Кофе готов, миледи
Шрифт:
Annotation
Свет в конце туннеля? Есть. Чужое тело? Есть. Понимание, что происходит? Абсолютно нет. Значит, отставить истерику и вперед – делать то, что умею, и будь, что будет. Но как это делать, если за спиной заплаканная пигалица, а над головой дамоклов меч замужества? Разберемся, а как иначе...
Кофе готов, миледи
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Эпилог
Пролог
– Вы действительно считаете, что эта дрянь стоит своих денег? – я цепко окинула взглядом фигуру, затянутую в черный костюм, и усмехнулась. Джейкоб слегка затравлено огляделся и со свистом втянул в себя воздух:
– Но, мадам, я не понимаю, чем вы недовольны. Это краска высшего качества! А четкость печати гарантирует…
Я провела ногтем по первой этикетке, сколупнув «краску высшего качества». Дрянь. Ну какая же дрянь. И краска, кстати, тоже отвратительная. Этот румынский проходимец решил, что он самый умный и сможет надуть недалекую русскую тетку? Ну-ну.
– Джейкоб, как давно вы ведете свои дела в России? А в нашем городе?
– О, мадам, я давно поставляю частным предпринимателям и крупным компаниям свою продукцию в этой стране! – пройдоха с готовностью заверил меня в своем профессионализме. – И до сих пор никто не жаловался, – чуть обижено закончил он.
– Неужели до сих пор прокатывало? – удивилась я.
– Д-д… Что? – румын запнулся и поднял на меня глаза, в глубине которых замерцала тревога. Самоуверенности в его словах было столько же, сколько заверения, что он настоящий румын при нашем знакомстве. Первая встреча была полна сладкой патоки в мою сторону и ложной скромности относительно его «румынской» честности. В этот раз не прокатило.
– Заберите это. Ни качество печати, ни качество материалов не соответствует российскому ГОСТу о полиграфической продукции. Ознакомьтесь на досуге, – я устало поднялась с неудобного кресла. За последний час мой зад приобрел квадратный вид и отдавал немеющей болью в пояснице. Голубой пиджак лег на плечи, а злой взгляд Джейкоба прожигал мне затылок. Надеюсь, он не стал печатать больше первой партии, иначе мне очень жаль затраченных им ресурсов – за брак я платить не собираюсь.
– Мадам, вы… вы пожалеете, – решительно раздалось сзади. Я приподняла бровь. До чего же самоуверенный идиот, мама миа, и не стесняется же напрямую угрожать. Наши «новые русские», ставшие честными бизнесменами с приходом нулевых годов, были гораздо более изобретательны в своих угрозах. Там тебе взломанная дверь квартиры без единой пропажи, и несварение от простого чая, купленного в любимом и на сто раз проверенном кафе, и даже подозрительный молодчик, следующий за тобой по пятам вечером. Романтика. А тут… тьфу.
– Сегодня же в прокуратуру ляжет заявление о несоблюдении государственных стандартов при производстве продукции, а также о незаконном предпринимательстве и укрывательстве дохода от налоговой, – ровным тоном пообещала я. Через несколько секунд хлопнула входная дверь в мой кабинет, а я посмотрела на себя в зеркало, спрятанное за шкафом с бумагами. Зеркальная поверхность отразила чуть
– Лена, займись, пожалуйста, покупкой нового кресла в мой кабинет. А то еще немного, и я буду как те квадратные арбузы – очень странная и очень интересная, – обратилась я к секретарше, упорно воюющей с С1. Лена была прирожденным гуманитарием и к компьютеру всегда подходила с опаской, что делало ее не самым продуктивным пользователем ПК. Зато она отлично разбиралась в делах организации, успевая следить даже за моим питанием, вовремя принося в кабинет не только кофе, но и полезные перекусы.
– Конечно, Маргарита Степановна. Я как раз видела удобные офисные стулья, когда смотрела сюда кресло… – она виновато осеклась и бросила на меня осторожный взгляд. Ну да, мебель в офисе нуждалась в замене. А секретарша давно имела тайную мечту поставить себе в прихожую кресло, стоящее отдельно от гостевого диванчика. Ладно, если в следующем месяце она удивит меня своей изобретательностью, то будет ей кресло. А изобретать придется много.
Я кивнула головой и отправилась на улицу. Наполненный выхлопными газами воздух скользнул в легкие, вызвав тошноту и кашель. Это конечно лучше, чем спертый воздух в офисе, но как же раздражает запах бензина и отходов с металлургического комбината, стоящего чуть ли не в центре города. Где-то послышался протяжный гудок и испуганные голуби сорвались с места, закрывая от меня дорогу. До чего же много здесь птиц, да еще таких наглых.
Внезапный визг шин заставил меня резко обернуться, а в следующую секунду сорваться с места и отпрыгнуть на добрые пять шагов в сторону. Черный джип влетел на тротуар и не снижая скорости врезался в дорожный знак. Я стояла в двух метрах от аварии и чувствовала, как седина медленно расползается по моим вискам. На месте знака могла быть я.
Та-а-а-к, вдох, выдох, Рита, вдох, выдох. Шаг назад. Ты цела, не нужно так дрожать. Толпа, собирающаяся вокруг джипа, становилась плотнее, а я внезапно вспомнила все фильмы, где машина взрывается после аварии, и поспешила отойти как можно дальше. Жаль, что предательские коленки дрожали так сильно, что следующий шаг дался с неимоверным трудом. Дикий скрежет металла и крик: «Осторожно!» я услышала не сразу, а поэтому, когда подняла голову, увидела только заваливающийся на меня знак, покореженный джипом. Это шутка какая-то? Два заряда в одну воронку не…
Удар был сильным. Настолько, что мгновенная боль, разбежавшаяся от макушки до пяток, заставила меня закричать и, вероятно, потерять сознание. А иначе как объяснить сгустившуюся вокруг темноту и полную тишину? Ведь вокруг было столько народа, да и день на дворе, куда это все пропало?
Минуточку! Если бы я потеряла сознание, я бы сейчас ни о чем не думала, верно? Так почему я вполне могу рассуждать о своем состоянии и куда пропала вся боль, еще секунду назад пронзившая меня насквозь? И почему тут так холодно, если сейчас лето? Я начинала паниковать. Находиться в полной темноте и тишине мне совершенно не нравилось, а к горлу подкатывал удушающий страх. Я же не могла умереть? Я же мыслю, а Декарт не ошибался. Так что же со мной? Кома? Клиническая смерть? Господи, да как же мне очнуться?! Я даже сделать ничего не могу!