Кокон
Шрифт:
На следующий день в пятницу вечером молодежь, как и обещала, пришла ко мне домой. Было их восемь человек: Антон Горевский, Марина Вересина, Ирка Бажанова, Серёга Прохоров, Вика Ерофеева, Паша Мельников и Света Прокопчук (последние двое являлись практически завсегдатаями моей квартиры), ну и Наташа Плеханова. Мой такс Ларион ошалел от обилия гостей и от возбуждения тявкал, не зная, кого первого грызнуть за ногу. Молодежь была слегка скована, и чуть-чуть торжественна. Света водрузила на стол пакет печенья, Вика — конфеты, ну а Антон вручил мне пеструю коробку с вожделенным виски:
— Павел Витальевич,
— Очень хороший «приветик», — одобрил я и принялся алкоголь распечатывать. — Светка, ну-ка похозяйничай тут, чайник поставь, чашки достань. Только сперва стакан мне дай. Ну а вы рассаживайтесь куда-нибудь.
Света засуетилась, а я вынужден был оставить бутылку и взять телефон, потому что он запиликал трелью входящего вызова. Звонила Алёна.
— Госпожа Михайлова, в данный момент я крайне занят, так как принимаю у себя делегацию, — сказал я в трубку официальным тоном.
Вообще, в последнее время Алёна все чаще проявляла заботу обо мне. То позовет кофе выпить на перемене, то бутербродами накормит, а то и просто поболтать зайдет. Возможно, она испытывала неловкость, от того, что наши отношения с Леной закончились, а возможно и от того, что была причастна к краху тех отношений, — по крайней мере, я её в этом подозревал.
— От какой страны делегация? Уж не от государства ли Алколенд? — в голосе Алёны присутствовали бархатные гармоники, и я понял, что она улыбается.
— Делегацию страны вечной юности и безбашенности, — подчеркнуто сухо ответил я.
— У тебя твои ученики? — догадалась она. — Жди, я тоже сейчас подойду.
— Э-э-э!.. Не так быстро! Сейчас узнаю у почетных гостей, хотят ли они тебя тут видеть, — я оглянулся на молодежь, спросил. — Как вам присутствие госпожи Михайловой?
— Алёна клеевая, — тут же ответила за всех Ирка, остальные девчонки согласно кивнули, да и парни ничего против не имели. Да и чего им иметь против? Уверен, каждый из них неоднократно представлял себя с Алёной в эротических фантазиях. Я и сам в 16 лет очень хотел потрогать за сиськи мою учительницу истории, потому что они, чёрт возьми, того стоили, так что я в курсе, как смотрят ученики на своих сексуальных учителей.
Я строго погрозил парням пальцем, и судя по тому, как они переглянулись, понял, что мой жест ими понят был правильно, вернулся к телефону:
— Добро дадено. Приходи. Только с пустыми руками я на порог не пускаю, ты в курсе.
Наташа испросила и получила разрешения посмотреть на стеллажи с книгами, ушла в комнату. Я, наконец, смог глотнуть виски. Ира и Света звенели чашками, разливали кофе. Ларион пытался то одному, то другому гостю запрыгнуть на колени, чем вносил в общение элемент неожиданности и веселой суматохи. Минут пятнадцать мы болтали на всякие необязательные темы, типа, есть ли у меня хобби (разумеется есть — это алкоголь и секс), что я себе готовлю (как правило — пельмени и прочие полуфабрикаты), нравится ли мне сериал Lost (сериал не смотрел по причине отсутствия телевизора). Отсутствие «ящика» вызвало живой интерес.
— Как вы живете без телевизора?! — поразилась Марина, и оглянулась по сторонам, не веря, что в квартире действительно может не быть телевизора.
Марина являла собою тот тип девушки, которая обязана была развиться в стопроцентную блондинку. Недалекость и туповатость уже начали пробиваться сквозь голубую радужку глаз, замещая собой детскую наивность и непосредственность, а губки все чаще складывались в знак амбиции
Во мне шевельнулось желание «пропесочить» девочку по полной программе, но алкоголь уже растворился в сознании хорошим настроением, так что ответил я довольно спокойно:
— Милая моя, по крайней мере, я избавлен от стереотипа, что каждому человеку необходим ящик для зомбирования.
Марина все равно не поверила, и пошла в комнату искать телевизор. Антон проводил свою подругу взглядом, в котором читалась легкая досада, — парень начинал обращать внимание на её глупость.
— Но а как же новости в мире? — подал голос Сергей Прохоров. — Их тоже не надо смотреть?
Сергей был парнем немногословным, звезд с неба не хватал, но характер имел уравновешенный, хотя и независимый. Не гнушался он и в каникулы поработать на озеленении города, чтобы иметь собственные деньги и не клянчить их у родителей. Из таких парней получаются основательные, умудренные опытом мужчины, с твердыми убеждениями и спокойным отношением к миру. Правда, пока что в Сергее присутствовала некоторая нервозность, очевидно, связанная с тем, что весь его лоб был усеян прыщами, и это сильно его смущало, так что парень и в помещении не снимал бейсболку. Вот и сейчас он сидел в ней, козырек бросал тень на пол лица, но глаза смотрели на меня внимательно, — Сергей в самом деле ждал пояснений. Я дал их ему:
— Любую новость можно преподать в том или ином контексте, а это программирует зрителей на желаемую реакцию. Именно поэтому радио по воздействию сильнее, чем газета, а телевиденье сильнее радио. Я же настаиваю на том, чтобы информация была как можно более объективной, иначе, принимая за чистую монету мнение одного единственного журналиста (который подает его так, как того хочет его начальство), вы либо лохи, либо уже полные зомби. Самые важные новости я узнаю из интернета, который тоже не идеален, но помимо самой информации дает возможность любому человеку эту информацию дополнить, поправить, опровергнуть, или просто высказать свое мнение. Так и получается, что в наше время интернет — самое демократичное и честное СМИ. Избавляйтесь от стереотипов, детки, избавляйтесь!
— И правда нет телека! — объявила Марина, вернувшись на кухню.
— Ты ещё в подвале не смотрела, — дал я ей подсказку, парни улыбнулись, Марина же смотрела на меня озадачено, она не знала, как реагировать на факт отсутствия «ящика», ведь это не вписывалось в рамки устоявшихся Марининых представлений о быте российского человека.
Тему СМИ можно было развить, дабы выяснить, насколько глубоко мои подопечные прониклись отрицательным отношением к TV, но приход Алёны этому помешал. Я открыл дверь, Алёна стояла на пороге, прижимая к груди бутылку белого сухого вина.