Шрифт:
– О смертные
среди пустоты!
Услышьте же
историю, в которой
нет ни слова правды,
кроме всех остальных
и нет никакой лжи,
кроме той, что вы не
захотите видеть;
рассказанную мной,
коя никогда не
существовала во плоти,
и поэтому нетленна,
о
странных, сколь
величественных и
прекрасных,
– сказала рассказчица,
улеглась у звёздного
огня и начала свою
дикую песнь,
смертные внимали,
а туманный Прилив
окутывал их планеты,
словно сияние
опалов, аметистов
и смарагдов на
далёких диких
берегах.
1
Лишь краткий миг, но бесконечность в нём горит огнём
Когда-то здесь стоял дом, а теперь на гранитном основании под ветвями разросшегося орешника приткнулась небольшая голубая палатка. Утро высветлило купол неба, звезды спрятались, и лишь арка Моста на нём осталась такой же яркой, как и ночью. Клапан палатки разошёлся, и из неё вылезла нескладная девочка лет двенадцати. Мраморная кожа её лысой головы, казалось, сияет собственным светом.
Девчушка куталась в короткое пальтецо. Всё на ней было серого цвета – пальто, брючки, ботинки. Она вдохнула родниковый утренний воздух, прислушалась к голосам птиц, вытянула худые руки-спички и потянулась. В спине у неё хрустнуло. Длинными, как у цапли, ногами она переступила через золу импровизированного очага, и спрыгнула с каменного фундамента в орешник. Через полминуты в кустах зажурчало.
– Ээээй! – завопила девочка, появившись из ветвей уже с другой стороны палатки. – На чердаке! Подъём! – она шлёпнула ладонью по ткани и в палатке шумно завозились. – Солнечная опасность! Радиация поджарит тебя, как улитку!
Вздохнув, палатка выпустила из себя второго обитателя. Пожилой мужчина походил на девочку, как бывают похожи близкие родственники, включая белизну кожи и долговязость. Глазами, в которых зрачок занимал почти всю поверхность, вытеснив радужку на периферию, он встретился с такими же тёмными глазами девочки и улыбнулся. Морщины на его лице собрались лучиками в уголках рта и глаз.
– Защита, Анна, – сказал он хрипло. – Звезда и правда скоро взойдёт.
Анна проворно натянула на голову облегающую серую шапочку, и вытащила из кармана маску-очки. На свету её прозрачные стекла тут же поляризовались, ртутно блеснув. Маска закрыла ей пол-лица.
– Я наберу хвороста для костра, – сказал мужчина, – а ты разведи концентрат.
– Яволь, камрад, – ответила Анна басом.
Она установила над очагом металлический треножник,
– Ян! – крикнула она. – Ян!
Стрекотание и цокот, доносившиеся со стороны шоссе, сместились в их сторону. Что-то ломилось сквозь кусты прямо к ним. Птицы затихли.
– Полундра! – Анна метнулась за фундамент, навстречу растерянному Яну с охапкой веток в руках. Он бросил ветки, и сунул руку за отворот серой куртки в тот самый миг, когда из-под деревьев выскочила и вытянулась ввысь гигантская хромированная многоножка.
Шириной метра полтора и длиной все десять, тварь на половину своего роста нависла над Анной и Яном. Головогрудь многоножки украшал выгравированный крест с удлинённым нижним концом. Стрёкот стих, лишь пощёлкивали, раскрываясь и закрываясь, многочисленные суставчатые лапы чудища.
– Проходя же близ моря Галилейского, Он увидел двух братьев: Симона, называемого Петром, и Андрея, брата его, закидывающих сети в море, ибо они были рыболовы1, – металлическим голосом прогремела многоножка на староанглийском. В зеркальных масках стоящих напротив людей отражались окуляры камер, расположенных под каждой лапой инсекта. Солнце только-только показало свой край из-за горизонта.
Анне показалось, что напрягшийся было Ян заметно расслабился.
– Мир тебе, – сказал он. – Мы простые путники. Идём к Мосту.
Многоножка сдала назад и втянулась под деревья. Теперь её верхний край был на уровне головы Яна.
– Но не было среди них Сына человеческого… Идите с миром, – сказала она, – среди моря по суше, воды же будут вам стеною по правую и по левую сторону2.
Зашуршала трава, ветви сомкнулись – и словно не было никакого инсекта, секущего воздух острыми клинками.
Ян собрал рассыпанные ветки и разжег костерок под котелком.
– Это трансмех был? – спросила Анна.
– Думаю, да.
– А чего он хотел?
– Не знаю. – Ян помешал варево в котелке длинной ложкой. – Я испугался, что мы нечаянно подошли к Хранилищу, и это страж. Но, видимо, он просто идёт своей дорогой.
– А крест, крест ты у него видел? Это что?
– Символ древних религий. – Подув на ложку, Ян попробовал содержимое котелка. – Бессмертие, смерть, воскрешение – в разных системах по-разному.
– А как он нас нашёл?
– Садись завтракать. – Ян устроился у костерка, сложив свои длинные ноги, и разлил ароматное варево в миски. – По запаху, думаю. Хотя у него должна быть куча всяких приблуд.