Кодекс жизнетворца
Шрифт:
Такси повернуло на Фултон-стрит, и все увидели группу евангелистов с плакатами, предупреждающими об опасности сношений с ТЕМНЫМИ СИЛАМИ и провозглашающих Замбендорфа НАМЕСТНИКОМ САТАНЫ. Евангелисты стояли на тротуаре у здания телестудий Эн-Би-Си, напротив торгового центра. Дрю Вест заметил Клариссу Эйдстадт, ждущую у обочины перед толпой, и попросил шофера остановить такси возле нее. Она села рядом с шофером и знаком предложила ему ехать дальше.
– Сегодня этих придурков многовато, - сказала она, поворачиваясь к перегородке.
– Главный вход осажден, но я знаю служебный боковой.
– Потом шоферу: - Здесь направо... Высадите нас возле тех парней, что разговаривают с двумя полицейскими.
Такси остановилось, все вышли. Пока Вест расплачивался с шофером,
Группа вошла в здание, Замбендорф извинился, сказав, что ему нужно вымыть руки. На самом деле он хотел прочесть заметки, которые дала ему Кларисса. Через пять минут он присоединился к остальным и был представлен Эду Джексону, ведущему популярного "Шоу Эда Джексона", в котором Замбендорф будет главным участником. Джексон некоторое время изливал свой энтузиазм в стандартной телевизионной манере, потом ушел, чтобы начинать шоу с первыми участниками - для разогрева публики. Замбендорф со своими спутниками пили кофе, разговаривали с телеработниками и смотрели шоу по монитору. Подошла гримерша и нанесла Замбендорфу на нос и лоб несколько мазков. Замбендорф еще раз спросил, когда будут заранее оговоренные вставки рекламы.
Наконец наступило время выхода на сцену, и Замбендорф оказался сбоку, за кулисами, вместе с помощником режиссера, а Эд Джексон тем временем настраивал аудиторию, заполняя время рекламной паузы. Потом повернулся, вытянул выжидательно руку, и оркестр тут же взорвался трубным крещендо; режиссер ткнул пальцем из своей будки, и Замбендорф прошел вперед в яркий свет юпитеров; его встретил гром аплодисментов и всеобщее возбуждение.
Замбендорф раскланивался в разные стороны, отвечая на аплодисменты, Джексон улыбался, наконец они сели за низкий столик со стеклянной поверхностью, и Джексон начал свою обычную процедуру:
– Карл, добро пожаловать на шоу. Я думаю, мы все гадаем, какие сюрпризы вы для нас сегодня приготовили.
– Он немного помолчал, давая время зрителям освоиться, потом продолжил: - Были ли вы... гм... удивлены небольшой демонстрацией на улице, когда приехали?
– О, меня никогда ничего не удивляет.
– Замбендорф улыбнулся и выжидательно посмотрел на аудиторию. Через одну-две секунды его вознаградил взрыв смеха.
Джексон тоже улыбнулся.
– Серьезно, Карл, некоторые религиозно настроенные члены общества все время предупреждают нас относительно ваших способностей и того, как вы ими пользуетесь, что вы вторгаетесь в запретные области, от которых нельзя ждать ничего хорошего, что вы имеете дело с силами, с которыми нельзя связываться, ну, и так далее... Что вы ответите на такие опасения? Они беспочвенны? Или есть все-таки что-то, что следует сказать людям?
Замбендорф на секунду нахмурился. Это всегда деликатный вопрос. Любое согласие ничего ему не даст, но и прямой отказ тоже не в его интересах.
– Мне кажется, этот тот случай, когда на одно и то же разные люди смотрят по-разному, - сказал он.
– Эти люди смотрят на действительность с религиозной точки зрения, и, естественно, на них сказываются традиционные религиозные взгляды и предубеждения... должен сказать, что не все они совместимы с современными взглядами на устройство вселенной и на наше место в ней.
– Он виновато пожал плечами и быстро развел руки.
– Я интерпретирую факты с научной точки зрения. Иными словами, я занимаюсь теми новыми феноменами, которые пока лежат за пределами научной любознательности. Но это не значит, что они запретны или таинственны. Так могли относиться к электричеству в Средние Века. Это просто загадка загадка, которую не может объяснить современный уровень знаний, но которая тем не менее в принципе объяснима и будет объяснена с течением времени.
