Кодекс драконида

Уэйс Маргарет

– Я сам хотел бы это знать, Слит, – ответил Кэн, стараясь, чтобы голос его звучал не слишком безнадежно. – Я высылал разведчиков вперед по ходу нашего предполагаемого движения, но не туда, куда нас теперь вытесняют!

– Все будет в порядке, командир! Выход всегда найдется, – заметил сивак с улыбкой и отправился к своему подразделению, на ходу отдавая команды.

– Всегда находился, – мрачно пробормотал Кэн. – Но, если верить теории вероятностей, рано или поздно наступит момент, когда этого не случится.

Бригада прошла за цепь роты поддержки.

Дракониды в цепи выглядели готовыми к битве. «Мы успеем перевести дух», – подумал Кэн и приказал бригаде остановиться и отдыхать.

Несмотря на свой высокий чин, Кэн не был стратегом. Он был инженером. Драться должна пехота, а саперы – помогать ей, обеспечивая все необходимые условия! Сами саперы участвовали в сражениях только в случае крайней необходимости. По крайней мере, так его учили, и так было во время Войны Копья. Однако уже много лет такой роскоши, как пехота, которая могла бы взять на себя основную тяжесть рукопашного боя, у него в распоряжении не было. Да и осталась ли на Кринне драконидская пехота?!

Кэн оглянулся. За ним поднимались холмы предгорий хребта Хур. Кэн жестом подозвал своего знаменосца Гранака.

– Поднимайся на холм и установи там знамя. Мы займем оборону у подножия и будем постепенно отступать наверх. За нами будет преимущество более высокой позиции. Зажги также костер и не жалей дыма, чтобы все видели наш последний рубеж!

Гранак отсалютовал и отправился наверх. Кэн послал с ним еще несколько драконидов. Он осмотрелся вокруг. Большинство драконидов смертельно устали после битвы и повалились на землю там же, где их застал приказ отдыхать. Эдакий лежачий строй. Кэну уже доложили, что потери обоих батальонов составили восемнадцать бойцов, еще двадцать два были ранены, но остались в строю. Кэн подумал, что ему следует сказать речь, чтобы подбодрить своих солдат. Но едва ли не впервые в жизни он не решился на это. Все понимали, что положение тяжелое, возможно, худшее из тех, в какие они попадали. Кэн никогда не врал своим товарищам, не хотел он этого делать и перед смертью.

Он поднялся на гребень холма. Фургоны с припасами и снаряжением медленно двигались по долине на север в полукилометре от него. За ними, шагая как на параде, двигалась группа из двадцати драконидиц. Кэн сам учил их маршировать, и ему стало приятно, что они не забыли эту науку. Подъем был крут, и Кэн внезапно понял, что быки не справятся даже с полупустыми фургонами.

– Глот! Отправь команду помочь им! – обратился он к оказавшемуся рядом командиру первого батальона. – Когда здесь все начнется, фургоны и самки должны быть за следующим гребнем.

Драконид молча отсалютовал и отправился отдавать распоряжения. Келдак, один из младших офицеров, во главе отряда из двадцати драконидов был направлен сопровождать фургоны и самок.

Раздались два взрыва на правом фланге. Кэн резко обернулся. Там поднимались столбы черного дыма.

– Это Слит со своими бомбами, – усмехнулся Йетик. – Может быть, это и вправду замедлит их продвижение.

– Замедлит… – задумчиво произнес Кэн. – А на что

еще мы можем надеяться?

– Командир! О чем вы? – удивился Йетик.

– Пустое! – Кэн не хотел, чтобы подчиненные заметили его неуверенность и страх. Он всегда должен оставаться сильным лидером, который приведет их… Куда? К благородной гибели в бою? Он не видел другого выхода. Он даже не мог молиться своей богине. Такхизис предала его, и не только его – весь Ансалон. Но перед тем, как покинуть этот мир, она преподнесла драконидам величайший из возможных даров. Она дала им самок, тем самым вернув будущее их расе. Она доверила их Кэну, и теперь вся его жизнь была посвящена им.

Кэн, как если бы он сидел на спине дракона, парящего высоко в небе, ясно видел, что его бригада обречена. Никаких естественных, да и искусственных рубежей, на которых можно было бы закрепиться и дать отпор гоблинам, поблизости не было. Им суждено драться и умереть здесь, отступая, теряя товарищей, одного за другим.

Раздавшиеся крики и звон стали вывели Кэна из задумчивости. Дракониды Фалкта встретили первую волну наступающих гоблинов. Слит со своими воинами ударил справа, и атака захлебнулась, но новая волна гоблинов уже катилась на редкий строй драконидов. Потом еще одна атака, и рота поддержки попятилась.

Кэн посмотрел в долину. Быки с трудом тащили фургоны через перевал, дракониды помогали им как могли, несколько самок тоже пытались помочь. Кэн поморщился. Тяжелые фургоны могли соскользнуть вниз и покалечить их. Он вздохнул с облегчением, когда какой-то драконид, видимо, Глот, отогнал драконидиц от фургонов. Это работа не для детей!

Одна из драконидиц явно пыталась спорить. Фонрар, наверняка она. Вечная нарушительница спокойствия, и, Кэн не мог не признаться в этом самому себе, – его любимица.

Глот с ней справится! Должен справиться, ведь иначе тяжелый гнев Кэна обрушится на него, он это знает. Вот Фонрар направилась к остальным драконидицам. По походке и по тому, как она держит крылья, было ясно, что она вне себя от ярости.

Неожиданно это подняло ему настроение, хотя Кэн и не понимал почему. Фонрар наверняка попробует еще что-нибудь выкинуть, подумал он. Кэн любил ее именно за неукротимый нрав. Он любил их всех. Они были смыслом его жизни, и он должен был найти способ спасти их.

– Ты – надежда бригады! – сказал он самому себе. – Об этом стоит помнить. Если мне удастся сохранить солдат, все будет хорошо.

Солнце скрылось за пиками Хурских гор, В долину спустилась ночная мгла. Раздался очередной взрыв. В надвигающихся сумерках Кэн видел, как постепенно, держа строй, отходят отряды Фалкта и Слита.

– Пора! – обратился Кэн к окружавшим его драконидам. – В атаку! Покажем этим ублюдкам дорогу в ад! За мной!

Дракониды издали боевой клич. Они были голодны и смертельно устали, многие были ранены. Им противостояли толпы врагов, которых было в пять, а то и в десять раз больше. Драконидам некуда было отступить в случае поражения, но Кэн был с ними, и они верили ему!