Когда прилетит эсхатудра
Шрифт:
— Брахмапудра, — в один голос выдохнул военный совет.
Быстро пролистанный до конца фолиант доказал правильность коллективной версии, не представив больше ни одного существа, способного летать.
— Ну, брахотундра, — оторвал суровый взгляд от монстра и перевел его на советников Дмитрий-царевич. — Ну, и нам-то с этого чего?
— Димыч, да как это — чего?! — с горящими хулиганским пылом очами подскочила к нему Сенька. — Да мы с Агафоном и Масдаем такую лесотундру изобразим, что они всей бандой наперегонки к воротам побегут — открывать!
— А они что, ковер от этой… как ее… лесопудры… не
— Я им такую иллюзию повешу — на ощупь не разберутся! — заразился идеей царевны и азартно привстал с места маг.
— Д-да?.. Н-ну, попробуйте… — с сомнением повел плечом Дмитрий, стряхнул с коленок мышарика, и оптимистично добавил: — Хуже, надеюсь, не будет…
Но и улучшений в диспозиции даже на двадцатой минуте полета загримированного в асхатское чудо-юдище Масдая не наблюдалось.
Окутанный чарами ковер вынырнул около полудня следующего дня из-за дальней горы и неспешно — чтобы горожане успели заметить его, поднять тревогу и отыскать коробочку с символическим ключом — направился в сторону крепости. Через десять минут ковер с распластавшимися на животах Сенькой, Иваном и Агафоном пролетал над стенами. Два пункта из трех плана царевны осуществились на все сто: казалось, под крышами домов не осталось ни одного человека, способного сдвинуться с места: улицы, переулки, площади, крыши и стены были усыпаны асхатами самых разных сословий и возрастов, и все они, как по команде, стояли молча, опустив руки, задрав головы и открыв рты. Но почему-то ни один из них — ни купец, ни правитель, ни военачальник — не делали ни малейшей попытки не что отправиться на поиск заветного ключа, но и просто, по-соседски, открыть лукоморской армии хотя бы калитку.
Масдай, слабо покачиваясь из стороны в сторону, имитируя полет неизвестного науке чудовища, проплыл над огромной крепостью раз, другой, третий, по часовой стрелке, против, и снова по диаметру…
Народ безмолвствовал.
— Что-то они не торопятся сдаваться… — разочарованно проговорил Иван, задумчиво разглядывая по-прежнему остающихся неподвижными и безмолвными обитателей крепости.
— Может, мы их чересчур напугали? — с сомнением предположила Серафима.
— Или удивили? — запоздало пришло в голову Агафону. — Картинка ведь черно-белая была… Я-то эту… животную… коричневой сделал, но, может, она красная? Или синяя? Или в зелено-розовую полоску?
— Полосок там не было, — решительно мотнул головой царевич.
— Ну, в клеточку? Или в горошек? В сиреневый?
— Монстр в сиреневый горошек? При появлении которого должна пасть крепость? — резонно усомнилась царевна. — От смеха, разве что?
— А, может, он реветь должен? — высказал свое предположение Масдай. — Или огонь испускать? Или… что они там еще обычно делают?
— Воруют принцесс? — подсказал Иван.
— А у асхатского правителя есть дочь?
— Какая разница… Он же регентом именует себя, а значит, и дочь у него… кто?.. регентша? Регентесса? Регенточка? А где вы слышали про эска… эсма… эхма… здоровенных восьмиголовых монстров, крадущих не принцесс, а маленьких регентов… женского пола? — логично вопросил его премудрие.
— Если на то пошло, то где вы вообще слышали про здоровенных восьмиголовых монстров? — кисло уточнила царевна.
— А, по-моему, он всё-таки должен реветь, —
Низкий рокот, сотрясающий воздух, землю, горы и самые стены огромной крепости, проникающий, казалось, в мозг, кости и кровь и заставляющий ныть и чесаться зубы, прокатился над долиною, словно исполинский камнепад загрохотал в обитое медью ущелье по гигантской стиральной доске.
Пассажиры ковра разинули рты.
— Ну, ты даешь, Масдай!.. — восхищенно покачал головой Иван.
— У меня бы так ни за что не вышло!.. — нервно гыгыкнул чародей.
— Что?! Что даю?! Что не вышло?!?! — визгливо вскрикнул ковер и испуганной ласточкой метнулся вбок. — Это не я!!!
— А… к-кто?.. — как-то самим по себе сошедшим на нет голосом задала ненужный вопрос Серафима.
Потому что глаза ее встретились… нет, не с глазами — с отверстой пастью, усаженной сотней острых кривых желтых зубов размером с короткий меч.
В глубине которой зарождался и клокотал кипящим гудроном черный огонь с неповторимым устойчивым запахом сероводорода.
— Экопудра!!! — взвыли четыре голоса истеричным хором.
Масдай метнулся вниз, и восемь зарядов смоляного жидкого пламени прошли мимо, едва не задев задние кисти ковра.
— Держитесь!!! — крикнул он своим пассажирам, чиркнув брюхом по макушкам опешивших асхатов при выходе из пике.
— Держите!!! — перекрывая его вопль, гаркнул Агафон. — Меня держите!!! Щас я ей покажу… щас я ей устро-о-о-ою…
Но, к несчастью, идентичная мысль одновременно посетила и все восемь голов возмущенной появлением самозванки эсхатудры, потому что она энергично взмахнула крыльями, рявкнула так, что черепица посыпалась с крепостных крыш вместе с не успевшими унести ноги зеваками, и бросилась вдогонку, нетерпеливо вытянув щупальца. Асхаты внизу ахнули: свершилось диво неслыханное! Прямо перед их не верящими себе глазами одна эсхатудра необъяснимо превратилась в огромный летающий половик, на котором, вцепившись в края и друг в друга, лежали люди!
Подлетев на расстояние прицельного залпа, тварь снова набрала полную грудь воздуха и плюнула огнем в отчаянно кидающуюся из стороны в сторону жертву.
Чародей, не говоря ни слова (если опустить непечатные магические выражения), тут же ответил ослепительной струей зеленого огня, ударившей преследовательницу точно над букетом щупалец, в покрытую серой чешуёй грудь.
В месте соприкосновения с заклинанием чешуя приобрела нежный желтоватый оттенок полуспелого банана. Других изменений ни в экстерьере, ни в самочувствии зверюги самозванцы не заметили. По крайней мере, на скорости и качестве ответного удара они не отразились.
Масдай сфинтил, шарахнулся влево, вывернул вправо, поднырнул под брюхо эсхатудры, проходя в считанных метрах от ее жутких полуметровых кривых когтей, едва успел уйти в пике, уклоняясь от проворных щупалец…
Удерживаемый друзьями Агафон выругался последними волшебными словами, извернулся в сторону остающегося над головой врага, из ладоней его вылетел поток стальных жал, ударил в синеватое пузо монстра…
И отскочил, едва не осыпав ковер и его пассажиров.
— Масдай, убираемся отсюда!!! — выкрикнула царевна. — Ее ничем не пробьешь!!!