Кольца анаконды
Шрифт:
– Извините, сэр, я не хотел вас побеспокоить. – Генерал хотел было уйти, но герцог окликнул его:
– Входите, Буллерс, входите же. Не спится?
– Совершенно верно. Солдат в море такая же обуза, как титьки у хряка.
– Славно сказано. Войдите, отведайте бренди. Это чудесное средство.
Генерал-майор Буллерс командует пехотой и по рангу стоит следующим после герцога. Оба повоевали на своем веку – служили в Ирландии, затем в Крыму.
– Чертовски жарко, – заметил Буллерс.
– Выпейте, вот и перестанете замечать. – Герцог отхлебнул из своего бокала. – Чэмпион, наверное, уже на подступах к Нью-Йорку.
– Должно быть. Американцам просто не выстоять против его дивизий и пушек.
– Да
– Ею следовало командовать вам, дабы обеспечить верный успех.
– Спасибо на добром слове, Буллерс, но способностей генерала Чэмпиона с лихвой хватит, чтобы провести лобовую атаку, подобную канадской. А вот для нынешней атаки нужны совершенно иные умения.
Как по команде, оба обратили глаза к картам, разбросанным на столе красного дерева. Хотя планы наступления обсуждались бессчетное число раз, карты притягивали их, как магнит. Встав, офицеры двинулись через комнату, прихватив бокалы.
– Мексиканский залив, – указал герцог Кембриджский. – Военно-морские базы янки здесь, здесь и здесь. Флот в море охраняет каждую гавань и залив. Не сомневаюсь, что вот здесь, в районе Хэмптона, «Монитор» и приданные ему линейные корабли все еще охраняют убежище, где залегла «Виргиния». Адмирал Милн настаивал, что мы должны избегать этого участка побережья, как чумы, в чем я с ним целиком и полностью согласен. Этот флот менее чем в шестистах милях отсюда. И я хочу, чтобы так было и дальше. Конечно, имеется и небольшая флотилия, блокирующая залив Мобил, в каких-то пятидесяти милях от нас. Но они не представляют угрозы нашим превосходящим силам, – он легонько постучал по карте кончиком пальца. – Но вот здесь находится ахиллесова пята противника. Остров Дир невдалеке от побережья штата Миссисипи. Северяне вторглись сюда, захватили остров и сделали его базой для своего блокадного флота. Вот этот остров и является целью нашего путешествия. На рассвете мы атакуем и уничтожим их бомбардировкой с моря. Затем ваши полки и морские пехотинцы высадятся и захватят фортификационные сооружения. Блокада будет сорвана. Военный флот встанет здесь на якоре, защищенный береговыми батареями, дабы гарантировать, что блокада не будет восстановлена. Как только наша высадка завершится успехом, я возьму кавалерийское войско, пробьюсь к конфедератам и Джефферсону Дэвису в Ричмонде. Королева лично шлет ему послание, и я не сомневаюсь, что нас ждет самый теплый прием. После этого наш торговый флот примет здесь хлопок, а в обмен доставит военные грузы. Силы Юга возрастут, и очень скоро он победит. Наши армии неустанно атакуют на Севере, так что янки будут вынуждены разделить свои силы, если попытаются выбить нас с этой базы. Разделить и потерпеть поражение. Между нашими свежими войсками и возрожденной армией южан долго им не продержаться. Сила возобладает.
Буллерс вполне разделял его энтузиазм.
– Даст Бог, все закончится к зиме. Соединенные Штаты Америки прекратят свое существование, их сменят Конфедеративные Штаты Америки.
– Достойная цель и счастливый итог, – промолвил герцог. – Мне нет дела до того, что политики сделают с добычей. Я только знаю, что победоносная армия покажет всему миру могущество Британии. Затем наши военно-морские силы смогут увеличить свой флот броненосцев, и господство в Мировом океане снова будет нашим.
На рассвете, как и было запланировано, командиры десанта на шлюпках подошли к «Воителю». Их лодки внезапно вынырнули из тумана, и офицеры очень осторожно поднялись на борт, поскольку все веревки, деревянные ступени и палубный настил были скользкими от росы и упасть тут было проще простого.
