Кнопка

Руда Александра

В холле действительно было много людей. Уважаемый Павел, главы стражи, которые заседали у нас в колледже, стражники, аптекари… Все они были чем-то заняты, стоял гул голосов.

— Лео! — закричала я изо всех сил. — Лео!!!

— Я тут! — над толпой появилась рука.

Я пробралась к другу, расталкивая людей, совершенно забыв о вежливости.

— Лео! — он сидел на низенькой кушетке, бледный, с перевязанной головой.

Увидев меня, он раскрыл объятия и я упала в них с облегченным стоном.

— Ну, тш-ш-ш, — какими

же успокаивающими были его объятия, то, как он прижимал ко меня к себе, как гладил по спутанным волосам. — Я очень рад, что ты жива, моя дорогая.

Он поднял мою голову за подбородок и заглянул в мои заплаканные глаза. Я с удивлением заметила, как по его щеке бежит слеза.

— Мне бы очень не хотелось тебя потерять.

Наверное, сегодня была ночь поцелуев. Поцелуй Лео был нежным, сладким и успокаивающим. И очень, очень приятным.

— Таисия, Леопольд, нашли время, — сказал за моей спиной ректор. — Раз вы на ногах, то вам нужно возвращаться в колледж. Работы очень много. Я вам сейчас найду сопровождающих. Вот, возьми куртку, Таисия, мне еще твоего воспаления легких не хватало.

— Знаешь что, Таша, — задумчиво сказал Лео, усадив меня к себе на колени. — Когда все это закончится, и мы останемся живыми — в чем я теперь почти уверен — я приглашу тебя на романтический вечер. Цветы, вино, шоколад, музыка. Как ты на это смотришь?

— Не знаю, — улыбнулась я. — Пока никак не смотрю.

— Потом посмотришь. А с женихом номер один мы как-нибудь разберемся, — решил Лео.

— Нет у меня уже жениха номер один.

— О! Вакантное место уже кто-то занял? Еще не успели? Дураки! Значит, я буду первым! Остальные — в очередь.

— Ты думаешь, еще кто-то будет? — удивилась я.

— Конечно, — серьезно ответил Лео. — С тобой, Таша, очень комфортно прятаться по кустам. Такие женщины на дороге не валяются.

Перед нами появился знакомый подросток-маг. Он недружелюбно посмотрел на Лео и неодобрительно — на меня.

— Я вас должен сопровождать до колледжа, — буркнул он. — Чтобы защитить в случае чего.

— А как вас зовут, господин маг? — спросила я.

— Зеферино, — сказал он, отворачиваясь. Наверное, он не одобрял нашего с Лео поведения, тогда как Эрнесто рисковал ради меня жизнью.

До колледжа мы дошли без приключений. Город был муст и тих, и только возле колледжа царило оживление. Люди с вещами, с детьми и даже с домашними питомцами, искали под его крышей спасения и горячей пищи.

У входа мы столкнулись с серым от усталости Антиохом.

— О, — вяло сказал он. — Хорошо, что вы вернулись. Таша, ты — в прачечную, там нужно руководить приготовлением ужина. Лео — на второй этаж, там тяжелых много.

— Я отдохнуть думал, — заикнулся было Лео, но Антиох смерил его таким взглядом, что сокурсник моментально взбодрился и очень энергично похромал на второй этаж.

— Антиох, — я остановила старосту за рукав. — У меня еще осталось немного

стимулирующего, только оно смешалось с кучей других порошков. Дать тебе?

Он кивнул, прикрыв глаза и схватившись за дверной косяк. Я понимала его. В то время как люди ищут у нас помощи, мы просто не можем быть слабыми. Время для слабости будет потом, когда все закончится.

В прачечной было жарко из-за горящих очагов, на которых обычно в больших котлах вываривалось белье и бинты. Сейчас в этих котлах, загодя отчищенных младшекурсниками, булькала каша и кипела вода для чая. Буквально валящийся с ног коллега курсом младше быстро ввел меня в курс дела и повалился спать у стены.

Мы готовили пищу партиями, относя ее прямо в котлах людям, которые ели из той посуды, которая нашлась. Больше всего мне запомнилась дородная, хорошо одетая женщина, которая хлебала маленькой золотой ложечкой кашу из деревянного корытца, в котором обычно изготовлялись снадобья.

Проследить, чтобы всегда была горячая вода, каша, котлы, найти добровольцев, еще способных тягать их по ступенькам туда-сюда, контролировать расход продуктов, выделять емкости для использованных бинтов и простыней…

Сначала я держалась на силах, которые в меня влил целитель. Потом навалилась усталость. Потом усталость прошла и наступило оцепенение, когда в голове нет никаких мыслей и ты машинально исполняешь необходимые действия.

Из этого состояния меня вывел Лео, который довольно долго тряс меня за плечо.

— Все закончилось, Таша, — сказал он, едва шевеля бескровными губами. — Утро. Ложимся спать.

Я отпустила отдыхать всех подчиненных, оставив одного, который только недавно проснулся, следить за огнем в очагах. Мы с Лео нашли какой-то незанятый уголок, в котором заснули.

Мне ничего не снилось, я слишком устала.

Из сна меня смогла вырвать только ледяная вода, которой кто-то весьма нас щедро облил.

Я открыла глаза, и даже это движение отозвалось в теле пронзительной болью. Перед нами стояла куратор Лиза. За прошедшие сутки она похудела, кожа обвисла.

— Идите в общий зал, — сказала она. — Там сейчас собрание будет.

— Я сегодня особенно остро почему-то ненавижу жизнь, — пожаловался Лео, пока мы, дрожа от холода в промокшей одежде, поднимались в огромную комнату с рядами стульев, где обычно проводились собрания студентов. — а ты?

— Я так устала, что ничего не чувствую, — призналась я.

В зале было множество народа, мы едва нашли свободные стулья.

— Прошу тишины! — на сцене ректор зазвонил в колокольчик. — Начинаем наше собрание! Мы собрали вас, тех людей, которые спасали город эти сутки, чтобы рассказать о положении дел и решить, как будем действовать дальше. Перед вами сейчас выступил начальник городской стражи.

На сцену тяжело поднялся стражник, которого я до этого видела в кабинете у ректора на оперативных совещаниях.