Когда падают листья...
Шрифт:
— Я — сплю.
— Ладно-ладно, — проворчал Яромир и встал, — я пошел.
— Аккуратнее, Яромир!
Но он уже вышел.
Велимира села и закрыла лицо руками.
— Ты чего? — Ждан подсел рядом, — плачешь, что ли?
— Нет.
— А чего тогда?
— Ждан, не трогай меня, пожалуйста.
Парень насупился, но дальше терзать вопросами девушку не стал.
А Веля стала смотреть развилки на Нитях. Вдруг где найдется более прочная, чтобы не оборваться под весом четырех судеб, связанных между собой Осенью?
Зал
— Господин?..
Дарен обернулся.
— Господин, госпожа и господин Залир готовы Вас принять, — слуга — приземистый горбатый человек неопределенного возраста — подобострастно поклонился, и Дар еще успел заметить, какое у него жуткое лицо: такое же серое и к тому же все в рытвинах.
Приемная чаровников была убрана немного оригинальнее: красные и бардовые оттенки наводили лишь на одну, всем известную, ассоциацию. Быстро оглядевшись в поисках окна, через которое, вполне возможно, пришлось бы удирать, и не найдя такового, Дарен перевел хмурый взгляд на супружескую чету (а в том, что чаровники были супругами сомневаться не приходилось).
У мужчины были черные, коротко стриженные волосы и ненормальный блеск ученого-психопата в глазах, рыжеволосую женщину он уже видел. На головах обоих чернели одинаковые татуировки.
"Вот пропасть, — с досадой подумал Дарен, — надо было спросить у Велимиры, что врать насчет моей картинки…"
— Дарен, — коротко представился он.
— Зарема, — наклонила голову женщина, — мой муж…
— Вернер, — перебил ее чаровник. — Мы рады приветствовать Вас в Чарограде.
— Садитесь, Дарен, — Зарема с улыбкой людоеда кивнула на кресло, стоящее напротив, — выпейте, расслабьтесь.
Между ними был небольшой стол, на котом уже стояло три бокала, которые тут же расторопно наполнил тот же слуга со страшным лицом. Войнику такое начало категорически не понравилось. Все это очень смахивало на то, что его банально хотят опоить. Чем? Ядом? Нет, им это не нужно. Тогда — что?
— Это не кровь? — мрачно пошутил Дар.
— Что вы, — ненормальный блеск в глазах мужчины усилился, — это лучшее заросское вино. Вам понравится.
Войник предпринял последнюю попытку выкрутиться:
— Может быть, сначала о делах? На трезвую голову.
Как ни странно, но пара переглянулась, после чего Вернер натянуто улыбнулся и сказал:
— Разумеется. Как вам будет угодно.
Дарен выжидающе посмотрел на чаровников. Женщина демонстративно отпила из своего бокала и поставила его обратно на столик. Потом невинно поинтересовалась:
— Почему же Ваша подруга не почтила нас своим присутствием?
— Она нехорошо себя чувствует, —
— Как плохо, — сочувственно покачала головой Зарема, — может быть, ей стоит прислать нашего лекаря?
— Благодарю, но не надо.
— Почему же?
— Она боится незнакомых людей.
— Конкретных или всех? — деловито осведомилась чаровница и продолжила: — я не припомню ее. Она не из нашей Академии?
— Мне это неизвестно.
Чаровники снова переглянулись, и Вернер чуть заметно кивнул, после чего женщина улыбнулась и перевела тему:
— Хорошо, давайте тогда погорим о Вас, Дарен. Мне очень интересен Ваш знак. Это не Жизнь и не Смерть. Что он значит?
— Понятия не имею, — честно ответил Дарен.
— Кто вас инициировал?
— Вам это вряд ли что скажет.
— И все же?
— Трехсотлетний старик-Странник. Но, думаю, таких много.
— Вы ошибаетесь, Дарен… ну да ладно. А что же насчет вашего Дара?
— Ничего. Я только вчера его получил.
— Это невозможно, — мягко улыбнулся Вернер, — такая сила, как у Вас, может быть только от рождения. И таких чаровников инициируют практически сразу, потому что позже было бы слишком больно.
— И, тем не менее, это так.
Возникла пауза, и Дара вдруг резко замучила жажда. Он нахмурился.
"Что за дьябол?"
— А давайте выпьем? — предложила вдруг Зарема. — За знакомство.
Жажда настолько усилилась, что рука войника сама потянулась за бокалом, после чего он выпил все до последней капли под пристальным взглядом чаровников.
— Еще вина? — предложил Вернер.
— Нет, спасибо, — с поспешностью отказался Дарен, поняв, что влип, — у вас ко мне больше нет вопросов?
— Почему же? — откликнулась Зарема.
— Мы еще о многом хотели с Вами поговорить, — добавил ее муж.
"А вот теперь хрен ты выберешься, — сказал Дар сам себе, — идиот. Ты просто идиот!"
После этого последовало еще два побега разговора о всякой чепухе и тонких намеков на то, что выбраться из города практически невозможно. Дарен кивал, поддакивал и старательно делал вид, что не понимает этих намеков, тем временем обдумывая план быстрого побега. Была в этом Чарограде, кажется, одна лазейка… Если только удастся уговорить Велимиру. И еще это вино… Как скоро подействует то, что в него намешали? И вообще, как оно подействует?
Едва чаровники пожелали проститься, Дар выскочил из комнаты, тут же наткнувшись на слугу, стоявшего за дверьми. Войник мрачно оскалился и схватил его за руку, предупредив:
— Пойдешь со мной. Пикнешь — убью.
А уж на улице, приставив кинжал к сморщенному горлу, с рычащими нотками в голосе поинтересовался:
— Чем меня опоили?
— Я не знаю…
Дар надавил лезвием.
— Чем?
Человек попытался закричать, и тут же был схвачен за горло.
— Я тебе голыми руками хребет сломаю. Отвечай!