Кольца Афродиты
Шрифт:
— Вы хотели узнать, проявлю ли интерес к этому музею я, — закончила фразу Беатрис. — Вполне логично, сэр.
— Благодарю вас. — Солтмарш покачал головой. — Но мне показалось, что вы ничего не знаете о музее. И Монкрест весьма недвусмысленно заявил, что в музее сплошные подделки и фальшивки. Я не знал, что и думать. Я даже усомнился в том, что вы ищете кольца.
— Стало быть, вы возобновили поиски самостоятельно, — пробормотала Беатрис.
— Именно так, — подтвердил Солтмарш, — и я придумал, как мне казалось, замечательный план.
— И
— Я поклялся, что доведу поиски до конца и положу таинственные кольца и, если удастся, саму статую Афродиты к ногам моей музы. В знак моего восхищения.
Лео поднял глаза к небу и мысленно попросил Господа послать ему терпение. Похоже, однако, его молитва не была услышана.
— Вы вознамерились найти реликты и преподнести их мне? — ошарашенно улыбнулась Беатрис. — Ну, мистер Солтмарш, я даже не знаю, что сказать вам на это. Я глубоко тронута.
Солтмарш поднял голову, лицо его покрылось румянцем.
— Это вроде того, что герои ваших романов делают для ваших неординарных героинь.
Лео пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не схватить Солтмарша за шиворот и не вышвырнуть его на улицу. Он сильно подозревал, что Беатрис отнеслась бы к этому его поступку без одобрения, и поэтому лишь сказал:
— Однако вернемся к событиям дня. Что все-таки произошло с вами в музее Тралла?
— Мне хотелось бы рассказать вам больше, чем я уже рассказал, — начал Солтмарш. — За последние несколько недель я часто посещал музей, поскольку был убежден, что лорд Глассонби обнаружил там нечто очень важное. Сегодняшнее мое посещение отличалось лишь тем, что этот неприветливый смотритель предложил мне чашку чая, а я имел глупость выпить его.
— Это все, что вы помните? — спросила Беатрис.
— Да. — Он одарил ее полным обожания взглядом. — Могу лишь добавить, что, когда я открыл глаза и увидел вас на коленях рядом с собой, мне пришла в голову мысль, что надо мной проводят какой-то метафизический эксперимент. Я не в силах описать те ощущения, которые возбудил во мне вид моей музы.
Лео не мог объяснить, почему каминная доска не треснула, когда он стиснул ее пальцами.
— А затем, конечно, вы поняли, что оказались запертыми в подземном складе вместе с миссис Пул. Что подобная ситуация способна скомпрометировать ее и поставить под удар карьеру писательницы миссис Йорк.
Солтмарш распрямил плечи.
— Уверяю вас, я чувствую в полной мере свою ответственность в этом отношении. Когда я начинаю думать, что случилось бы, если бы нам пришлось провести ночь вместе… — Он оборвал фразу и на мгновение прикрыл глаза. — Словом, я думаю, вы понимаете, какой ужас вызывает во мне эта мысль…
— К счастью, — перебил его Лео, — нет необходимости тратить время на подобные фантазии.
— Я благодарен вам, миссис Пул. — Солтмарш с восхищением посмотрел на Беатрис. — Вы образец женской силы духа и храбрости. Настоящая богиня! Клянусь, вы затмили
Беатрис сделала жест рукой, как бы отмахнувшись от всего услышанного.
— Довольно, мистер Солтмарш, прошу вас. Лео испытал раздражение, увидев, что на щеках Беатрис появился легкий румянец. Прошлой ночью она занималась с ним любовью в комнате проститутки, а сегодня способна краснеть, когда какой-то подхалим беспардонно ей льстит.
— Даже более чем достаточно, — заявил Лео. — У нас есть по-настоящему важные предметы для обсуждения. Солтмарш, это дело из глупой игры превратилось в нечто иное.
— Это никогда не было простой игрой, сэр. — Солтмарш выглядел глубоко оскорбленным. — Я уже говорил вам, что на розыски колец Афродиты я смотрел как на серьезное расследование.
— Черт возьми, — пробормотал Лео. — Вы хотели найти их по той же самой причине, что и другие. Вы ищете сокровище.
— С первого взгляда — это так. Но после того как я узнал о причастности миссис Йорк к этому делу, я поставил себе гораздо более благородную цель.
— В самом деле, — хмыкнул Лео.
— Но я вполне согласен, что дело приняло довольно зловещий оборот, — поспешно проговорил Солтмарш. — И не собираюсь закрывать на это глаза после всего, что произошло сегодня.
Пристально глядя на него, Беатрис спросила:
— Каковы ваши выводы после сегодняшних событий, мистер Солтмарш?
— Можно сделать один вполне очевидный вывод: нет сомнений, что кто-то еще охотится за кольцами.
— Верно, — согласился Лео. — И я полагаю, что этот человек сделал вам обоим предупреждение. Беатрис перевела взгляд на Лео:
— Ты полагаешь, что это предупреждение?
— Честно говоря, за этим может стоять и большее.
— Что вы имеете в виду? — встрепенулся Солтмарш.
— Я полагаю, есть все основания предположить, что тот, кто запер вас в подземелье, знает, что миссис Пул — это миссис Йорк. Негодяй, вероятно, рассчитывал, что это откроется для всех утром, когда вас обнаружат вместе.
Солтмарш посуровел:
— Если бы подобный скандал разразился, это очень затруднило бы, а может, и сделало бы невозможными расследования миссис Пул по делу о кольцах. Ей наверняка пришлось бы надолго удалиться в деревню, подобно тому как Байрон вынужден был покинуть Англию, спасаясь от сплетен. А я, разумеется, был бы в отчаянии от того, что принес ей вред.
— Вы были бы не просто в отчаянии, после того как я разобрался бы с вами, — сказал Лео.
— Монкрест! — Беатрис бросила на него укоризненный взгляд. — Довольно! Нет необходимости угрожать бедняге мистеру Солтмаршу.
— А поскольку скандала не произошло, нет необходимости вдаваться в подробности, — вежливо заключил Лео.
— Не могу не согласиться с вашим выводом. Хотя до этого было недалеко, — сказал Солтмарш.
— Мистер Солтмарш, — осторожно проговорила Беатрис, — могу ли я спросить, что заставило вас отправиться к Траллу именно сегодня?