Книготорговец
Шрифт:
Ваше предложение кажется мне весьма и весьма оригинальным, и я готов одобрить любые ваши действия против этого мерзавца. Так что — вперед. Начните с пункта 1, и, если все пройдет успешно, я с удовольствием закажу вам весь список. Счет пришлите мне.
В восторге мы заплясали по комнате в пижамах, громко восхваляя мистера Вомберга и крича, что мы богаты. Джордж крутил сальто на своей кровати, а я использовал
— Когда будем выполнять заказ? — спросил он. — Сегодня?
Я ответил не сразу. Не хотел торопиться. История знает множество великих людей, которые потерпели поражение из-за поспешных решений, принятых под воздействием момента.
Я надел халат, закурил сигарету и принялся ходить по комнате.
— Нам незачем торопиться, — сказал я, — Мы выполним заказ Вомберга в свое время, но сначала надо разослать сегодняшние письма.
Быстро одевшись, мы вышли к газетному киоску на другой стороне улицы, купили по одному экземпляру всех ежедневных нью-йоркских газет и вернулись к себе. В течение следующих двух часов мы внимательно изучали прессу, и в итоге у нас получился список из одиннадцати потенциальных клиентов — восемь мужчин и три женщины — которых тот или иной газетчик оскорбил сегодня утром.
Все шло хорошо, работа спорилась.
Мы потратили еще полчаса на то, чтобы найти адреса оскорбленных — кроме двух — заполнить письма и надписать конверты.
Днем мы их разнесли по адресатам и к шести часам вечера вернулись домой уставшие, но довольные. Сварили кофе, разогрели гамбургеры и поужинали в постели. Потом вслух перечитывали письмо Вомберга. Много-много раз подряд.
— Он дает нам заказ на шесть тысяч сто долларов, — торжестовал Джордж. — С первого по пятый пункт включительно.
— Неплохое начало, совсем неплохое для первого дня. Шесть тысяч в день — получается… сейчас посчитаем… почти два миллиона долларов в год, не считая воскресений. По миллиону на брата.
— Мы очень богатые люди, — губы Джорджа медленно растянулись в радостной, довольной улыбке.
— Через пару дней переедем на новую квартиру.
— Лучше сразу в «Уолдорф-Асторию», возразил Джордж.
— Ладно, давай в «Уолдорф». А потом купим себе собственный дом.
— Такой как у Вомберга?
— Да, такой как у Вомберга. Но сначала, — напомнил я, — мы должны потрудиться. Завтра разделаемся с Пенталуном. Поймаем его, когда он будет выходить из «Пингвина». Будем ждать его в половине третьего ночи, и, когда он выйдет на улицу, ты подойдешь и со всей силы врежешь ему прямо по носу. Один раз, согласно пожеланиям клиента.
— С удовольствием, — потирал руки Джордж, — с большим удовольствием. Но как мы скроемся? Убежим?
— Арендуем машину на час. Оставшихся денег как раз хватит. Я буду сидеть за рулем в десяти метрах с включенным двигателем и открытой дверцей. Врежешь ему, запрыгнешь в машину, и мы смоемся.
— Отличный план. Уж я ему хорошенько врежу, можешь не сомневаться. — Он сжал правый кулак, разглядывая костяшки, и снова улыбнулся. — А что, если потом его нос так распухнет, что он больше не сможет совать его в дела других людей?
— Вполне возможно, —
Утром меня разбудил истошный крик. У моей кровати стоял одетый в пижаму Джордж и размахивал руками.
— Смотри! — орал он. — Четыре! Четыре!
Он в самом деле держал в руке четыре письма.
— Открывай. Открывай скорей.
Он открыл и прочитал вслух первое письмо:
Уважаемые господа!
Я давно не получала столь чудесных предложений. Действуйте и устройте мистеру Джейкобу Свински представление с гремучей змеей (пункт 4). Я готова заплатить двойную цену, если вы забудете удалить яд из ее зубов.
Во втором письме говорилось:
Чек на 500 долларов уже выписан и лежит передо мной на столе. Я отправлю его вам сразу, как только получу доказательство того, что вы ударили по носу Лайонела Пенталуна. Хотя я бы предпочел перелом.
Джордж открыл третье письмо:
Вопреки здравому смыслу я поддаюсь искушению и прошу вышвырнуть мерзавца Уолтера Кеннеди на Пятой Авеню в одном нижнем белье. Хочу особо оговорить дополнительные условия: вы должны сделать это в снежную погоду и при температуре ниже нуля.
Четвертое письмо гласило:
Ради хорошего удара Пенталуну по носу мне, да и многим другим не жалко пять сотен долларов. Я бы хотела присутствовать.
Джордж осторожно положил письма на кровать. В комнате воцарилось молчание. Мы ошеломленно смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова от счастья. Я начал в уме подсчитывать стоимость этих четырех заказов.
— Пять тысяч долларов, — тихо произнес я. Лицо Джорджа озарила широкая, радостная улыбка.
— Клод, может, пора переезжать в «Уолдорф»?
— Не сегодня, — ответил я. — Сейчас у нас нет времени для переезда. У нас нет даже времени разослать новые письма. Мы должны срочно выполнить заказы, у нас полно работы.
— Может, наймем новых работников? Пора расширяться.
— Потом, — отмахнулся я. — Сегодня нет времени даже на это. Ты только подумай, сколько всего нам нужно сделать. Мы должны подложить гремучую змею в машину Джейкоба Свински… врезать Пенталуну по носу… так, подожди… да, мы должны врезать Пенталуну от имени трех разных людей…