Когда горит трава
Шрифт:
Но величайшей гордостью отца был, конечно, Джалла. Джалла показал, кем может стать сын пастуха. Стадо в тысячу голов и невеста Фиддиго! Что же касается позора на шарро, то в один прекрасный день Джалла покроет себя славой. Старик не забывал своих обещаний. Как только он станет жить более осёдлой жизнью,
По вечерам, когда все они, и Шайту, и Лейбе, и Рикку, собирались у костра и рассказывали о пережитом в разлуке, старик чувствовал, что былое счастье почти возвратилось к нему. Однако он утратил своё место среди жителей Докан Торо, и, чтобы возвратить его, надо было отнять у Ардо звание вождя.
Сансай с семьёй нарочно остановился не слишком близко к деревне. Однажды ночью Сансай и Рикку пробрались к хижине Ардо. Собаки не брехали, так как их пасти были запечатаны заколдованным мясом. Сансай и Рикку разбудили Ардо и предложили ему на выбор немедленную смерть или немедленное бегство. Как был, полуодетый, Ардо бросился прочь из деревни. Он не успел отбежать далеко, когда его хижины
одна за другой взвились к небу столбами огня.
Наутро Сансай и его сторонники вошли в деревню. Деревня радовалась и ликовала. Девушки под доровами играли на скрипках гвоги и гремели калебасами, в то время как юноши состязались в ловкости и силе. Пели флейты, грохотали барабаны, на весёлых ногах звенели браслеты.
Для многих этот день означал конец самоуправству Ардо. Они давно знали Сансая как любящего отца и мудрого правителя. Нашлось много рук, пожелавших расчистить место
Некоторое время Сансай чувствовал, что, как и в старые времена, крепко держит в руках нити своей жизни. Люди приходили к нему за предсказаниями. Они приносили ему раны тела и души. Он был в родной стихии.
Он знал, что скоро Рикку один уйдет в пастухи к Лигу. Рикку будет работать у Лигу до тех пор, пока она не подарит ему нескольких зебу, чтобы завести своё собственное стадо. Это хорошо. Мальчику нужно,чтобы кто-то старший заботливо присматривал за ним. Пусть сходит в Новую Чанку к Одио и полюбуется его сахарной мельницей. Но он принадлежит к племени скотоводов и должен вернуться к Лигу.
Вечером накануне ухода Рикку Сансай призвал его и сказал, что ему плохо. Ночью он весь горел и впал в забытье. Шайту, Лейбе и Рикку видели, что скитания отняли у старика все силы. Странствия по саванне оказались губительными.
Рикку и Шайту пытались исцелить его лучшими травами. Всё было тщетно.
— В день смерти ни один врач не поможет,— улыбаясь, говорил Сансай.
Это был третий день болезни. Шайту и Рикку боролись со смертью.
— Рикку! — его голос, казалось, шёл издалека. Улыбка появилась на его губах, и он испустил последний вздох.
Рикку стремглав ринулся на зов, но было уже поздно. Он зарыдал и в горе бросился наземь. Шайту подняла его, она тоже была вся в слезах.
Сансая очень любили, и его похоронили при великом стечении народа на месте прежней его стоянки близ Докан Торо. А затем Шайту и Рикку спешно покинули эти края, ибо недаром говорится, что место, где умер человек, приносит несчастье.