Код Givenchy
Шрифт:
— Шесть пятьдесят восемь.
— Благодарение Богу.
Перед нами высилось здание «Круговых линий». Массивное сооружение, занимавшее почти всю ширину причала, достигало в высоту нескольких этажей. Верхняя часть напоминала побеленную водонапорную башню с красной надписью «Круговые линии» и эмблемой с изображением статуи Свободы, помещенной между двумя этими словами. Первый этаж, на котором располагались кассы, был мне очень хорошо знаком: перебравшись в Нью-Йорк, я какое-то время работала здесь, продавая билеты.
Страйкер, доставая на ходу бумажник, уже бежал к левому окошку. Я последовала
Однако нам повезло. У нас действительно осталось в запасе две минуты. С билетами в руках мы помчались по причалу к изящной белой яхте, отправлявшейся на двухчасовую прогулку вокруг Манхэттена.
Как только мы оказались на палубе, я начала хохотать. Страйкер с любопытством посмотрел на меня, но я не могла остановиться. У меня кружилась голова от облегчения. День получился ужасным; изматывающим, пугающим и полным всяческих других неприятностей, о которых в тот момент мне не хотелось вспоминать. Но мы все-таки успели! Мы нашли подсказку, оказались на борту, и, черт побери, я собиралась отпраздновать нашу маленькую победу.
Несколько мгновений Страйкер с улыбкой наблюдал за мной, а потом положил руку мне на плечо и подтолкнул в сторону каюты. Да, я работала в кассе, но сама ни разу не отправлялась в путешествие и теперь, увидев сверкающую отделку внутренних помещений, восхищенно присвистнула. Матрос, проверявший у нас билеты, сказал, что это совсем новая яхта, и он не преувеличивал. Все казалось ярким и шикарным и гораздо больше походило на бальный зал роскошного отеля, чем на кают-компанию яхты, какой я ее себе представляла.
Мы прошли по красивому паркетному полу, половицы которого образовывали узор звездочками. Туристы пили коктейли, но я представила себе, как здесь будут кружиться танцующие пары, если яхту арендуют напыщенные богачи в смокингах.
— Сюда, — сказал Страйкер и повел меня мимо скамей с ярко-синей обивкой и шикарных столиков из дерева и хромированного металла.
Огромные, наклонно уходящие вверх окна позволяли видеть небо. Раздался печальный крик рожка, и я поняла, что яхта отходит от причала. Из окон открывался прекрасный вид на Нижний Манхэттен, и я на секунду задержалась, глядя на великолепие моего города, но Страйкер потянул меня дальше. Мы прошли через бар, отделанный красным деревом, где два бармена разливали спиртные напитки многочисленным посетителям. Я с тоской посмотрела в их сторону, но не рискнула попросить Страйкера задержаться. Нам требовалось сохранять трезвую голову.
— Вглядывайся в каждое лицо, — велел Страйкер. — Если Линкс здесь, я хочу увидеть его прежде, чем он отыщет нас.
Я кивнула и сразу потеряла интерес к интерьерам яхты, обратив все свое внимание на других пассажиров. Мы поднялись по лестнице на среднюю палубу, где обстановка была более демократичной, и прошли ее от начала до конца, вглядываясь в лица, затем вышли наружу. По всей длине яхты шла прогулочная дорожка, вдоль ее внутренней стороны стояли обитые скамьи, а со стороны океана тянулись перила. Не найдя Линкса и здесь, мы вернулись в салон.
Я узрела дамскую комнату и попросила Страйкера подождать меня. На мгновение мне показалось, что он собирается проследовать туда вместе со мной, но, к
Мне не терпелось вымыть руки, однако, бросив взгляд в зеркало, я поняла, что этим ограничиваться нельзя. Я выглядела настоящей замарашкой. Впрочем, стоило ли удивляться? За один день меня успели отравить и смертельно напугать, к тому же за мной охотился убийца. Тем не менее вид у меня был лучше, чем после долгой ночной попойки. А это уже кое-что.
Я вытащила из сумки щетку для волос и попыталась привести в порядок голову. Летняя жара и влажность обошлись с моими волосами жестоко, и они казались поникшими и в то же время взлохмаченными. В моей собственной ванной комнате, которую мы с Дженн оборудовали лучше, чем Фредерик Феккай — свой салон, я бы моментально решила эту проблему. Но здесь, на яхте, когда в моем распоряжении имелся лишь пробный флакончик лака для волос, у меня не оставалось выбора. Я зачесала волосы назад, собрала их заколкой на затылке и при помощи лака закрепила выбивающиеся пряди.
Получилось довольно прилично, но теперь волосы перестали скрывать бледность кожи. Пора было принимать крутые меры. Я высыпала содержимое сумки на столешницу, а потом убрала обратно все, кроме косметики. И быстро провела косметический ремонт лица: легкий мазок теней, чтобы глаза казались больше; немного румян, чтобы выглядеть живой; чуть-чуть пудры, чтобы не блестел нос. Наконец я привела в порядок губы, воспользовавшись сначала новой обводкой, а затем помадой, той самой, которой написала послание Страйкеру на парковке. Мне пришлось пальцем стереть с помады пыль и грязь, но после этого у меня не возникло проблем. Теперь понятно, почему я трачу так много денег на качественную косметику? В критической ситуации она не подведет.
Закончив дело, я на шаг отошла от зеркала и внимательно изучила результаты своей работы. Совсем неплохо, особенно если учесть, что сейчас мне не помешал бы душ и сон. Однако я больше не была похожа на путало и уже благодаря этому почувствовала себя лучше. На кону стояла моя жизнь, и я решила, что мне следует использовать все подручные средства.
Страйкер ждал меня на том же месте, и, как только я вышла из дамской комнаты, его взгляд сразу устремился ко мне. Я предполагала услышать ироничное замечание о женщинах, которые при любых обстоятельствах думают о внешности, не заботясь о потраченном времени. Однако он ничего такого не сказал. Я заметила, что в его глазах на мгновение вспыхнул огонь, и мне сразу стало легче.
— Теперь тебе лучше? — спросил он.
— Спрашиваешь!
— Отлично. Выглядишь потрясающе.
Я улыбнулась, чувствуя себя хорошенькой и женственной. Страйкер взял меня под руку и повел на верхнюю палубу.
Здесь мне понравилось больше всего, поскольку отсюда открывался великолепный вид. Мы находились довольно высоко над рекой, и прохладный ветерок приятно холодил лицо. Скамьи стояли в несколько рядов. Мы выбрали себе место на самой корме. За нашими спинами бурлила кильватерная струя, волны мерно ударяли о борта яхты, и сочетание этих звуков воздействовало успокаивающе. Я откинулась на спинку скамейки и немного расслабилась, глядя в небо.