Колдун
Шрифт:
Они будут просто наблюдать, как мы тут мучаемся.
— Но если Серк захватят такую добычу и останутся безнаказанными, они же станут угрозой абсолютно для всех! Что, другие общины не понимают этого? Со всем нашим богатством и с Бестрей в придачу…
— Кто знает, что происходит на самом деле? Не ты и не я. Может быть, другие общины на стороне Серк! Подобных прецедентов достаточно.
— А по-моему, все это глупо, — заявила Марика. — Можно Грауэл и Барлог полететь со мной?
— Я уверена, что можно. В глазах многих вы — одно существо.
Марика
Они, конечно, терпели друг друга, но только по настоянию Верховной жрицы. Любви между ними не было никакой.
Марика, Грауэл, Барлог и Дортека со всей поклажей погрузились на темный корабль примерно в тот час, когда по расписанию Марике полагалось заниматься математикой. Сестры-Помощницы, перед тем как занять свои места на кончиках крыльев, прошли и убедились, что все пассажиры крепко привязались к раме. Поклажу сложили в ящики, закрепленные на оси креста.
На этот раз Марика обратила гораздо больше внимания на корабль и на его экипаж, чем во время предыдущего полета.
— Госпожа Дортека, что это за металл? Никогда ничего похожего не видела!
Марика попыталась прощупать металлическую раму мысленным прикосновением, но та оказалась почти невидимой.
— Это титан. Самый легкий из известных металлов, но очень прочный.
Его очень трудно получить. Братья применяют для этого процесс, близкий к тому, который используется для получения алюминия. Нам они продают корабли втридорога.
— Так это братья их делают?
— Да.
— По-моему, нам стоило бы делать их самим. Зачем мы позволяем себя грабить?
— Не знаю точно. Может быть, спорить не хотим. По-моему, мы покупаем эти корабли, потому что они лучше. Хотя покупаем мы их только последние шестьдесят лет. Раньше все общины сами делали свои корабли.
Это было настоящее искусство. Большая часть их все еще в ходу там, на юге, — в таких крупных городах, как Телле-Рей и ему подобные.
— А на что были похожи эти старые корабли? Чем они отличались от нынешних? И что значит «покупаем»? Я думала, что торговцы все только в аренду сдают!
— Вопросы, вопросы, вопросы… Щена… Они не сдают темные корабли в аренду. Этого мы им не позволим. Мы и так уже слишком сильно зависим от братства.
Старые корабли мало чем отличаются от тех, что ты уже видела.
Возможно, в основном они поменьше размером. Но раньше все темные корабли были деревянными. И некоторые были очень причудливой формы ведь их считали произведениями искусства. Их делали вручную из древесины золотого дерева. Это дерево, которое отзывается на прикосновение. Каждый ствол должен расти как минимум пятьсот лет.
Очень дорогая древесина. Корабельные рощи и сейчас охраняются законом.
Так называемые браконьеры могут поплатиться жизнью за одно только прикосновение к золотому дереву.
Каждая часть каркаса, каждая распорка в старых кораблях вырезалась отдельно из специально отобранного бревна или чурбака. Я слыхала, что сестра-строительница могла
Да, возможно, практичные, но простыми их не назовешь. Тот, на котором они сейчас летели, был весь испещрен причудливыми знаками, которые, как подозревала Марика, имели какое-то отношение к Повелительнице и ее команде Помощниц.
— Так вы говорите, эти старые корабли еще летают?
— Большинство из них. В Телле-Рее я видела корабли, которым, говорят, уже несколько тысяч лет. Силты умели летать еще до начала времен. В музее Редориад в Телле-Рее есть несколько доисторических кораблей — «седел», так даже их иногда используют.
— Что такое «седла»?
Марика никогда не слышала ни о чем подобном, хотя и старалась узнать о полетах абсолютно все.
— В древние времена сестры, которые теперь стали бы Повелительницами кораблей, обычно летали в одиночку. Их корабль представлял собой восемнадцатифутовый шест, вырезанный из золотого дерева, с седлом, расположенным ближе к заднему концу, на расстоянии одной трети общей длины корабля. Тебе бы очень понравилось в музее Редориад, ведь ты так интересуешься полетами. Там есть почти все.
— Надеюсь. Я обязательно посмотрю на все это, если когда-нибудь попаду в Телле-Рей.
— Ты попадешь туда достаточно скоро, если Градвол своего добьется.
— Значит, мы покупаем металлические корабли, потому что это гораздо проще, чем делать их самим?
— Несомненно.
— А остались еще мастерицы? Сестры, которые в случае необходимости могут построить темный корабль?
— Уверена, что остались. Силты очень консервативны. Старое отмирает лишь по прошествии тысячелетий. Что же касается темных кораблей, то многие из нас еще преданы старине. Многие предпочитают деревянные корабли, потому что дерево лучше отзывается на прикосновение силты, чем холодный металл. И многие считают, что в таком деле мы не должны зависеть от братьев. Братство постепенно захватывает контроль над всеми областями нашей жизни. Было время, когда сестры, имеющие дар дальнего прикосновения, делали все, чем теперь занимаются связисты.
Лучшие из этих сестер хвастали, что могут прикоснуться к чему угодно, как бы далеко от них ни находился объект. Сейчас искусство дальнего прикосновения почти утеряно.
— Как жаль!
Темный корабль уже миль на пятьдесят удалился от города. Впереди Марика разглядела черные обуглившиеся развалины аванпоста торговцев.
Станция Кхарг. Самая южная точка, до которой кочевники добрались этой зимой. Падение этой крепости было последней каплей, переполнившей чашу терпения Градвол. После этого она и начала свою кампанию. Падение Кхарга едва не стоило должности старшей жрице Зертан, которая не предприняла никаких попыток спасти осажденную крепость.