Кодекс драконида
Шрифт:
– Прошу прощения, командир, но я видела Золотых драконов. Я их вижу в своих снах почти каждый день. Я не знаю почему, но это так. Вы понимаете?
– Да, Тезик, – ответил Кэн, который и сам иногда видел во сне Бронзовых драконов. Он-то понимал почему, но надеялся, что Тезик не придется этого объяснять.
Кэн отказался находиться в своей комнате. Не в силах стоять, он приказал поставить ему койку в штабе. Он хотел быть в курсе происходящего. Капачки занялись его ранами, и
Кэн лежал на кровати с кружкой кактусовки в одной лапе, другая была покрыта слоем слюны капачек. Риэл искусно пришила ему пальцы, и казалось, что лапа не сильно пострадала. Все дружно уверяли его, что она будет как новенькая. Но Кэн знал, что его просто утешают. Были перебиты кости, порваны нервы, и даже чудотворная слюна не сможет заставить их срастись. Никогда больше ему не держать в этой лапе боевой топор. Осознание этого не сильно беспокоило Кэна. Еще недавно он был бы просто раздавлен случившимся, но не теперь, когда он принял решение…
Фонрар аккуратно сложила знамя, в которое была замотана его лапа, и унесла его. Попытки Кэна выяснить, что с ним стало, успехом не увенчались. Ему предложили спокойно поправляться, а прочие заботы оставить другим. Он был слишком измучен, чтобы спорить. Он отдыхал и смотрел, как распоряжается Фонрар. Она была слишком занята и не говорила с ним, но каждый раз улыбалась, проходя мимо. И от этой улыбки у него на душе становилось, тепло, теплее, чем от доброй кружки кактусовки.
Он задремал, но тут кто-то потряс его за плечо.
– Что? – прорычал Кэн. – Что опять стряслось?
– Извините, командир, что бужу вас, – это, конечно же, был Слит. – Но я подумал, вы захотите увидеть…
Кэн приподнялся.
– Гранак! – воскликнул он.
Гранак ничком лежал на носилках, из его спины все еще торчал гоблинский дротик.
– Так мы его и нашли, командир, – с восхищением сказал Слит. – Он был в сознании, ругался и просил вытащить из него эту проклятую зубочистку.
– У него есть шанс выжить? – спросил Кэн с беспокойством.
– Конечно, вы знаете, немного слюны капачки…
– Прекрасно, – Кэн откинулся на кровать. – Спасибо, Слит. Ты только что опроверг одну мою теорию.
– И в чем же она заключалась?
– В том, что никто и никогда не будит меня, чтобы сообщить радостную новость.
– Ну и прекрасно, командир, – улыбнулся Слит. – А теперь спите.
– Конечно, Слит. Завтра утром всей бригаде построиться на плацу. Я оглашу приказ.
Бригада была построена. Заместители командиров батальонов рапортовали командирам, те в свою очередь рапортовали Слиту о количестве драконидов – в строю, в наряде и раненых.
Дракониды других подразделений наблюдали за построением с удивлением. Утро выдалось дымное, но теперь горела не крепость. Дракониды жгли трупы врагов.
Кэн вышел на плац. Лапа его была все еще перевязана, но он четко отдал честь, приветствуя Слита. Слит отрапортовал и вернулся на свое обычное место на правом фланге Первого батальона. Кэн окинул взглядом стоящую по стойке смирно бригаду. Как мало нас осталось, подумал он. В строю стояло всего 103 драконида.
– Бригада, вольно! – скомандовал Кэн. – Я хочу объявить о присвоении нового звания.
Бригада зашевелилась, гребни встопорщились, крылья затрепетали. Последний раз новое звание было присвоено Гранаку более года назад, когда они только вышли в Пыльные равнины. Он тогда стал знаменосцем.
– Полковник Слит! – рявкнул Кэн.
Слит опешил. Он непонимающе посмотрел на Глота, может быть, он ослышался.
– Да, это вас, – прошипел Глот.
Слит, чеканя шаг, подошел к Кэну, отдал честь и замер по стойке смирно. Кэн отсалютовал ему и снял с доспеха Слита символ его звания. Потом он снял с себя бригадирский знак и прикрепил его к груди Слита.
Слит продолжал стоять по стойке смирно, ничего не понимая.
Кэн обратился не к нему, а к остальным.
– Бригада! Слушай приказ: полковник Слит производится в бригадиры и назначается командиром Инженерной бригады Первой драконидской армии. Приказ вступает в силу немедленно.
Кэн отдал честь Слиту и повернулся, чтобы уйти.
– Командир! – взволнованно воскликнул Слит.
Кзн обернулся.
– Вы уверены? – тихо спросил Слит.
– Я в жизни ни в чем не был более уверен, – улыбнулся Кэн.
Слит отвел взгляд, потом снова поднял его на. Кэна.
– У нас есть кое-что для вас, – Слит обернулся к бригаде и скомандовал в стиле «Я вам покажу, сукины дети!»: – Знаменосец! Вынести знамя!
Гранак лежал на носилках на краю плаца. Он был еще слишком слаб, чтобы встать в строй, он мог только приподняться на локте, но за все блага мира, он не согласился бы пропустить это зрелище.
Крезел держал знамя как на параде. Полотнище было в нескольких местах пробито и залито кровью. Гранак кивнул, и Крезел, печатая шаг, подошел к Слиту. Он наклонил древко параллельно земле.
Слит снял полотнище с древка, сложил и протянул Кэну.
– Мы думаем, оно должно быть у вас. Особенно теперь, когда вы назначили меня на свое место.
Кэн молча принял знамя. Он не мог говорить.
Слит кивнул. Крезел достал другое полотнище, развернул и вручил Слиту. Это была точная копия знамени бригады, только к двадцати трем прежним знакам боевой доблести добавился еще один и надпись: «Крепость Маранты». Любой, кто увидит знамя, сразу поймет, что бригада участвовала в сражении и победила.