Княжья служба
Шрифт:
Утром встали с петухами, но, к нашему удивлению, обоз уже стоял на дороге. Нас покормили, лошади наши уже были под седлом. Под ногами похрустывал тонкий ледок. Днем под солнцем таяло, ночью примораживало. Развезет скоро дороги, через недельку домой, в Москву пора собираться. Сделаем еще пару ходок по тракту Муромскому – и все, хватит. Иначе придется сидеть сиднем на постоялом дворе, дороги станут на месяц непроезжими.
Подошел купец:
– Мы готовы, вы как?
– Трогайте.
Наш боевой порядок был прежним – Павел впереди, в середине – Андрей, я с Герасимом сзади. Обоз был невелик –
На одной из остановок и я с ведома купца приподнял мешок, весу в нем было не более трех-четырех килограммов. Как сказал купец – внутри мешка были мешочки поменьше – один с алмазами, другой с рубинами, третий с изумрудами, потому мешок казался пухлым.
В третьих санях ехала дочь купца вместе с нянькой или прислугой. Дочку я еще не видел, садилась она в сани без меня, и теперь я лишь узрел ее спину в бобровой шубе да голову в пушистом козьем платке. Иногда оттуда доносился звонкий смех.
На трех следующих санях ехали слуги, далее следовали несколько саней с провизией, личными вещами купца и дочери.
Сытые лошади бодро тянули обоз, позвякивая бубенцами. Я подъехал к купцу:
– Будь добр, Святослав, распорядись прислуге – снять бы надо бубенцы, уж больно далеко слыхать.
– Пусть слышат и видят – Карпов едет!
Ну нет так нет, переживем, хотя на лесной дороге предупреждать всех о своем появлении явно не стоило.
Чуть за полдень въехали в Мошкино. Купец устроил привал и отдых, не спеша поели в трактире при постоялом дворе. Я прикинул по времени – не успеваем в Муром засветло, закроет стража городские ворота. О чем не преминул поделиться с купцом.
– Эка беда! Ползимы в деревне просидели, одна ночь ничего не решит. Завтра с утречка выедем.
– Вот и лады.
Вечером хозяин постоялого двора принес в нашу комнату небольшой – около ведра – бочонок пива.
– Угощаю, за счет заведения.
– С чего ты такой добрый, Панфил?
– Да кабы не вы, хоть зубы на полку клади. Туда обоз – сюда обоз, и все кушать хотят, с дороги отдохнуть, лошадям сенца да овса задать опять же. Вот и выходит – вас благодарить должно.
Мы с ратниками посмеялись и пиво выпили с удовольствием. Один Андрей чего стоил – чуть не половину опростал. После Герасим завалился на полати, мечтательно молвил:
– Вот житуха – лепота! Век бы так жил – кормят за счет князя, поят за счет хозяина еще и купцы деньги дают.
Павел его подначил:
– А ты оставайся здесь, мы когда-никогда в Москву уйдем, а ты здесь безбедной жизнью жить будешь!
– Нашел дурака. Скоро дороги развезет, потом купцы товар по рекам сплавлять будут, чего я заработаю?
Все засмеялись. Андрей густо отрыгнул пивным духом, поднялся с полатей:
– На ночь облегчиться надо, пиво наружу просится.
Не возвращался он долго, а когда пришел, сел на лавку напротив меня.
– Атаман, не нравится мне слуга один. По-моему, я рожу
– И чем он тебе не хорош? – После пива слегка разморило, и думать ни о чем не хотелось.
– Пошел я по нужде малой, смотрю – подошел слуга к забору, поднял и опустил светильник три раза.
Пивной хмелек быстро улетучился.
– Никак сигнал кому-то подавал.
– Вот и я о том же.
– В какую сторону забор выходит, куда он сигналил?
– К деревне.
Видимо, там находился сообщник. Было бы дело в городе – подумали, что полюбовник сигналы подает. Но в маленькой деревушке, да еще когда обоз ценный?! Наверняка видел, как охранники мешочек в комнату заносили. Небось не дурак, дотумкал – чего это охранники мешочек купеческий носят?
– Парни, вот что – глядите завтра в оба, чует мое сердце – огребем мы завтра с этим обозом неприятностей. Ладно, спать давайте, утро вечера мудренее.
Проснулись от шума и суеты под окнами. Возничие хлопотали во дворе, запрягая коней в сани. Сотоварищи мои быстро собрались, памятуя мои слова о подозрительном слуге, скромно позавтракали. Случись бой – с сытым брюхом воевать тяжелее, да и случись рана в живот – с пустым желудком шансов выжить несравненно больше.
Выехали мы обычным порядком. Отъехав пару верст, я подскакал к охранникам купеческого сокровища:
– Как вы тут?
– Нормально.
– Будьте наготове, предчувствие у меня есть нехорошее.
– Ты за обозом смотри, коли подрядился, а за нас не беспокойся!
Ну что ж, я предупредил.
Около полудня обоз встал. Я помчался вперед, к голове обоза, опасаясь, что произошло нападение. Оказалось – дочь купеческая вышла размять ножки да по нужде в кустики сбегать. Возничие, нимало не стесняясь, справляли нужду, не отходя от саней. Дочь купеческая вместе со спутницей отошли в лес. Вот уже и обоз к движению готов – ну сколько можно в кустах сидеть?
Из леса донесся слабый девичий вскрик. ешкин кот! Как чуял! Я пришпорил коня и ворвался в лес. Метров через пятьдесят увидел на снегу шубу, вокруг много следов, причем отпечатки на снегу не девичьи – уж больно размер велик. По спине прокатилась волна холода. Не усмотрел! Я рванул повод, разворачивая коня. Надо срочно к дороге, брать своих ребят и преследовать похитителей.
Когда я выбрался на дорогу, здесь уже кипел бой. Вот уж не везет, так не везет. Вырвав саблю, я походя смахнул голову явно не обозному мужику. В середине обоза Андрей размахивал боевой палицей, и нападавшие разлетались от него в стороны, как битые мухи. В конце обоза щелкал тетивой лук. Молодец, Герасим!
Я рванулся в сторону саней с драгоценностями. Здесь рубились охранники. Рубились здорово, надо признать. Они стояли по обе стороны от саней, прикрывая груз и одновременно свои спины от внезапного удара.
Подлетев на коне, отрубил руку с топором у нападавшего татя и резко осадил коня у саней купца.
– Святослав, дочку в лесу похитили!
Купец схватился за голову.
– И это еще!
Нападавших было много, они явно превосходили нас в численности, уступая в мастерстве и вооружении. Возничие бились с нападавшими топорами, дубинами. У татей было такое же оружие, можно сказать – примитивное.