Кольцо Стрельца
Шрифт:
– Всем сидеть тихо и молчать! Мои люди будут здесь с минуты на минуту, тогда и поговорим о наших планах.
– Ох, Аса… – выговорила Ева.
Я не видел ее лица, но изменившаяся интонация голоса ясно показала, что моя сестра окончательно приняла правду. Я надеялся, что она сделала это не слишком поздно.
– Вы в самом деле полагаете, что Меванри Морган позволит вооруженной группировке доступ на директорский этаж? – вежливо спросил шпиона Джон Эллингтон.
Лже-Сэм усмехнулся.
– Конечно, позволит, если не захочет, чтобы я вышиб Симону Айсбергу мозги. – Он развернулся, не отпуская заложника, и обратился к Гюнтеру Экерту: –
Я, конечно же, не был ранен. Меня спасли нательные доспехи. Я только выжидал удобного момента, чтобы сделать движение, не рискуя при этом жизнью отца.
Экерт медлил, и полуклон начал нервничать.
– Давай, Гюнтер! Я кому сказал? Сделай это, черт побери!
Для убедительности он взмахнул пистолетом, на миг оторвав его дуло от головы Симона, и выстрелил в окно за спиной Экерта, никому не повредив. Я собрался в комок, чтобы подкатиться к Сэму и его заложнику под ноги…
…и в этот самый миг Джоанна, все еще стоявшая за спиной лже-Сэма возле бара с напитками, выстрелила ему в спину из «Иванова», который я оставил в кармане своего анорака.
Я позвонил Карлу Назаряну, который со своей командой ожидал в аэропорту «Оплота», и спросил его совета – что нам стоит предпринять дальше. Наши первоначальные планы не предусматривали наличия в совете директоров полуклона, который мобилизует всех своих соотечественников, находящихся в здании.
Карл посоветовал звонить в полицию.
МКРС очень удивилось вызову со стороны объединенного концерна (корпорации всегда предпочитали сами разбираться с внутренними заварушками), но авторитет Гюнтера Экерта не подлежал обсуждению. Минут через двадцать башня «Оплота» уже кишела полицейскими, разгонявшими по местам оплотских чиновников и охранников. Через полчаса началось общее
тестирование ДНК служащих, производимое усилиями СМТ и еще дюжиной родственных организаций.
Только несколько внутбезовских полуклонов оказали вооруженное сопротивление. Еще меньшему количеству удалось бежать. А чиновники все кротко согласились на тестирование.
Карл и его команда явились из аэропорта в зал заседаний для дальнейших инструкций вскоре после приезда полиции. Ко времени, как он до нас добрался, Беа Манган уже протестировала ДНК Гюнтера Экерта и остальных членов правления, а заодно и Горгону Морган, которая была очень возмущена самим фактом, что мы допускаем мысль о возможности копирования ее. Все оказались настоящими, за исключением Сэма.
Я предоставил Карлу разобраться со спящим полуклоном, которого приказал доставить в психотронную лабораторию. Карл получил от меня инструкции подвергать психотронному допросу каждого, чьи ДНК окажутся нечеловеческими. Я обещал явиться к нему за новостями после второго акта сегодняшней мелодрамы, который ожидался в Доме Совета.
Был выписан ордер на арест за уголовное преступление «похищение чужой личности» человеческого ответчика, имеющего поддельные глазные яблоки Асаила Айсберга. Его приметы и идентификаторы были разосланы по всем космопортам Земли. Я надеялся, что мы не машем кулаками после драки. Одно из посланий лже-Адика было отправлено на мой собственный личный код, так что Алистер Драммонд теперь знал, что его ищут.
Мы собрались уходить, но Адам Станиславский вдруг заявил, что с него достаточно развлекательных шоу на сегодняшний день. Он собирался наслаждаться следующим на очереди зрелищем из
Все получилось примерно так, как мы с Эфом Сонтагом спланировали.
Мы появились бок о бок – я в своих маскировочных одеждах джору, и взошли на подиум маленькой импровизированной кафедры в самом центре главного зала Палаты Совета. Беа Манган со своим детектором и Джоанна стояли сразу за нами, ожидая своей очереди. С хорошей звукопередачей помогли специалисты из «Макродура».
Звука и видимости должно было хватить на шестьсот репортеров, толпившихся под стеклянной крышей круглого фойе, увешанных инструментами своего ремесла. Экраны в столовых Совета тоже должны были транслировать происходящее – по просьбам заинтересованных делегатов.
Я надеялся, что Слуга Слуг Лука и его компания тоже не обойдут нас вниманием. Член комитета Эфа доложил, что халуки уже присутствуют в здании.
Сонтаг обратился к журналистам с приветствием и начал представление гостей. Я сбросил мантию джору и достиг желаемого драматического эффекта, оказавшись на кафедре обнаженным до пояса. Камеры вокруг работали, как сумасшедшие. Эф объяснил толпе, кто я такой и почему выгляжу как халук, и о чем я собираюсь заявить в Совете.
После этого Беа протестировала мои гены и наглядно доказала, что я не только Асаил Айсберг, но и субъект, незаконно подвергнутый генной терапии – предположительно это сделали существа, чье обличье я теперь вынужден носить. В трогательном свидетельском заявлении Джоанна снова подтвердила, что я действительно ее бывший муж, человек, несправедливо обвиненный в должностных преступлениях и лишенный гражданства, которого она никогда не переставала уважать.
Подсоединенный к управляемому Сонтагом психотронному аппарату, я рассказал гражданам Содружества, каким образом меня похитили и клонировали халуки. Я рассказал, как мой Злой Двойник занял мое место в «Оплоте» и получил контроль над торговлей генным препаратом РD32:С2, как он использовал мое имя для помощи халукам. Я разоблачил ложь, которую он преподнес на предыдущей конференции Сонтага, где были предоставлены свидетельства. Я пригласил шпиона, присвоившего мое лицо, явиться перед прессой и подвергнуться такому же тестированию, как я.
Но я не сказал, что лже-Адик – это Алистер Драммонд.
Вся галактика услышала отредактированный рассказ о событиях на заседании правления «Оплота» и о принятии мной поста президента концерна. С трудом терпя боль от вмешательства мерзкого психотронного аппарата Хогана, подтверждавшего каждое мое утверждение, я описал меры, которые на данный момент приняты для обезвреживания полуклонов в «Оплоте». Я настаивал, чтобы остальные концерны и учреждения немедленно протестировали своих служащих.
Я сделал особый упор на клонировании моего друга Сэма Ямамото. Где, вопрошал я риторически, сейчас находится настоящий Сэм? Возможно, его держат в плену вместе с остальными несчастными донорами ДНК, которых похитили халукс-кие агенты. Где инопланетяне держат их – таких же синих и несчастных, как я, – а может быть, бедняги уже сыграли свою роль, и их просто уничтожили?
Я сообщил аудитории, что показания, добытые у захваченных полицией полуклонов, наверняка будут готовы слишком поздно, чтобы включить их в доклад делегата Сонтага перед Советом. Но если повезет, возможно, они повлияют на результаты завтрашнего голосования.