Впереди уже наметилась береговая линия – плоская, лишенная каких-либо примет и едва заметная за пеленой
– Тут же все одинаковое, – сказал герцог Кембриджский. – Я не могу разглядеть ни единого ориентира.
– Хороший выход к берегу, – ответил адмирал. – Должен сказать, что для плавания исключительно по приборам в течение столь длительного периода, не видя земли, навигация безупречная. Фрегаты ведут разведку к востоку и западу, и скоро остров будет обнаружен.
Но был уже полдень, когда «Клэм» на всех парах примчался с поисков. Туман все еще не рассеялся, моросил дождь и разобрать сигналы фрегата издали было трудно.
– Остров Дир обнаружен, на якоре никаких судов, – наконец доложил сигнальщик.
– Отлично, – одобрил герцог Кембриджский, чувствуя, как напряжение понемногу улетучивается, потому что операция переходит в финальную фазу. – Капитан третьего ранга Тредегар, ваши морские пехотинцы должны захватить плацдармы. Как только вы будете на берегу, генерал Буллерс начнет высадку своих людей. Победа здесь, джентльмены, станет первой совместной операцией военного флота и армии, которая неминуемо повлечет окончательное поражение врага.
Когда корабли приблизились к серой береговой линии, укрепления стали видны гораздо отчетливее. Адмирал Милн направил на них свою подзорную трубу. Изображение было размыто неустанно сеющимся дождем, настолько размыто, что он даже опустил ее и вытер объектив носовым платком. А когда заглянул в окуляр снова, то испустил резкий смешок.
– Клянусь святым Георгом, вон они, сэр! Янки, их флаг.
Герцог Кембриджский поглядел в свою трубу на звездно-полосатый флаг, развевающийся над крепостными стенами. Три цвета – красный, белый и синий.
– Разошлите приказ открыть огонь, как только укрепления будут на расстоянии выстрела. Надо прикрыть шлюпки десанта огнем.
Но высадка потребовала времени, слишком долгого времени. Опытные морские пехотинцы Тредегара времени зря не теряли, быстро высадились и преодолели пляж. Но солдаты регулярных войск, ни разу не принимавшие участие в морском десанте, едва ворочались. Когда морские пехотинцы перешли в атаку, среди сухопутной пехоты царил сущий хаос. Перегруженные шлюпки натыкались одна на другую, одна шлюпка перевернулась, и людей с нее пришлось спасать и вылавливать из моря. Уже наступали сумерки, когда остатки пехоты высадились на берег, и сержанты криками и колотушками кое-как водворили среди них порядок и повели в атаку.
Дело оказалось отчаянно трудным. Сумерки все сгущались, а морская пехота все не могла прорваться за земляные брустверы, и тела павших в атаке усеивали мокрую землю.
Эту работу предоставили Шестьдесят седьмому Саут-Гемпширскому. Полк был расквартирован на острове Тринидад достаточно долго, чтобы люди научились работать и сражаться в липкой жаре. Сержанты построили их в две шеренги, с заряженными мушкетами и примкнутыми штыками.
– Гемпширские тигры, за мной! – крикнул генерал Буллерс, взмахнув шпагой, и бросился вперед.
Испустив хриплый рев, солдаты обогнали генерала, ринувшись навстречу свинцовому ливню.
Знаменосец, бежавший прямо перед генералом, отлетел назад от удара разрывной пули, попавшей ему в живот и согнувшей вдвое. Не успел труп повалиться на землю, как генерал уже подхватил знамя полка, не позволив ему упасть в кровавую грязь. Держа флаг в одной руке, а шпагу в другой, он криками подбадривал солдат, пока какой-то капрал не принял у него знамя и не бросился вперед.
Защитники укреплений держались стойко, хотя англичане имели невероятное численное превосходство. Две полевые пушки зарядили и вывели на позиции. Под их безжалостным огнем наконец-то удалось ворваться на крепостные стены. Но еще много добрых людей пало в последовавшем штурме. Пролилось немало крови, и в конце концов дошло до рукопашной.