Кобун
Шрифт:
Старик спрятал лицо в ладонях:
– Ками-сама [великие боги], что он творит! Использует матрицы, не осознавая последствий... Поли-абэноши, способный оперировать внутренней энергией для лечения травм. И это - в... Сколько тебе лет, Тэкеши-сан?
– Шестнадцать. День рождения в феврале, третьего числа.
– Шестнадцать... С неподтвержденным пятым рангом и силой огня, которую не каждый мастер с рангом за тридцать продемонстрирует... Как долго восстанавливаешься?
– Если все потратить, то пару дней до прежних значений. Но я стараюсь энергию
– Да, еще и абсорбция развита выше любых похвал...
– А матрицы, это что?
– Наши клетки хранят в ДНК общую информацию о своих задачах. Врачи-абэноши могут использовать это, чтобы заставить организм восстанавливаться самостоятельно. Они лишь поставляют к месту повреждения дополнительные строительные элементы и активируют программу в нормальных клетках рядом с очагом поражения. Для базовых тканей это прекрасно работает. Например, если от печени сохранился хотя бы кусочек, можно вырастить новый орган за несколько дней. Все зависит от таланта врача и умения оперировать жизненной силой.
Спустившись со стола, профессор заглядывает мне в глаза:
– Наверно, трудно было прятать дар? Дети очень боятся о таком рассказывать родителям. Это подростки любят похвастать, дети же слишком сильно ощущают свою “инородность”. Когда ты заметил огненную искру? В пять лет? Или в три?
– Я впервые обнаружил это в конце февраля этого года. Получается меньше месяц назад. Энергию смог увидеть вообще неделю назад, - замечаю округлившиеся глаза наставника и повторяю: - Я не обманываю, Сакамото-сэнсей. Для меня самого все это из разряда страшной сказки. Открываю каждое утро глаза и думаю - не случилось ли еще чего-нибудь неожиданного.
Молчит. Долго молчит. Потом похлопывает сухой ладонью по моей груди и жестко приказывает:
– Никому. Никогда. Про это. Не рассказывай. Понял? Ты единичка-минус. У тебя нестабильный источник, любые операции с энергией могут вызвать выгорание. Никакой больше демонстрации посторонним. Если про открывшиеся таланты узнают, то сядешь под замок навсегда. Император просто не позволит подобного уникуму шляться по улицам без присмотра. И про борекудан можешь забыть. Никто не разрешит столь серьезному активу принести клятву верности постороннему человеку.
– Я понял, Сакамото-сэнсей.
– Отлично. Значит, я буду с тобой заниматься. Ты же должен понимать главное: контроль. Контроль для тебя должен быть второй натурой. Если тебе даже захочется подраться с кем-то, используй кулаки. Камень возьми, палку. Даже пистолет, ёкай тебя раздери! Но никогда не играй с огнем или еще как-нибудь не демонстрируй свою силу.
– Ко мне проявил неуважения один сятэй. Я взял его за горло и представил, будто ему там очень больно. Он сполз по стене и пришел в себя лишь через минуту.
– Бака!.. Как можно было так подставляться... Это все равно, что ты бы ударил его шокером в шею. Не удивительно, что ему было плохо... Еще раз, постарайся так больше не делать. Только в критических случаях, когда будет стоять вопрос жизни или смерти.
– Выгорю?
– Скорее всего, да. Твоя проблема в том, что ты легко набираешь серьезное количество жизненной силы. Каналы ты уже раскачиваешь, до моих далеко,
– Совсем?
– А если тебя вздумают проконтролировать? Воткнут камеру и удивятся, какие трюки ты устраиваешь.
– Я понял, Сакамото-сэнсей.
– Вот и хорошо. Все на сегодня. Жду тебя во вторник, в шесть часов. И купи белый халат, пожалуйста. Персонал госпиталя путает тебя с проверяющими и пугается.
Когда ученик ушел, профессор долго стоял у окна и смотрел на парковку. Как подъехал черный лимузин. Как Тэкеши-сан сел и уехал. Профессор стоял и повторял про себя:
– Месяц. За месяц до пятого уровня. Хотя может и больше, на глаз не определить. И поли-абэноши. Огонь и жизненная сила. Что не враждует в нем, а дополняет друг друга... Это же монстр. И он даже не осознает, каким комплексным даром владеет... Если не надорвется, к тридцати годам запросто станет на одну планку с Такахаси-сама. А потом и превзойдет его...
***
Еду в машине, бездумно смотрю на вечерний город за окном. Мигает реклама, люди спешат по своим делам. Пятница, вечер. Все клубы и рестораны сегодня забиты под завязку. Корпоративный “бульк” - обязательные посидели дружными коллективами после тяжелой рабочей недели. Вечер, когда можно упиться до беспамятства и тебе это простят. Момент, чтобы выпустить пар. Конечно - в рамках приличий, называть сидящего за столом босса “задницей” нельзя. Но накачаться спиртным с коллегами до потери пульса - это не возбраняется.
Кручу в голове услышанное и думаю, что был прав. Мне придется прятаться, не демонстрировать обретенные возможности. Сожрут моментально. Слишком я выбиваюсь из укоренившихся стандартов. Слишком я “нетакоковый”. Владею двумя стихиями, при этом не слабосилок. Если продолжу в том же темпе, то минимальные десять баллов для университета достигну с легкостью. Скорее всего, проблемой будет продемонстрировать результаты именно под эту границу, переплюнуть крайне нежелательно. Мой наставник меня в качестве учителя устраивает более чем. Я не хочу вместо нормальных отношений попасть в какую-нибудь полувоенную структуру с дедовщиной, уставщиной и прочими радостями жизни. Поэтому - единичка-минус, Тэкеши. И хватит пальцы топорщить при любом удобном случае.
– Масаюки-сан.
– Да, господин.
– Я продиктую номер, его надо запомнить. Не записать, а именно запомнить. Это телефон профессора Коичи Сакамото из госпиталя Йокомаши Нанбу. Если со мной что-то случится и потребуется помощь врачей, ты должен обратиться к нему. Он или возьмется за лечение сам, либо посоветует нужных специалистов. Больше никто не может заниматься мной. Запомнил?
– Хай, господин. Диктуйте номер.
Вот так. Лучше соломки подложить, а то мало ли что.