Кольца Афродиты
Шрифт:
— Вы неодобрительно относитесь к романам, милорд? — безразличным тоном спросила Беатрис.
— Не ко всем, а лишь к романам ужасов. Вы понимаете, что я имею в виду. Романы, где описываются всякие сверхъестественные ужасы.
— Ну да, романы ужасов.
— Все эти привидения… колдуны, мерцающие огоньки вдали — это сущий вздор. А сейчас авторы еще добавляют любовную линию в повествование.
— Стало быть, вы знакомы с подобными романами, сэр?
— Я прочитал один, — признался Лео. — Я не считаю возможным
— Какой роман ужасов вы читали?
— Один из романов миссис Йорк. Мне сказали, что она относится к числу наиболее популярных авторов. — На лице его появилась гримаса. — Пожалуй, надо сказать — писательниц, поскольку большинство романов ужасов написали женщины.
— В самом деле, — на лице Беатрис промелькнула загадочная улыбка. — Многие отмечают, что женщины-писательницы лучше изображают вымышленные пейзажи и сцены, которые порождают смутные чувства.
— Я бы определенно не стал возражать против этого.
— Вы не одобряете тех женщин, которые пишут, милорд?
— Вовсе нет. — Лео вздрогнул, услышав вопрос. — Я читал много книг, написанных дамами. Мне не доставляют удовольствия лишь романы ужасов.
— И романы миссис Йорк в частности.
— Совершенно верно. У этой женщины удивительно богатое воображение. Стоит только вспомнить эти хождения по переходам разрушившихся замков, встречи с привидениями и скелетами и тому подобное. Переизбыток всего. — Он покачал головой. — Я не в силах поверить тому, чтобы ее героиня вышла замуж за владельца замка, в котором обитает нечистая сила.
— Подобный герой — это своего рода торговая марка миссис Йорк, — ровным голосом сказала Беатрис. — Это как раз и отличает ее книги от других, — Простите, не понял?
— В большинстве романов ужасов таинственный хозяин замка, облюбованного всякой нечистью, относится к разряду негодяев, — терпеливо пояснила Беатрис. — В книгах же миссис Йорк он обычно оказывается героем.
Лео невольно уставился на нее:
— Герой романа, который я читал, жил в склепе под землей.
— «Проклятие».
— Прошу прощения?
Беатрис тихонько кашлянула.
— Я сказала, что название этого романа — «Проклятие». В конце его герой переезжает в залитые солнцем комнаты большого дома. Проклятие было снято, как вы видите.
— Вы читали этот роман?
— Конечно. — Беатрис сдержанно улыбнулась. — Многие в Лондоне читают книги миссис Йорк. На мой взгляд, джентльмен, который сделал карьеру, изучая подлинные легенды древности, не должен иметь ничего против чтения романа, который берет за основу древнюю легенду.
— Черт возьми, миссис Йорк сама придумала легенду, о которой идет речь в романе.
— Да, конечно, сэр, ведь это роман, а не научная статья для Общества любителей древностей.
— Если я изучаю легенды арканов, миссис Пул, это не означает,
Беатрис бросила взгляд на Эльфа, который расположился перед камином.
— Возможно, ваша нетерпимость к романам ужасов происходит оттого, что вы сами являетесь объектом довольно-таки мрачных легенд, милорд.
Лео вслед за ней посмотрел на Эльфа.
— В чем-то вы правы, миссис Пул. Человек, оказавшийся в центре таинственно-мистических легенд, невольно вырабатывает к ним отрицательное отношение.
Беатрис снова повернулась к Лео и чуть наклонилась вперед.
— Сэр, хотела бы вас уверить, что мой интерес к кольцам Афродиты не имеет ни малейшего оттенка фривольности.
— В самом деле? — Его поразило, что пламя камина изменило цвет ее волос, превратив их в темно-каштановые с золотистым отливом. Ему вдруг представилось, как они рассыпаются по плечам. Усилием воли он стряхнул с себя это наваждение. — Могу ли я спросить вас, откуда вы узнали о кольцах и почему преисполнены решимости их отыскать?
— Я занимаюсь расследованием некоего частного дела, которое, как выяснилось, имеет отношение к легенде.
— Несколько туманно, миссис Пул.
— Я сомневаюсь, что вы пожелаете выслушать все подробности.
— Вы ошибаетесь. Я непременно хочу услышать подробности, прежде чем решу, сколько времени потратить на этот предмет.
— Проорите меня, милорд, но это заявление можно ошибочно рассматривать как замаскированную форму шантажа.
Он сделал вид, что обдумывает сказанное.
— Допускаю, что мое требование услышать подробную историю можно рассматривать таким образом.
— Означает ли это, что вы не поможете мне, если я не раскрою некоторые детали, которые касаются только моей семьи? — Беатрис подняла брови. — Я не могу поверить, «ЧТО вы настолько неделикатны, сэр.
— Поверьте этому. И должен вам заметить, мне это нужно не для того, чтобы удовлетворить праздное любопытство.
Беатрис поднялась и подошла к ближайшему окну. Она сцепила за спиной руки, демонстрируя, что задумчиво рассматривает ночной пейзаж. Но Лео знал, что она рассматривает в окне его отражение. Он почти физически ощущал, как она продумывает свои дальнейшие действия, и с интересом ждал, что она предпримет дальше.
— Меня предупредили, что вы трудны в общении, — бесстрастным тоном проговорила Беатрис.
— Тем не менее предупреждение не охладило вашего энтузиазма, и вы отправились в это путешествие.
— Не охладило. — Она продолжала рассматривать в темном стекле его отражение. — Меня не так-то легко отговорить и обескуражить.
— А меня не так-то легко уговорить и обмануть.
— Очень хорошо. Поскольку вы настаиваете, я буду говорить прямо. Я полагаю, что моего дядю могли убить из-за колец Афродиты.