Кодекс Агента
Шрифт:
– Зайди ко мне, нужно срочно кое-что обсудить, – произносит Шеф елейным тоном, и я представляю добродушную ухмылку на его лице – он точно услышал девичий шепоток.
– Буду через пять минут, – коротко подтверждаю я и отключаю связь, избавляя себя от необходимости выслушивать очередную шутку ниже пояса.
Опаздываю буквально на минуту и, пригладив мокрые после душа волосы, захожу в кабинет.
Шеф сидит боком к входу и с удовольствием смотрит на экран монитора, установленного на приставном столике. В его руках чашка дымящегося кофе, а на породистом лице застыла удовлетворенная улыбка
– Полную версию еще не видел? – спрашивает Шеф, не отводя взгляд от экрана.
– Нет! – коротко отвечаю я, нейтрализуя следующую шпильку по поводу моего утреннего времяпрепровождения.
– Тогда смотри! – говорит шеф и запускает демонстрацию видео с самого начала.
Запись камер внутреннего наблюдения, установленных в чайной комнате Воронцовых довольно качественная. На огромном диване сидит очень похожий на меня полуголый красноглазый блондин с рельефным торсом, которого страстно целует юная княжна. Со стороны вижу, что гримеры Приюта изменили мое лицо до неузнаваемости.
– Выключите, пожалуйста, – прошу я, ощущая накатывающее возбуждение и запоздалое раскаяние одновременно. – Судя по поведению Мины, она это видела точно!
– Наверняка – сеть уже забита копиями! Самый популярный ролик в Рутьюбе! И видела его не только Мина – весь Приют обсуждает твои гениталии! – Шеф подмигивает, а я чувствую, как кровь приливает к щекам, и непроизвольно сжимаю кулаки.
– Я сразу зашел с козырей – больше удивить нечем! – говорю с выраженной иронией в голосе и скрещиваю руки на груди.
Шеф ожидаемо делает вывод, что я от него закрываюсь, и начинает стелить мягче.
– Не ершись, Симпа, – просит он. – Во-первых, никто, кроме ребят в Приюте не знает, что на видео ты! Во-вторых, тебе нечего стесняться! Я бы даже сказал, что у тебя есть солидный повод для гордости!
Отворачиваюсь к симуляции окна с видом на Кремль, чтобы Шеф не узрел моих взбешенных глаз. Как же он достал своими скабрезными шутками и намеками! До пятидесяти дожил, уже виски седые, а ведет себя как неоперившийся юнец! Умом я понимаю, что это профдеформация, результат многолетнего общения с нами, сиротами-подростками, но иногда эмоции берут верх.
– Императорская семья объявила о разрыве помолвки Цесаревича с Воронцовой, так что намеченная нами цель достигнута! – сообщает Шеф уже деловым тоном. – Ты как всегда на высоте!
С детства не люблю манипулирование с помощью дежурных восхвалений. Шеф знает об этом, но использует дешевый прием постоянно. И из раза в раз безуспешно. По крайней мере, именно так мне хочется думать.
– Вы же не для похвалы меня вызвали? – спрашиваю я, подавляя раздражение.
– Ну почему же: Воронцову ты соблазнил, Цесаревич женится на другой…
– Воронцову любой соблазнить может, даже вы! – не могу отказать себе в удовольствии лишний раз уколоть старика. – Для чего нужно расторжение их брака?
– Политика! – Шеф пожимает плечами. – Тебе будет не интересно!
– Мне вежливо объяснили, что это не моего собачьего ума дело?! – с усмешкой спрашиваю я. – Хочу головой работать, а не чле…
– Головой, говоришь?! –
Он недовольно морщится, открывает ящик тумбочки, достает оттуда газету и бросает на стол. На первой странице «Имперского Вестника» моя фотография, сделанная дорожной камерой на Кутузовском проспекте. Мотоцикл стоит на заднем колесе, на моем лице безумная улыбка, глаза светятся как у настоящего одаренного, а выставленный вверх средний палец правой руки направлен прямо на читателя.
– Это мальчишество, Симпа, и оно до добра не доведет! – кипятится Шеф. – Ты бы еще задницу голую показал!
– Я уже работаю над этим трюком, но он очень сложен…
– Симпа! – орет Шеф и бьет кулаком по столу.
Замолкаю. Сижу, опустив взгляд долу и давлюсь колкостями, вертящимися на кончике языка. Старик во всем прав. Третье правило «Кодекса Агента» гласит: «Будь незаметным!».
– Саша, ты хочешь играть во взрослые игры?! – серьезно спрашивает Шеф после длинной паузы.
Таким строгим я не видел его лицо давно. Наверное, с собственного тринадцатилетия, когда намазал перцем трусы молодым послушникам в Церкви Разделенного перед праздничным Служением.
Проницательный взгляд серых глаз пронизывает меня до самой изнанки души, и я понимаю, что речь пойдет о задании действительно важном и, скорее всего, очень опасном. Старик даже по имени назвал, что в Приюте строжайше запрещено!
– Тебе уже восемнадцать, и пришло время переходить к взрослым заданиям – ты десять лет учился в Приюте не только для того, чтобы охмурять симпатичных девчонок! – Шеф включает строгого учителя и хмурит густые черные брови.
– С удовольствием занимался бы этим всю жизнь! – заявляю в ответ с наглой ухмылкой на лице. – Негоже, когда повод для гордости простаивает без дела или работает вхолостую!
Иван Сергеевич хмурит брови еще сильнее и смотрит на меня осуждающе. Да, Шеф, теперь мы поменялись ролями: вы будете втирать мне серьезные темы, а я – зубоскалить и пошло острить.
– Александр, я и сам люблю побалагурить, но давай отбросим шутки в сторону – разговор у нас очень важный и ответственный!
Шеф откидывается на спинку своего похожего на трон резного кресла и поджимает губы. Серо-стальные глаза прищурены, носогубные мышцы напряжены, а на лбу залегла вертикальная складка – ни дать ни взять средневековый вождь русичей думу думает. Киваю и нехотя стираю дурацкую улыбку с собственного лица.
– Наша борьба с аристо набирает обороты – мы совершаем все более и более дерзкие вылазки, которые как круги от падения камней на воду, вызывают все более и более серьезные последствия! – Шеф седлает любимого конька, и теперь его не остановить. – Мы все ближе продвигаемся к нашей главной цели – ослабить Великие Рода, отстранить от власти аристо, которые ведут страну к катастрофе, и расчистить дорогу для здоровых сил!
Внимаю дежурным словам Ивана Сергеевича и отчаянно подавляю зевоту. Я разделяю его ненависть к зажравшимся Великим Родам, но слушать одну и ту же пластинку из года в год уже надоело. Во мне борются три желания: позавтракать, поспать и заняться сексом с Миной. Я вспоминаю уроки оперативного планирования, пытаюсь расставить приоритеты, но постоянно срываюсь и хочу всего и сразу.