– Что-то такое, к чему нужно
– Больше всего людей пугает то, что порождено их же сознанием, ответил Замбендорф.
– То, чем мы занимаемся, открывает совершенно новые походы к сознанию человека. Лучше познав себя, люди сумеют лучше справляться с собственными страхами. Обычно люди больше всего бояться испугаться.
– Может, тут вообще нет никакого противоречия, - заметил Джексон. Может быть, религиозные мистики на протяжении столетий испытывали то же самое, что вы сейчас пытаетесь использовать на сознательном уровне, научно... ну, например, так же, как магнетизм: ведь его использовали задолго до того, как поняли. В основном вы говорите то же самое.
– Именно так я вижу эту проблему, - согласился Замбендорф. Средневековая церковь преследовала Галилея, но сегодня религия согласуется с ортодоксальной наукой. Можно многое понять из этого прецедента. Замбендорф был совершенно искренен: только имел он в виду совершенно не то, что большинство из зрителей.
Джексон почувствовал, что аудитория пресытилась серьезной материей и глубокой философией, и решил, что пора продвигаться дальше.
– Я знаю, что вы вернулись из длительной поездки, Карл, - из Аргентины. Как она прошла? Больше ли активности и энтузиазма в Латинской Америке, чем у нас?
– О, поездка была очень успешной. Мы все наслаждались ею и встретились с массой интересных людей. Да, там начинают серьезные исследования по нашей теме, особенно в одном университете, где мы побывали... Но, говоря о длительных поездках, слышали ли вы еще об одной? Мы только что получили подтверждение.
– Нет, расскажите нам.
Замбендорф взглянул на аудиторию, потом прямо в камеру.
– Мы отправляемся на Марс в составе экспедиции САКО. Мало кто знает, какие серьезные исследования проводит САКО в области паранормальных явлений, особенно в связи с передачей информации и воздействии на расстоянии.
– Это правда. Мало кто знает; а те, кто знают, знают также, что САКО никаких таких исследований не проводит.
– Мы в течение некоторого времени вели переговоры с САКО при посредничестве одной из основных космических корпораций, теперь достигнуто соглашение о проведении целого ряда экспериментов. Из цель - проверить, как сказываются внеземные условия на паранормальных феноменах...
Замбендорф некоторое время рассказывал о марсианской экспедиции, преувеличивая роль своей группы, но в то же время не говоря ничего определенного. Джексон внимательно слушал, кивал в нужных местах и давал соответствующие ответы, но все время следил за аудиторией в ожидании первых признаков невнимательности.
– Все это замечательно, Карл, - сказал он, решив, что напряжение достигло максимума.
– Мы желаем вам успеха в нашем мире... или, может, лучше сказать - вне нашего мира... и надеюсь, вы снова будете участвовать в нашем шоу - после экспедиции.
– Спасибо. Я тоже надеюсь на это, - ответил Замбендорф.
Джексон повернулся лицом непосредственно к Замбендорфу, положил ногу на ногу и позволил рукам лечь на ручки кресла. Перемена позы означала изменение настроения и темы. Он озорно улыбнулся, давая знать, что подходит к части, которой все ждут. Замбендорф сохранял серьезное выражение лица.
– У меня в кармане предмет, - признался Джексон.
– Он потерян кем-то и передан в администрацию незадолго до начала нашего шоу. Вероятно, он принадлежит кому-то из зрителей в нашей студии. Мы подумали, может, Замбендорф что-нибудь скажет по этому поводу.
– Он на секунду отвернулся и сделал искренний жест в сторону аудитории и камеры.
– Честно, друзья, тут никакой подделки. Клянусь, никакого сговора.
– Он снова повернулся к Замбендорфу.
– Мы решили, что это неплохая мысль. Как я уже сказал, у меня в правом кармане предмет. Можете вы сказать о нем что-нибудь... или о его владельце? Должен сказать, я в таких вещах не разбираюсь... Может, это слишком сложное испытание, но...
– Он замолчал, увидев застывшее выражение лица Замбендорфа. Аудитория стихла.