Князь Барбашин 3
Шрифт:
При этом же моя страна хоть и обширна, но расположена в столь холодных климатах, что земли наши весьма скудны и не способны давать обильных урожаев. И при всём этом четверть всех пахотных земель принадлежала церкви, которая не платила с них в казну налоги, и не несла военной повинности. Поэтому ещё отец нашего нынешнего царя планировал изъять у священства большую часть их собственности, но не силой, а соборным решением. Ведь среди православных священников давно шёл большой спор и противоречии землевладения словам Христа: богу - богово, а кесарю - кесарево. И только его болезнь, а затем и скоропостижная кончина не позволила
– И сам митрополит Московский утвердил это решение всей земли Русской, - закончил свой монолог князь.
Выслушав столь длинную речь, Карл тяжко, и как показалось Андрею, завистливо вздохнул. Да оно и понятно: вопрос церковной земли был камнем преткновения почти всех государей Европы. Но не все могли поступать столь решительно.
– Хорошо!
– император неожиданно хлопнул ладонью по подлокотнику своего кресла, - Думаю, что всем тут присутствующим уже стало понятно, что Йоханнес Дантискус просто пытается выгородить своего короля. Так что давайте поговорим о делах более приземлённых. Мой венценосный брат Василий пишет, что хочет быть в мире и дружбе со мной. И мы рады любым проявлениям доброй воли и союзам с благочестивыми христианскими нациями. Но, к сожалению, ваш монарх, в своём письме, не касается конкретных вещей, чего именно он хочет, и что может предложить нам. Так что мы хотели бы услышать это из ваших уст, дорогой посол.
– Разумеется, ваше величество!
– смена вектора беседы пришлась более чем кстати, так что князь тут же перешёл к делу: - Мой государь уверен, что в самое ближайшее время, может через год-два, турецкий султан, не удовлетворившись захватом Белграда, вновь атакует Венгрию. И, увы, учитывая тяжёлое внутреннее состояние этой страны, а также слабость её молодого короля, нет никакой уверенности, что Венгрия устоит перед яростью турок. А значит, стоит ожидать появления оных в не столь отдалённом будущем и у стен Вены.
– Не слишком ли пессимистично настроен ваш государь?
– не удержался от вопроса герцог Альба.
– Нет. Сейчас, когда шах Исмаил умер, а в Персии разгорелась борьба за власть между эмирами, поскольку его сын слишком мал, осман может позволить себе снять часть войск с персидского направления и перенаправить их в Европу. По нашим данным, султан даже отменил нападение на португальские колонии в Индии, сняв пушки, солдат и команды с кораблей и направив их в Александрию. Думаю, не стоит говорить, куда они попадут далее.
Трое королевских советников удивлённо переглянулись. Такой информацией они явно не обладали.
– И много там было воинов?
– первым опомнился герцог.
– От пяти до десяти тысяч. Точно установить не удалось, но для их переправы было построено сорок галер и двадцать судов.
– Португальцам пришлось бы не слабо потрудиться, чтобы отбить такой поход, - вздохнул молодой де лос Кобос.
– А теперь они обрушатся на мою империю, - добавил Карл.
– Но неужели
– удивился Перрено.
Андрей с удивлением посмотрел на этого советника. Он что, не читал "Государя" Макиавелли? И только потом сообразил, что, хотя сей трактат и был уже написан, но не был отпечатан и просто пылился в закромах у Лоренцо деи Медичи, который этот подарок не оценил.
– Я бы не был столь уверен по поводу помощи, которую может оказать Сигизмунд своему родственнику. Достаточно вспомнить, как несколько лет назад посланная им на подмогу венграм армия так "спешила" к месту боёв, что прибыла только после того, как несчастный Белград уже пал в руки турок. А теперь, если венгерский король не справится с предстоящим вторжением, то венгерские бояре его просто лишат короны, чем и сможет воспользоваться Сигизмунд, предложив в короли либо своего сына, либо возможного зятя. Что несомненно, усилит позиции вашего противника - Франциска.
Тут Андрей вряд ли был справедлив к полякам, в конце концов, причины для опоздания у тех могли быть самыми что ни на есть уважительными. Но, как говорится, на войне, как и в любви, все средства хороши. А поляки, что ни говори, были его врагами. Так что лишний камешек в их огород не помешает.
А вот испанцы задумались. Им, конечно, имперские проблемы были менее важны, чем проблемы самой Испании, но их король был ещё и императором, так что помогать ему была их прямая обязанность. Тем более, что Франция, претендующая на главенство в Европе, была сейчас главным врагом Испании.
– А если случится такое, что Бона родит своему мужу ещё одного сына, чего никак нельзя отрицать, учитывая её плодовитость, то вполне может статься, что герцогство Бари получит своего личного правителя и станет надёжным оплотом французского влияния в Италии, - продолжил свою речь Андрей.
– И я так полагаю, - осторожно заговорил Перрено, - что ваш государь считает, будто угроза с его стороны владениям польского короля способна удержать оного от некоторых, э-э, неразумных поступков?
– Вы совершенно правы, сеньор Николя. Сигизмунд, при всех своих державных устремлениях, не сумасшедший, и вряд ли пойдёт на авантюру, если будет опасность войны сразу на нескольких направлениях.
– Это весьма интересная мысль, - вновь вступил в разговор Карл, - но помимо сдерживания амбиций польского короля может ли ваш царь оказать нам иную помощь в борьбе против французов и турок.
При этих словах Андрей мысленно ухмыльнулся. Вот и пришло время тог самого торга, который либо всё оставит, как и было в иной истории, либо свяжет Русь и Испанию взаимовыгодным союзом, который потянет за собой просто вал изменений в истории. Но убедить испанцев в нужности этого союза будет невероятно трудно. По крайней мере Засекину в иной реальности этого не удалось.
– По поводу Франции, ваше величество, мой государь может предоставить только корабли для ведения каперской войны на море. Однако, я бы не считал это малой помощью. Война ведь дело дорогое, а деньги они во многом и от торговли идут. И чем больше французских купцов потеряет свои капталы, тем меньше денег будет у французского короля, а значит, тем меньше он наймёт солдат и купит пушек. Но основным же противодействием планам Франциска будет сдерживание устремлений Сигизмунда в Восточной Европе.