Код

Прескотт Джеймс Д.

– О чем вы думаете, доктор Грир? – Анна чуть наклонила голову

Все это время Ражеш пытался выудить из-за стола штепсельную вилку. Джек достал ее и протянул Ражешу.

– Ее пространственное ориентирование и распознавание лиц впечатляют, – он не владел компьютерным жаргоном, но не сомневался, что Ражеш его понимает.

– Доктор Грир? – Анна пыталась привлечь его внимание.

Ражеш выпрямился с лицом еще красным от напряжения:

– В значительной степени благодаря улучшению оптики.

– Доктор Грир? – тянула Анна монотонным

вежливым голоском.

После третьего раза Ражеш проявил строгость. Он указал Анне на Джека и произнес:

– Не занудствуй. Мы с доктором разговариваем, – он повернулся к Джеку. – Я вам говорил, она как десятилетний ребенок.

Анна погрустнела:

– Извините меня. Я только хотела, чтобы доктор Грир ответил на вопрос.

– Если ты задаешь вопрос, а кто-то не отвечает, ­– просветил ее Ражеш, – это значит, он занят или не хочет отвечать.

– Или не слышал вопроса, – Анна улыбнулась Джеку.

– Сколько времени вы работали над программой для лицевых выражений? – Джек чувствовал, что Анна смотрит на него.

– Какой программы? Нет, сэр, никакой программы для мимики мы не писали.

– В смысле?

– Анна сама работала над выражениями лица. Наблюдая и общаясь с людьми. Ну и из телевизора, конечно.

– Из телевизора? – Джек округлил глаза.

– Да-да, – Ражеш обратился к Анне за подтверждением. – Какая твоя любимая передача?

– Улица Сезам…– она начала перечислять.

Ражеш сиял, как гордый отец способной девочки.

– Пляж…

Джек был не готов к такому повороту и громко засмеялся.

Ражеш закатил глаза и сел в ближайшее кресло:

– Мы иногда оставляем ее без присмотра, она выходит в сеть и смотрит YouTube.

Джек, не веря своим ушам, качал головой. Если в голове у нее Улица Сезам и Пляж… Это даже несколько пугало.

Он оставил Ражеша заниматься своими делами и поднялся на жилые палубы. Койка под ним принадлежала Гранту. Немолодой биолог лежал в кровати.

Щеки и лоб Гранта были красны, на коже местами проступили волдыри.

– С вами все в порядке? – забеспокоился Джек.

Грант бросил на него взгляд, не вставая

– Все отлично. Слегка не форме. Наверное, обгорел и не заметил.

У побережья Мексики такое вполне могло случиться. Вообще-то, на буровой солнцезащитный крем входил в разряд предметов первой необходимости, как каски или спасжилеты.

– Я только убедиться, что вы не больны, – сказал Джек. – Принесу термометр.

– Еще не хватало! – вскинулся Грант, готовясь спорить, но быстро понял, что спорить бесполезно.

Джек вернулся с одним из новомодных термометров и вставил его Гранту в ухо.

Термометр подтвердил заверения Гранта – температура была в норме. Однако состояние кожи Гранта напомнило Джеку о его разговоре с Гордоном.

Тот упомянул ожоги на шкуре поросят Бетси и Томми. Глупо было бы даже сравнивать, но так уж была устроена Джекова голова. Мир представлялся ему огромным, раскинутым под ногами (наподобие вещей в его каюте) пазлом, и ему ничего не оставалось, как брать в руки два или три элемента и смотреть, не подойдут ли они друг к другу.

Голос коммандера Харта зазвучал по громкой связи:

– Народ, надевайте костюмы – заходим!

Глава 21

Армони отозвался через час.

— Он готов встретиться, но хочет десять тысяч долларов, вперед.

– Десять тысяч! — Мии показалось, будто еще одна дверь захлопнулась у нее перед носом.

— Армони, может, и хороший парень, но бесплатно он точно ничего не делает.

– Пусть. Но где я столько возьму?

— Посмотрим, что можно сделать, — следующие несколько минут Олли провел, напряженно обмениваясь сообщениями. – Я сбил цену до двух тысяч, но он хочет переводом прямо сейчас.

Миа крепко обняла свой рюкзак.

— И какие гарантии, что он возьмет деньги и не пошлет меня потом куда подальше? Напишите ему: полторы и при встрече.

— Да вы та еще птичка! – улыбнулся Олли, снова берясь за телефон.

— В смысле «штучка»? – засмеялась Миа.

– Что? — он поднял голову от экрана.

– В Америке говорят «та еще штучка».

Олли как мог изобразил Хамфри Богарта:

— Вы сейчас не в Америке, дорогая, — и тут же радостно добавил, — он согласен.

Миа выдохнула с облегчением.

Олли показал ей «мейл» с адресом и велел не записывать его в телефон, а запомнить. Миа послушно принялась твердить адрес про себя.

Они покинули паркинг и направились к аэродрому на окраине Сантарена. Какие-то дедки расположились с пивом и домино прямо на обочине. Прожужжал торопливый мотороллер. Там и сям на свободных пространствах раскинулись многодетные семейства.

– - Я еще кое с кем связался, – Олли не отрывал глаз от дороги. – В баре познакомились. Его зовут Густаво, он водит маленький самолетик и берется отвезти вас в Манаус. Там вы купите билет до Аргентины. Только наличные, – последние слова он произнес медленно, с нарочитым австралийским акцентом, словно подчеркивая тем самым, как важно «не светиться».

Они остановились возле банка, и Миа пошла к банкомату. Олли остался в машине, опасаясь попасть на камеру в ее компании и получить проблемы с полицией.

Миа сняла все, что было на счете, и еще сколько могла – по кредитной карте. Теперь она, шевеля губами, пересчитывала банкноты.

– Три тысячи.

Олли прикрыл деньги рукой.

– Хорошо. Теперь спрячьте, пока нас тут не ограбили. В разные карманы. Что-то – в носки, для страховки.

Она послушалась, благодарная за помощь и советы. Двинулись дальше. Олли краем глаза видел, что Миа смотрит на него.