Когда муж - оборотень...
Шрифт:
— Мы поэтому переехали сюда?
— И поэтому тоже. — кивнул Вадим.
— Как давно умерла твоя жена?
— Тридцать семь лет скоро будет.
— И,конечно, не от рака?
— Она была оборотнем. Ее убил охотник.
Я чувствовала, что Вадиму до сих пор больно вспоминать.
— Сколько лет вы были вместе?
— Сто восемьдесят.
— Мне жаль. — Искренне сказала я, — Ты нашел его?
— О да. Нашел, — Вадим мстительно улыбнулся, так что сразу стало понятно, чем эта встреча закончилась.
— Сколько Лет Ефиму?
— Летом
— А много этих черных магов?
— Много! Очень! В разы больше чем нас, увы.
— Они что, реально все поклоняются дьяволу?
— Поклоняются не все. Служат — миллионы. Он быстро дает человеку обогащение, положение, власть. Взамен просит, казалось бы, совсем немного. Нужно привести к нему новые души и делать тем, кто вокруг тебя так плохо, как только можно. Чем людям хуже, тем всем темным существам, населяющим темные параллельные миры лучше, они питаются темной энергией.
— Я могу чем—то помочь вашему делу?
— Ты и так помогаешь Андрею восстанавливать справедливость. — Вадим прижал меня к себе и поцеловал в макушку.
— А ты правда не знаешь ничего о моем прошлом?
— Я сделал все, что мог, Вика. Я не виноват, что никто не отозвался.
был весьма уклончивый, однако. Муж решительно припал губами к моей шее, а его руки жадно мяли мои ягодицы, постепенно подбираясь к самому сокровенному, что тут же заставило меня забыть обо всем на свете и подчиниться желаниям своего хозяина.
Глава 10
Следующие три дня прошли спокойно, мне привезли вещи, и я была весьма довольна. В прокуратуру меня не вызывали, новых дел не было, по маньяку тоже нечего не было. Первую половину дня я отдыхала, вторую проводила мастер— классы с детками. На мастер—классы приходила и Оленька, дочь Бориса и Лены. Их самих я эти дни не видела, но на третий день Лена пригласила нас всех на семейный ужин в честь их возвращения. Видимо, чтобы расставить для всех в семействе все точки разом. Были и Андрей с Лизой, и Ефим с Вероникой. Ефим приехал помочь отцу найти маньяка.
Вероника, посмотрев на меня, решительно заявила, что нельзя так уставать, тут же накапав мне в чай выжимку из каких—то трав, которую сделала собственноручно. Хотя причина моей бедности крылась вовсе ни в усталости, а в необходимости при всех мило, как ни в чем ни бывало улыбаться Борису и Лене. Дело было в том, что все присутствующие были в полном курсе ситуации, Да и Лене с Борей сейчас не легче. Немного подергавшись, я вдруг поняла, что нашей вины тут нет и стесняться нам всем нечего. Это Альфа непонятно зачем решил воспользоваться своим правом сильнейшего, осложняя всем нам жизнь, а в первую очередь себе. Пусть он и краснеет и ерзает за нас за всех, если нужно.
Обнаглев, я даже предложила тост:
— Ну что, за нашу семью, крепкую и дружную?
Лена недобро покосилась на меня, но все остальные тост поддержали. А Вадим так радостнее всех.
Постепенно напряжение спало. Все вели себя как
Придя домой, муж сразу увлек меня в постель. Ему не терпелось утвердить свое право собственности. Я не возражала. Как любовник — Вадим хорош, с этим не поспоришь. Страстный, горячий и неутомимый, мне под стать. Я с удовольствием прижимала его к себе плотнее, до боли впиваясь ногтями в его упругие ягодицы, я выгибалась под ним, изнемогая от наслаждения. А потом как—то резко провалилась в глубокий сон.
Проснулась я от каких—то истошных криков. Или это мне показалось? Все тихо, Вадима рядом нет. Наверное, приснилось. Я встала, посетила ванную, сделала дела. Когда я встала у Зеркала, чтобы причесать всклокоченные во время любви волосы, позади себя в отражение зеркала увидела сгорбленную, маленькую старушку. Ее лицо было в глубоких морщинках и бородавках. Нос длинный, белые редкие волосы торчали из—под черного платка, ну прямо хрестоматийная злая ведьма из сказки.
Женщина стояла в углу ванной, зыркая на меня любопытными серыми глазками.
— Вы кто? — От шока я даже не подумала прикрыться.
— Баба Зина я. — тихо прошелестела старушка.
— Чего вам надо?
— Хочу показать тебе, детка моя, чем твой муж ночами занимается, а то ведь живешь уж много лет, а с кем — понятия не имеешь. А надо, если жить хочешь. — Говорила бабка тихо и спокойно, но стало жутко аж до мурашек.
— Чтобы он не делал — это его работа! Мне он плохо не делает!
— Ошибаешься! Уже делает! Он забирает твою силу, питается ею, как упырь кровью. Просто так ты разве ничего не помнишь? Нее, детка! Так не бывает. Иди, наденься!
— А вы знаете, кто я?
— Все в свое время узнаешь! Иди наденься, говорю! — в голосе бабки зазвучали приказные нотки и угроза. Я невольно поспешила повиноваться.
От бабки не исходило могильного холода, значит это не дух, но и ауры не было. Значит, не человек. Некая сущность, раньше мне их так ясно видеть не доводилось, только неясными, бесформенными пятнами. Как ни странно, страха я не испытывала, только любопытство.
Чем занимался Вадим по ночам и правда знать очень хотелось, слишком много он недоговаривал. Это было понятно и без всяких сверхъестественных способностей.
Пока я надевалась, бабка стояла в углу спальни и зыркала по сторонам.
— Иди за мной, — сказала она, когда мы вышли на улицу.
Мы пошли в лес, несколько раз сворачивали то налево, то направо, то опять налево. Бабка шла молча, и хоть на небе были тучи, видела я ее четко. Мы зашли уже довольно далеко, и тут я начала различать вдали то ли плачь, то ли вой, то ли стоны. По мере продвижения вперед звуки усиливались, и я совершенно точно расслышала женские крики, исполненные болью. Стало откровенно жутко и страшно.