Колдун 2
Шрифт:
Попалась мне синичка — большая такая! Красивая! Я несся к ней совершенно счастливый — ураа! Поймал!
Освободил синичку, разглядываю ее, гордый, радостный, и вдруг…синичка изворачивается и за палец меня — тяп! Да так сильно, так больно, что от неожиданности разжал руку и птичка вспорхнула и улетела. Вот это был облом! И не в том облом, что я упустил птичку, а в том, что такая красивая, такая милая птичка умеет так жестоко и злобно кусаться. Когнитивный диссонанс, точно.
Уже когда стал взрослым, узнал — «Большая синица», она же «зинзивер» — одна из самых жестоких, беспредельных убийц птичьего рода. Если ее запереть
Машина стояла там, где я ее оставил. Кряхтя и слегка трусясь от слабости забрался за руль и отправился домой — отлеживаться.
Все у меня не слава богу…обязательно вляпаюсь! Мда, если бы не помощники…хорошо, что они у меня есть! Теперь понимаю, зачем этих существ вытаскивают из Нави. Без таких вот «бесов» колдун похоже что долго не проживет — занимаясь своим, понимаешь ли, грязным колдунским делом. Жизнь состоит из маленьких открытий, не правда ли?
Днем приятно ездить, особенно, если это весна. Все цветет, все зеленеет! Запах — просто отпадный! Хвоей, травами, цветами пахнет так, что я не променяю этот запах ни на какие южные курорты, ни на какие пальмы и прерии! Это наш, русский лес! Я плоть от плоти его, я чувствую это, между нами протянуты нити, которые никому не оборвать, никогда и ни за что!
Впрочем — уже не весна. Через два дня лето. И в этом году оно пришло пораньше — погода меняется, типа всемирное потепление! Кстати, позагорать бы…искупаться в пруду… Нет, вот закончу работу с русалками, тогда уж искупаюсь. Купаться, когда ты знаешь, что где-то под тобой шныряет нечисть и норовит ухватить за гениталии — нет уж, удовольствие ниже плинтуса! Это пусть горожане купаются в пруду с русалками — они ни во что не верят, им и не страшно. А я слишком много знаю, чтобы так просто доверять свои драгоценные причиндалы холодным злющим девам. Что-то нету у меня к ним доверия, к этим самым водяным красоткам.
Как ни странно — я выспался. Под дубом, под той веткой, на которой висел покойник, на кладбище — выспался! Свеж, как…как…ну не знаю — кто. Свежей розой себя назвать как-то не по-пацански. О! Как свежий огурец. Вот только запах не тот…помыться бы, что ли?
И вообще — баню надо истопить! Я когда в последний раз мылся как следует? Хотя по большому счету — что значит «как следует»? Из летнего душа омыть усталое тело — вполне ведь нормально! Пот-грязь смыл, и ладно! Хмм…но попариться вообще-то было бы неплохо.
Но — потом! Сполоснусь из душа и съезжу проверю — не приехал ли глава администрации. Надо заняться приватизацией дома. Я такой дом никому не отдам! Даже если буду жить где-нибудь в городе — пусть этот дом числится за мной. Охрим его сбережет, врага не допустит, а мне всегда будет куда вернуться. Место Силы, однако! Не зря старый колдун поставил здесь этот дом, совсем даже не зря!
Уже когда свернул к дому с главной дороги, заметил, что похоже — день сегодняшний начнется не с полоскания в душе, и не с завтрака. У забора стояла приора — черная такая, видавшая виды, но ухоженная и даже помытая. Что впрочем никак не повлияло на чистоту автомобиля — все темные автомашины, синие, черные, темно-коричневые, стоит им выйти из мойки — через пятнадцать минут начинают выглядеть так, будто их не мыли как минимум месяца четыре. Глупые люди думают, что если они купили черный автомобиль, так на нем меньше будет видна грязь —
А вот белая автомашина — наоборот, не говоря уж осеребристой, похожей на кастрюлю с колесами — на их краске дорожная пыль почти что и не видна. Особенно на серебристой, цвета алюминиевой кастрюли — она всегда выглядит так, будто ее только что запылили. Это машина по определению не может быть чистой.
Но хуже всего коричная машина. Как говорил майорКазанцев, командир батальона охраны: «Я не понимаю, какие идиоты покупают коричневые машины! Они утверждают, что это не цвет дерьма, а цвет кофе! Так вот, дерьмоводители— кофе не бывает коричнево-серого цвета, вас кто-то обманул!»
Я тогда посмеялся — мол, мало ли чего наболтает человек слегка поддав, а потом как-то присмотрелся, и…правда! Ощущение такое, будто кто-то решил поглумиться над людьми и покрасил их машины в цвет протухающего дерьма! С тех пор я решил, что если у меня вдруг образуется машина, то она точно не будет покрашена в цвет какашки. Или, в крайнем случае — перекрашена из цвета какашки в какой-нибудь другой цвет, более радующий глаз человека. А на автомобилях цвета какашечного кофе пусть ездят особо просветленные эльфы — мало ли в мире идиотов?
Стекла приоры тонированы вглухую, и это меня сразу насторожило. Времена такие, что гаишники не пропускают эдакие пацаномобили, тут же составляют протокол или снимают бабло на карман. Кстати — последнее все реже и реже: кому нужно за такие гроши терять выгодную должность, а вдруг подстава? Это в участковых вечный недобор, а вот штаты гаишников укомплектованы даже сверх меры. Держатся ребята за свое место — зубами, клыками, конечностями.
Итак, раз человек не боится кары гаишниковой, значит или у него много бабла, чтобы суметь соблазнить «дорожного охотника», или он каким-то образом облечен властью, чтобы гаишники его не трогали. Ну и еще один вариант — просто отмороженный идиот, которому все на свете похрен. Таких хватает и в глухой провинции, и в самой что ни на есть столице нашей родины. А отмороженных надо опасаться.
В общем, когда я затормозил у забора и вышел из машины — был уже абсолютно настороже. Даже кобуру с пистолетом сдвинул поближе вперед. Мало ли что?
Кстати — дурацкий рефлекс: на кой черт мне этот самый пистолет, когда я сам по себе уже страшнее пистолета? Сам себе оружие! И эти самые иглы от шприцов — зачем я их отравил? На кой черт они мне, если я могу остановить противника одним словом? Парализовать его!
Инерция мышления? Перестраховка? «Вдруг магия исчезнет, и что тогда делать?» Наверное — все вместе сразу. Неверие в свои силы и боязнь остаться безоружным. И опять же — я всего неделю, или чуть больше — колдун! Ну как у меня может так сразу перестроиться мышление?
Но то, что случилось потом, меня искренне удивило — не ожидал! Чего угодно ожидал — шпана какая-нибудь приехала, заявители на соседей, кто угодно — только не они! Из «приоры» вначале показалась знакомая шкафообразная фигура Кольки Сидорова, а с другой стороны машины показалась его драгоценная Люсенька.
Я внутренне просто взвыл. Внешне ничем свои эмоции не проявил, но…взвыл. Впрочем, возможно что я внутренне взвыл очень уж громко, и отголоски моего воя все-таки достигли Колькиных ушей: