пять раз. Спустилась я, слава Перевернутым богам, без приключений. Куда мне идти теперь?

И, конечно, я совершенно забыла, что вынуждена была открыться продавцу в магазинчике, потому что ко мне подошел хмурый Аскет.

— Привет, женщина, не бойся, я ничего тебе не сделаю.

— Не сомневаюсь, — еле слышно ответила я, — тебе как бы запрещено.

— Я не люблю нападать без причины на подозрительных пройдох, давай, иди отсюда, пока стража не нашла тебя. Они тут раз в несколько минут патрулируют.

— Мне нужно попасть в… — Куда? Думать надо быстрее. — В Грейстоун.

— Зачем? — безразлично спросил Аскет.

Думать надо быстрее! А врать — так, чтобы поверили. Этого Аскета я раньше не видела, и был шанс, что он меня тоже.