Кофе в постель
Шрифт:
Только это не было лучшим решением.
— Пей по одной таблетке не чаще трех раз в день, — пробормотал Святослав, резко отведя глаза. И нахмурился, услышав, что его голос стал низким, и почти таким же хриплым, как ее. Только, определенно, по совершенно иной причине. — А вообще, думаю, дня через два тебе станет легче. И в субботу уже сможешь танцевать на вашем Новом году, — он заставил себя сглотнуть и проговорил это все, так и не посмотрев на нее. — В общем, прости, что так напугал. Дверь была открыта…
—
Он кивнул, но в упор рассматривал узор на стене.
Почему-то, ему показалось, что воздух стал плотным. Настолько, что едва проталкивался мышцами его горла в легкие.
— Я пойду, пожалуй, — продолжая изучать какой-то дурацкий цветочек, сказал он. — И…, прости, серьезно, я не думал, что так выйдет.
— Слава, — он застыл, почувствовав, как ее тонкие, ледяные, влажные пальцы обхватили его ладонь. И не хотел, а не удержался, перевел глаза на лицо Наташи. Она пыталась улыбнуться. Очень пыталась. — Может, ты кофе хочешь? — едва ли не с отчаянием спросила Наташа, так и не отпуская его руку.
Святослав опять растерялся.
Он был уверен, что она меньше всего хотела бы сейчас находиться рядом с тем, кто настолько напугал ее своим появлением. Пусть и ясно, что Наташа не конкретно его испугалась. Однако…
— У меня и дома карамель есть, — с вымученной улыбкой пробормотала Наташа, видя, что он не отвечает. А потом закусила губу. — Господи! Что я мелю. Три часа ночи, а я тебе кофе предлагаю. Прости, — Наташа покачала головой. — Ты, скорее всего, просто спать хочешь. И так, из-за меня из дому выбрался.
Ему показалось, что она вся ссутулилась, словно стала еще миниатюрнее и тоньше, чем и так была.
И у Славы все сжалось внутри от непонятного, ничем не оправданного желания прижать ее к себе и успокоить, защитить, сказать, что ей нечего бояться — он рядом.
Только вот, откуда это стремление? Да и потом, ему же уходить надо…
В этот момент зазвонил его телефон, то ли спасая Славу от ответа, то ли мешая понять…
Наташа вздрогнула, не заметив, что так и продолжает держать его за руку. Святослав вытянул свободной рукой аппарат, и едва не с облегчением увидел там имя Дениса.
— Слава! Ты где? — Дэн нервничал еще сильнее, чем во время прошлого звонка. — Я не могу до Наташи дозвониться, у нее что-то с телефоном.
«Ага, он это уже понял».
— Я уже приехал, — скупо ответил Святослав, почему-то, не в силах отвести глаза от ее пальцев, бледными штрихами выделяющиеся в полутьме коридора, на фоне его, более смуглой коже. — Я у Наташи.
Наверное, что-то было в его голосе.
Во всяком случае, Денис на секунду замолчал, а потом выругался настолько грубо, что Слава даже скривился.
— Она испугалась,
— Думаю, можно и так сказать, — попытался Слава уйти от употребления конкретных слов в ответе. В конце концов, Наташа стояла рядом и слушала их разговор.
— А, черт! Я так хотел ее предупредить, — Денис, определенно, сильно расстроился. — Дай ей телефон, пожалуйста.
Не споря, Святослав протянул трубку Наташе.
— Это Денис, с твоим телефоном что-то не так, — пояснил он ей.
Она кивнула и взяла предложенную трубку.
Так и цепляясь за его руку.
— Привет, День, — голос Наташи звучал вымученно. Но она, определенно, пыталась показать брату, что ей лучше, чем было на самом деле. — Не выдумывай. Не надо такси. Подумаешь, испугалась. Ну, не узнала я Славу в темноте. Да ничего не будет, — чем шире Наташа улыбалась, тем сильнее ее пальцы сжимались на его руке. Как будто, она нуждалась в силе, и брала ее у Святослава.
Но он был не против. На здоровье. Слава хотел, чтобы она успокоилась.
Было что-то чертовски неправильное в том, что такой хороший человек, как Наташа, испытывала настолько сильный страх. Это злило Славу.
А понимание того, что имелся кто-то, кто этот страх в ней зародил — превращало злость в гнев. И у него не было никакого объяснения для такой силы своей ярости.
— Да все нормально будет, Деня, серьезно, — Наташа продолжала убеждать брата. Но будь он на месте Дэна — ни капли бы не поверил ее словам. — Да, что тут осталось до утра? Три часа. Я пересижу. Не маленькая же, — он ощутил легкую боль, когда ее короткие ногти впились в его пальцы.
Но Святослав даже не поморщился.
Это было не чувствительней укола булавкой по сравнению с тем, что он выдерживал каждый день. А ей, может быть, станет легче.
— Да, я его больше напугала, — Наташа нервно рассмеялась, и Слава понял, что она говорит о нем. — Еще и растерялась, начала Славу на кофе приглашать, в три часа ночи, — она что-то еще говорила брату, но Святослав перестал слушать.
Ему не хотелось кофе, если честно. Хотелось уехать домой, подальше от всей этой странной, непонятной и непростой как для нее, так и для него ситуации. Пусть причины их напряженности и были разными.
Вот только, глядя на ее бледные пальцы, Святослав понял, что останется на кофе.
Внезапно, до него дошло, что больше всего, что уже произошло, Наташа боялась остаться в одиночестве своей квартиры. И это приглашение — было ее попыткой скрыть свою слабость за вежливостью.
Он, как никто другой знал, сколько надо вывернуть в душе, чтобы признать собственную слабость перед другим человеком.
Навязчивые, настырные слова из прошлого, не в первый раз за вечер, всплыли в памяти: «…только, если никого лучшего нет рядом…».