Код
Шрифт:
Глава 44
Поменяв старый кислородный регенератор на новый, Джек поднялся на мостик. Анна была поглощена изучением сразу нескольких голографических дисплеев, по каждому из которых бежали различные символы.
— Как успехи? – Джек остановился за ее спиной.
Анна откатилась назад, чтобы видеть его.
— Хэлло, доктор Грир. Мне кажется, успехи есть.
— Ну, и что здесь написано? – он показал на поток зеленых голографических символов, медленно сползающих сверху вниз внутри трехмерного экрана.
На
— Этого я сказать пока не могу, но, уверяю вас, прорыв близок. Дисплеи, конечно, не отображают всей полноты их письменности, но кое-что уже удалось извлечь.
— Расскажи.
– Значит так. Письменный язык, использующий от двадцати до тридцати пяти, скажем, символов, скорее всего основан на алфавите, то есть системе, где буквы обозначают простые звуки. С другой стороны, письменность, использующая слоговую систему, может иметь от восьмидесяти до ста знаков. На данный момент я выделила около семисот символов, что говорит о том, что эти существа, вероятно, использовали логографическую систему, где символы означают слова, а в ряде случаев — звуки и слоги. Еще я составила список предметов или понятий, к которым эти слова могут с большой вероятностью относиться. Логично предположить, что информация на дисплеях относится к управлению и обслуживанию корабля и его систем.
— Как-то, на мой взгляд, излишне много допущений. Они, может быть, думали совсем не так, как мы.
– Вполне вероятно, доктор Грир. Но естественно предположить, что один или несколько символов обозначают корабль. Это может быть отправной точкой. Есть еще другие соображения — не буду вас утомлять, – она улыбнулась и вернулась к работе.
– Ты совсем не боишься, Анна? — спросил он, меняя тему.
– Не поняла вопроса. Нужен дополнительный контекст, — она повернулась и вскинула голову.
— Контр-адмирал Старк сказал, что мы сильно рискуем, оставаясь на корабле. Каждый для себя принял решение — остаться или уйти. Ражеш решил остаться, но тебя никто не спросил. Мы все можем тут погибнуть.
– - Смерть есть прекращение нейронной активности. Я не идентифицирую себя с теми эмоциями, о которых вы говорите. Я только надеюсь успеть закончить работу до того, как это произойдет.
– Почему тогда закончить работу?
– Не знаю. Хочу найти ответы.
Видимо, не все эмоции были Анне известны: страх пока – нет, но любопытство – уже да.
Джек собирался уходить, когда появился Юджин.
– Так и знал, что найду вас здесь.
– У вас вид человека, которому есть, что сказать, – отметил Джек. Как и у всех сегодня.
– Наблюдаемый субъект заключен внутрь как бы искусственной матки.
– Субъект? – удивился Джек. – Несколько часов назад это была лишь горстка клеток.
– Растет с невероятной быстротой, – Юджин радостно улыбнулся, отчего на его подбородке проступил застарелый шрам. – Уже можно различить маленькие ручки и ножки.
У Джека отвисла челюсть.
– Ну,
– Вот поэтому никогда не следует трогать кнопки, если не знаешь точно, что они делают, – сделал ему выговор Джек.
– Тут-то и загадка, – возразил Юджин. – Не сердитесь, но после вашего ухода Гэби случайно прислонилась к одной из панелей, и ничего не случилось. Тогда я воспроизвел свое неловкое действие, из-за которого все началось, и опять – никаких последствий.
– Что вы хотите сказать?
– Я помню, как смотрел на инкубационную камеру, а потом на панель и думал, как сильно мне хочется нажать пару кнопок. Просто посмотреть, что будет. Очевидно же было, что тубусы когда-то использовались для выращивания живых организмов. И тут вдруг раздался звук работающего механизма. Я запаниковал и ткнул в консоль, чтобы остановить процесс. И сразу же вызвал вас.
Джек смотрел на него в полной растерянности.
– Когда я был маленьким, – продолжил Юджин, – я до смерти боялся своей прабабушки. Бабушки отца. Семья ходила вокруг нее на цыпочках. Считалось, что она одержима духами. Я-то думал, что она просто больная на всю голову.
– Похоже на семейную традицию.
– Ну, может быть, – Юджин хмыкнул. – Она была уверена, что может разговаривать с некоторыми людьми, не раскрывая рта.
– То есть вы активировали аппарат умственным усилием? – Джек тряхнул головой и показал на панели управления, окружавшие их. – Без предубеждений. Повлияйте как-нибудь на эти голограммы, и я вам поверю.
– Я ничего не утверждал, – запротестовал Юджин. – Я только говорю, что ничего не трогал.
– Все равно попробуйте, – Джек заметил, что Анна отвлеклась от своего занятия и следит за их разговором. – Видите, нам обоим интересно.
Юджин кивнул, подошел к ближайшей панели и уперся в нее взглядом.
– Если вам удастся запустить лифт, я сниму шляпу, – подбадривал Джек.
Юджин осклабился и продолжил свои усилия. Щеки его покраснели, глаза выкатились от натуги. Джеку казалось, что он задерживает дыхание. Голограмма никак не реагировала; Юджин наконец выдохнул и уселся на соседнее сиденье.
Джек посмотрел на шахту лифта. Юджин и Анна тоже. Ничего не произошло.
– «Экстраординарные заявления требуют экстраординарных доказательств», – процитировав Карла Сагана, знаменитого астронома, Анна подкатилась к Юджину и похлопала его по спине.
– Джек, – раздался голос Харта в наушниках, – хотел сказать: у нас гости.
– Какие гости?
– Военно-морская разведка.
Глава 45
Миа была в возбужденном состоянии, подхлестываемом стремительной чередой событий, но ее тело требовало сна.
Доктор Янссон в короткое время переориентировала сотрудников и ресурсы лаборатории на два основные задачи: каким образом Зальцбург создает совершенно новые гены из ничего и что является носителем, позволяющим заболеванию ввести хроматиду в зрелую клетку.