Княжья служба
Шрифт:
На мой стук в окно выглянул седой старик.
– Кому не спится в ночь глухую?
– Свои, батя.
– Свои вон, на печке лежат. Чего надоть?
– Бутурлиновка далеко?
– Так в той стороне, – старик махнул рукой, – верст десять ишшо.
– Собирай своих, сказывают – татары близко, я от князя лазутчик.
– Ох ты, Господи. – Старик закрыл окно.
Я поскакал дальше. Через полчаса небо окрасилось в красноватые тона. Скоро стал виден луг, множество костров на нем.
Я всмотрелся – точно, татары. Узкоглазы, вооружение не наше, разговор чужой.
Надо князя упредить, да только
Я прокрался к опушке. На лугу, близко к лесу, стояли несколько повозок с трофеями, рядом сидели и лежали связанные люди. Недалеко у костра двое татар разговаривали в полный голос. Вот один встал, обошел пленных, осмотрел веревки; успокоившись, подсел к товарищам.
Я вытащил бумеранги и метнул в татар. Метил в спины – ночью по головам мог и промахнуться. Оба беззвучно упали. Подскочив, выдернул из спин убитых бумеранги – однако глубоко вошли, – обтер ихними же халатами, снова заткнул за пояс. Собрав татарские сабли и ножи, подбежал к пленным. Разрезав веревки, приложил палец к губам:
– Тс! – Дал мужикам в руки татарские сабли: – Бегите в лес и уходите, помоги вам Бог.
Люди гурьбой кинулись в лес. Я снова поднялся, подсчитал костры – многовато, – больше двух сотен. По грубым прикидкам, около каждого – по десятку, итого – две тысячи. Много! У князя всего пять сотен – четыре конных и одна пешая. С такими силами можно только обороняться, да помощь у Москвы просить.
Развернувшись, направился было к Рязани, да опомнился. Снова может повториться, как в Данкове, – решат, что отоспался за городскими стенами. Ну, тогда эти сутки пошалим, попортим татарам нервы.
Я раздумывал – с чего начать. Вот стоит шатер какого-то начальника, у входа двое караульных. Ну, они мне не помеха. Я подполз к стене шатра, с противоположной стороны от входа. Почти сразу же прошел сквозь войлочную стену; странное ощущение – войлок щекотал кожу, это не сквозь бревно или кирпич проходить.
На ковре, обложившись множеством подушек, сладко похрапывал толстый татарин в ярко-красном шелковом халате; недалеко стояло серебряное блюдо с обглоданными костями и чашка с недопитым кумысом.
Не теряя времени, я выхватил нож, толкнул татарина в бок, чтобы проснулся, и, как только он спросонья захлопал глазами, я всадил ему нож в сердце. Нельзя убивать спящего: обязательно закричит, караульные у входа тревогу поднимут, а мне это ни к чему.
Так же легко вышел через стену, огляделся, увидел недалеко еще один шатер. Ну-ну, поглядим, что там за начальник.
Обойдя шатер сзади, прошел сквозь войлок. Здесь обстановка была такая же – ковры, подушки. Старый седой татарин доедал плов, облизывая жирные пальцы. Увидел меня, и глаза от удивления округлились; открыл рот, чтобы крикнуть и поднять тревогу, да плов во рту помешал. Одним движением я выхватил саблю и снес ему голову. Ох и воняет же в шатре, хотя бы мылись почаще.
Вышел, огляделся. Вон и еще один шатер. В первую очередь надо выбить начальство. Понятно, свято место пусто не бывает. На место убитых назначат других, но некоторое время – сутки, двое – я выиграю, да и сумятицу внесу. Наверняка в голове самого большого начальника в войске возникнет мысль: «Почему ночью убиты начальники одновременно в
До войны ли татарам будет? Успех любой войны – не только в физической подготовке воинов, но и в моральном климате, психологическом состоянии воинов. Это касается армий всех времен и народов.
Я пробрался в следующий шатер; даже сквозь стены были слышны сладострастные стоны. Пройдя сквозь войлок, на непременном ковре увидел молодого, атлетического вида татарского начальника. Штанов на нем не было, возлежал он на наложнице или жене – кто их разберет, и занимался самым что ни на есть мужским делом. В пылу любовной схватки ни он, ни женщина меня не заметили. Подожду, не буду мешать. Как только раздался последний вопль, и мужчина блаженно сполз с женщины, я саблей отправил его к Аллаху. Он так и умер с довольной улыбкой. Женщина собралась завопить, открыла рот, но я показал ей окровавленную саблю, и она разумно промолчала. Убивать женщин нехорошо, мне пришлось затолкать ей в рот в качестве кляпа шелковые штаны ее ухажера, и поясным ремнем связать руки.
Таким путем я перебегал от шатра к шатру, довольно успешно способствуя карьере молодых и алчных до власти. Пусть они из подчиненных сами станут сотниками.
До рассвета время еще есть, и я намеревался обойти все шатры, но лимит везения на сегодняшнюю ночь кончился. Когда я вошел в один из шатров, хозяин его не спал. Рядом стояли два воина. Черт, надо было прислушаться, хотя войлок прекрасно глушит звуки, и я мог не услышать разговора.
Все трое несказанно удивились, но мгновенно оправились от шока, выхватили сабли и с криками: «Шайтан!» кинулись ко мне. Перспектива драться сразу с тремя, когда за тонкой войлочной стеной многие сотни, мне не улыбалась, и я спиной вперед вышел из шатра.
Надо срочно уносить ноги. Спереди, со стороны входа уже раздавались возбужденные крики. Сейчас помчатся сюда. Я помчался подальше от шатра. Выскочившие воины метались возле шатра, к ним присоединялись все новые и новые ратники, и вскоре возле шатра уже была возбужденная толпа. Хозяин шатра, вероятно сотник или тысячник, рассказывал, помогая себе руками, как сквозь невредимую стену войлока прошел русский шайтан. Ну-ну, пугай народ, мне это на руку. Я отполз в сторону, осмотрелся.
Вдалеке, метрах в двухстах, стоял богатый белый большой шатер, наверняка самый высокий татарский начальник там.
Я задумался. Нет, не проникнуть. Вооруженные воины не только у входа, но и вокруг шатра, живой цепью. Не стоит рисковать, по крайней мере – пока. Посмотреть бы на него, потом найду способ уничтожить.
Я прополз к другому концу лагеря, намереваясь продолжить знакомство с владельцами шатров, но небо на востоке стало светлеть. Земля еще была в темноте, но я мог оказаться на свету. Пришлось отползать в сторону. Надо бы проследить – куда, какой дорогой они движутся.
Оказавшись на опушке леса, почти нос к носу столкнулся с татарином. Наверняка по нужде в кусты бегал; без щита, но сабля на боку висит. Я свою выхватил быстрее и рубанул поперек живота. Татарин хватал ртом воздух, силясь крикнуть, но силы быстро уходили, и он лишь сипел. Я добил его и оттащил тело подальше в лес. Лучше бы он был в другом месте, если хватятся пропавшего – могут начать искать.