Кобра
Шрифт:
Цербер улегся на подстилку. В обычной ситуации он не потерпел бы намордника, который теперь был надет на него. «Как только молодой человек уйдет, - подумал Антонен Мориа, - я отведу Цербера к соседке. Хоть мы с ней и едва знакомы, она согласится. Дам ей что-нибудь за услугу. Денег. Да, я дам ей денег или схожу для нее в магазин. Там посмотрим».
Молодой человек потрогал один из стульев на кухне, убедился, что он качается, и сел на другой. Попросил попить. Антонен достал из холодильника розовое вино. Он всегда его пил и будет пить.
– Я вижу, ты любишь свою собаку. Живешь в халупе со сломанной мебелью, а у собаки хороший ошейник, подстилка, и кормишь ты ее неплохо.
Антонен отпил полстакана. Он ждал.
– Ты своего брата вспоминаешь?
– Вспоминаю, - ответил Антонен и допил стакан.
Молодой человек отставил свой, сказав, что это гадость. Он улыбался.
– И о чем же ты вспоминаешь?
– Обо всем.
– О чем?
– Как он говорил. Что делал, когда мы были маленькими.
– И что же Венсан делал?
– Он все время читал.
– Люси говорит, что ты иногда ей звонишь.
– Да, я звоню Люси. И мы говорим о Венсане. Люси - это моя невестка.
– Я знаю, Антонен, а вот чего я не знаю, так это почему ты все время вспоминаешь о Венсане. Почему ты говоришь о нем с Люси?
– Не знаю.
Кто-то позвонил в дверь. Молодой человек встал и пошел открывать. Антонен налил себе еще вина. Он не боялся смерти.
Вошедший мужчина был не так высок, как первый, но одет очень похоже. Черное с белым. Красиво. Волосы черные с проседью. Нос длинный и тонкий. Губы тоже тонкие. Красиво двигается. Можно подумать, что скользит. Словно Христос по воде. Странно. Молодой уступил ему свой стул и встал рядом, скрестив руки. Мужчина взглянул на стакан с вином, затем поздоровался кивком головы. Он улыбнулся, и у Антонена возникло видение. Этот человек был похож на стража Преисподней. Лицо забытое, но вдруг всплывшее в памяти. Не злое, не безобразное. Это-то и сбивает с толку. Страж Преисподней. Его зло не видно. Но оно витает вокруг него.
Молодой человек опустился на колени и взял в руки морду собаки. «Я не боюсь умирать, - подумал Антонен.
– Мне раньше надо было сходить к соседке. Я должен был почувствовать, что они где-то здесь. Страж и его слуга».
Молодой человек достал из кармана пистолет с длинным стволом. Нет, это не ствол, это глушитель. «Цербер, мы уйдем вместе. Подожди меня. Мы найдем там тихий уголок. Вместе будем смотреть, как течет Река. Только не надо стоять у самого берега, иначе пары могут нас обжечь».
Молодой
– Надо, чтобы ты меня выслушал.
– Я слушаю.
– Говорил ли ты кому-нибудь о работе своего брата?
– О какой работе?
– Твой брат Венсан придумал новое лекарство. Ты знаешь об этом?
– Я не ходил в школу так долго, как он.
– Венсан любил тебя. Наверное, он рассказывал тебе о том, что сделал потрясающее открытие.
– Нет.
– Поклянись своей собакой!
– Я клянусь.
– Я нахожу, что она симпатичная, но я продырявлю ей башку, если ты мне врешь.
– Я не вру. Я живу совсем один. Иногда я звоню Люси, чтобы услышать ее голос.
– Да, но ты говоришь с ней о Венсане.
– Я не знаю, о чем с ней еще говорить. Она тоже умная. Как мой брат. А я - сами видите…
– А с другими? Ты говорил о своем брате с другими людьми?
– Нет.
– Ты, наверное, гордишься, что у тебя такой брат?
– Нет.
Человек из Преисподней повертел стакан, вид у него был задумчивый и печальный. Потом он снова заулыбался, глаза превратились в щелки. Он сказал:
– Ты ведь любишь вино, Антонен?
– Люблю.
– Значит, ты ходишь в кафе. А в кафе люди обычно беседуют. Особенно зимой, чтобы согреться.
– Я не хожу в кафе. Я пью вино дома.
– Это правда, последние три дня, и даже еще до похищения собаки, он в кафе не ходил, - признал, вставая, молодой человек.
– Ты правильно делаешь, - сказал тот, из Преисподней.
– Тебе гораздо лучше пить дома, чем в кафе.
Он встал и направился к двери, и слуга сделал то же самое. Он не спрятал пистолет, и Антонен подумал, что с такого расстояния он может убить Цербера, не запачкав костюм. Он опять мысленно попросил стража, чтобы они оба ушли и чтобы ему не нужно было больше бояться. Однако голос стража прервал его молчаливую молитву: