Колдун
Шрифт:
Мишка замер, пытаясь разглядеть, что происходит на поле боя. Подвижные и мобильные тридцатьчетверки всеми силами пытались сдержать тяжелые «Тигры» и самоходные «Фердинанды», за которыми прятались средние танки и самоходки. Даже ему, совершенно не разбирающемуся ни в моделях танков, ни в их видах, было понятно, что выстоять против волны чудовищ, надвигавшихся с той стороны и служивших прикрытием для пехоты, просто невозможно. Их было много… Слишком много!
Казалось, что эти коричнево-серо-зеленые чудища буквально утюжат землю, предварительно выжигая все на своем пути, прокладывая и подготавливая путь пехоте, лавиной двигавшейся за ними.
— Парень, ты вообще нормальный? — заорал догнавший его дядька и сильно толкнул Мишку в спину. — Ты чего мишень из себя изображаешь? Убьют ведь! Ползи!
Упавший от неожиданного толчка в спину Мишка вдруг осознал, что вокруг летят пули и осколки. Приподняв голову, он попытался осмотреться. Из ближайшего окопа показалось потное извазюканное в земле и крови лицо медицинской сестры.
— Кто-нибудь, раненого заберите! — закричала она.
Мишка, выставив перед собой носилки, пополз к ней. Пожилой боец оказался быстрее и ловчее. Первым добравшись до сестрички, он протянул руки вниз и ухватил раненого. Поднатужившись, с помощью медсестры вытянул его из окопа. Подползший Мишка развернул носилки и увидел, как медсестра, ловко выбравшись с другой стороны окопа, змеей поползла на поле боя, периодически замирая, вжимаясь в землю и прикрывая голову руками.
— Чего опять рот раззявил? Не парень, а наказание какое-то, — забурчал боец, уже успевший уложить стонущего солдата на носилки. — Берись за носилки, потащили.
Выбравшись из зоны обстрела, дядька остановился, и, сняв с солдата ремень, изо всех сил перетянул ему ногу повыше жгута, наложенного медсестрой.
— Дядь, а это зачем? — следя за его действиями, спросил Мишка.
— Чтобы кровью не истек. Сестричка под пулями сильно затянуть не может — и высунуться нельзя, да и силы не те, бабьи. А ежели у него жила перебита? Покуда до хирурга дойдет, кровью истечь может, — торопливо пояснял Мишке старый солдат свои действия. — А так все же понадежнее. Бери носилки, побежали, — кряхтя, тяжело поднялся он на ноги.
Мишка с дядь Петей, как представился ему пожилой боец, успели вынести и доставить до медчасти восемь раненых и снова вернулись за девятым, когда Мишку внезапно сдернул в окоп солдат:
— Вот ты где… Тебя командир ищет… — заорал он, перекрикивая звук боя. — Давай к нему живой ногой!
Мишка, оглядевшись и сориентировавшись, повернулся, чтобы бежать к капитану, но солдат схватил его за плечо:
— Ты оглох, что ли? Или заблудился? — в ярости заорал он на парня. — Блиндаж там! — показал он рукой в противоположную Мишкиному направлению сторону.
— Сам дурак! — огрызнулся Мишка. — Там блиндаж! — ткнул он рукой в другую сторону.
— Тебя вызывает командир, майор Федотов Руслан Яковлевич, дубина! — проорал ему в ответ солдат. — Туда ступай! Там его блиндаж! — дергая Мишку за плечо, орал солдат.
— Понял! — отозвался Мишка и бегом бросился в указанную бойцом сторону.
Командирский блиндаж он отыскал быстро. Не затрудняя себя стуком или докладом, влетел вовнутрь.
Багровый майор, крепко прижимая к уху телефонную трубку, яростно орал в нее:
— Что значит держитесь? Чем мне держаться, хреном? … Нет у меня больше зубов, товарищ полковник! Из сорока четырех танков у меня осталось восемнадцать, понимаешь? Восемнадцать!
Обхватив голову руками, он уставился невидящими глазами в стол.
— Товарищ майор… — робко позвал его Мишка.
— А, Миша… Пришел… Хорошо… — устало подняв на него взгляд, проговорил Федотов. — Жигунов! — вдруг гаркнул он.
— Да, товарищ майор! Звали? — почти мгновенно возник в проходе солдат.
— Зови сюда тех двоих, которых Степаныч оставил, и радиста, — мрачно ответил ему майор.
— Ща! — кивнул солдат и моментально исчез.
— Миша, сколько нужно времени, чтобы дойти до той деревни? Горелинки? — глядя на Мишку уставшим, но твердым взглядом, спросил майор.
— Лесом и быстро — часов шестнадцать, — ответил Мишка.
— Долго… Очень долго… — задумался Федотов. — Надо быстрее, Миша. Намного быстрее. К вечеру, часам к одиннадцати, вы уже должны быть там.
— Невозможно… — покачал головой Мишка.
— Нет ничего невозможного, есть непродуманные действия, — произнес голос за его спиной. Мишка обернулся и встретился глазами с высоким кареглазым мужчиной. — Василий, — улыбнулся он, протягивая Мишке руку.
— Мишка… Михаил, — ответил подросток, пожимая протянутую руку.
— Арсен, — также протянул руку для пожатия стоявший рядом с Василием молодой улыбчивый солдат кавказской наружности.
— Роман, — представился лет на пять старше Мишки серьезный паренек в мешковато сидящей на нем форме и с наушниками на шее. — Радист.
Мишка, пожав руку и ему, кивнул.
— Ну, познакомились? Теперь к делу. Вася, излагай соображения, — серьезно посмотрел на него Федотов.
— Командир, техники полно! Пусть нас закинут туда. Все равно на чем — на самолете, танке или мотоцикле… Я бы и на машине поехал, — задорно отозвался Василий.
— Эээ, дарагой… Самолетом опасно — собьют. Танком — это уже нэ развэдка. Матациклом — слющай, ты адын такой умный, да? Фриц слепой совсэм, да? — покачал в ответ головой более серьезный Арсен.
— Значит, остается машина! — не сдавался Василий.
— Савсэм дурак… — тяжко вздохнул Арсен, качая головой.
— Твои предложения, Арсен? — усмехнувшись на перепалку разведчиков, видимо, уже привычную, спросил майор.
— Ножками, камандир, ножками… — отозвался Арсен.
— Сейчас двадцать минут третьего, — взглянул на часы майор. — В три выйдете. Ножками в быстром темпе вам топать шестнадцать часов. Во сколько вы там будете? — поднял он серьезный взгляд на Арсена.