Код
Шрифт:
– Подружка не с вами?
В глазах Ражеша за необычайно толстыми линзами очков читалась какая-то растерянность:
– Вот, я поэтому. Она закончила анализ данных последнего сканирования.
Обработка данных сейсмологического исследования требует нескольких дней, а не часов.
– Это что еще за сказки, Ражеш? – Джеку стало стыдно за профессора МТИ.
– Уверяю вас, это так. Сейчас она обрабатывает сейсмометрику по темному объекту.
– Сколько времени у нее ушло на первую задачу?
Ражеш посмотрел в потолок.
– Так… один час, тридцать
– А на вторую?
– Один час, двадцать минут, тридцать две секунды.
Джек почувствовал, как кровь приливает к лицу.
– И второй скан с нуля!
– Я, собственно, об этом говорил на презентации, доктор Грир. Она подключилась к серверам на платформе и перенастроила ваш многопризначный полноволновой алгоритм инверсии. Теперь все рассчитывается быстрее.
Когда способность говорить вернулась к Джеку, он спросил:
– То есть данные по сейсмике прояснились?
– Еще как! – Ражеш словно не знал, что сказать. – Я такого раньше не видел…
•••
Джек и остальные участники совещаний сидели перед экраном. Гэби приглушила свет и посмотрела на Билли:
– Вы хотели что-то сказать?
Сейчас Билли табак не жевал, а смотрел в стол перед собой и чертил указательным пальцем на его поверхности невидимые круги:
– Две вещи. Во-первых, якорные крепления вышки в целости и сохранности, то есть эвакуация не нужна. – По залу прокатился нервный смешок. – Что касается «во-вторых»… Я понимал, что бурить, не зная, что перед тобой, – дело рискованное, но не проявил должной твердости. А когда случилась авария, я удрал. Теперь места себе не нахожу. За всю жизнь на буровых я ни разу не трусил. Прошу у вас у всех прощения.
Джек встал, чтобы принять извинения.
– Надо отвечать за свои решения – хорошие и плохие. Я пошел на риск, который мог привести к жертвам. Если кому и следует просить прощения, то это мне. – Джек поднял руку. – Честно говоря, я увидел, что мы близки к финишу, и думал только о том, чтобы до него добраться. Что произошло – произошло по моей вине. И я рад, что все окончилось относительно благополучно. – Джек сел на свое место. Главный инженер находился в состоянии изумления. Он, вероятно, ожидал, что Джек его с дерьмом смешает. Если так, то плохо он знал Джека Грира.
С этим покончили. Гэби вывела на экран скан морского дна в том месте, где бур прошел сквозь известковые породы. Даже неопытному глазу была видна стофутовая трещина, идущая вдоль линии разлома.
– Похоже, мы спровоцировали землетрясение, – Даг ухватился за концы своей большой рыжей бороды. – Вскрыли океанское брюхо.
– Это не все, – сказала Гэби, пролистывая сканы метеорита, обработанные Анной.
В напряженной тишине повис вопрос.
– Что это за чертова штука? – сформулировал его Билли, подавшись вперед и тараща глаза.
Объект был крайне странным. Кромки его расходились под ровным углом. Кусок породы? Он напоминал скорее … пирамиду. Но этого же не могло быть!..
– Гэби, подай чуть назад, – попросил Джек.
Гэби подвигала мышкой. Картинка изменилась, но понятнее не стало. Это был
– DiCore очумеет, – Даг пытался пошутить, впрочем, без особого успеха.
Все смотрели на экран как завороженные; некоторые встали и подошли поближе.
Шутки шутками, но глазам приходилось верить. Геологические силы не занимаются огранкой алмазов и не производят бриллиантов такого размера. Объект навскидку был длиной в милю и высотой в полмили. Что бы это ни было, это был точно не метеорит.
Глава 6
Пробыв в душе столько, сколько хотелось, и поговорив по телефону с дочерью, гораздо меньше, чем хотелось, Миа направилась в гостиничный бар. Следовало перекусить и потом хорошенько выспаться: завтрашний день обещал быть долгим и насыщенным.
Миа заняла место с краю стойки и заказала стакан красного вина и «мокека», бразильское рыбное рагу с помидорами и креветками. Из большого окна открывался вид на Амазонку. Солнце садилось, солнечные зайчики играли в прибрежной воде; зрелище завораживало. Одна из самых длинных рек в мире, Амазонка уступает только Нилу. Казалось, что она еще и одна из самых мутных.
Постепенно Миа переключилась на висевший над головой телевизор. Канал CNN в поисках, о чем поговорить, нашел новую тему. На этот раз — не искусственные кубинские острова и растущее напряжение в Мексиканском заливе с участием военных. Главной новостью была «вспышка света, затронувшая миллионы» и вызвавшая не одну сотню автомобильных происшествий. Причины аномалии оставались тайной. Неудивительно, что на «добычу» «слетелась» стая экспертов, сцепившихся между собой в современной разновидности гладиаторских боев – битве мудрецов. По нынешним временам недостаточно излагать различные мнения — каждое мнение должно победить или умереть. Миа вообразила инструктаж перед началом передачи: в эфир вы выйдете вдвоем, но до рекламной паузы должен дожить только один.
Телевизор погас, и Миа вздохнула с облегчением.
— Они уже несколько часов это мусолят! – пожаловался мужчина, сидевший за стойкой на некотором расстоянии от нее. Симпатичный, крепкого сложения он говорил с австралийским акцентом. Его темная рубашка и серые штаны выглядели так, будто большую часть недели их владелец провел в джунглях. Рядом с кружкой пива лежала фотокамера, похоже, не из дешевых. — Не будут же эти добрые люди дожидаться, пока станет ясно, о чем они вообще говорят.
Миа вежливо улыбнулась и оглянулась, ища поддержки. Никого рядом не было. Две пары сидели в стороне за столиками, занятые своим разговором.
— Не бойтесь, – сказал сосед по стойке, — я не кусаюсь.
Он было вернулся к пиву, но передумал, наклонился в ее сторону, протянул руку и представился:
— Олли Купер. Фамилия прозвучала как «Купоу».
Миа назвала себя и спросила с улыбкой, намекая на его филиппику:
– Вы, как я понимаю, не журналист.
— Еще не хватало! – он усмехнулся, отпил пива и подмигнул. – Я снайпер.