Коллапс
Шрифт:
Полагаю, монстра тревожил запах бензина, но повлиять на него я был не в силах.
Достаю нож и самым кончиком оружия вывожу узоры на плитке. Эти руны я запомнил — именно их я чертил в предыдущей квартире, проверяя действенность ритуала эклектики. Правда, была пара минусов. Во-первых, у меня с собой были только зажигалки и пропитанная бензином ткань. И во-вторых, мне приходилось выводить руны поверх кровавых узоров. Но я не останавливался. Что может быть приятнее, чем заставить разных тварей сражаться друг с другом?
Когда все было готово, я щелкнул зажигалкой
В этот раз долго ждать не пришлось — спустя минуту по полу пополз туман, а за спиной раздались шорохи и скрипы. Карлик не прерывал свой танец, но чудища зашевелились.
Я встал и не оглядываясь, пошел к выходу, лавируя между монстрами. На этот раз дверь находилась перед моим лицом — я уяснил урок.
Обернулся я только в дверном проеме, чувствуя себя неуютно.
Туман полностью поглотил угол, где я провел ритуал. Через белесую пелену я видел только огонь пропитанной бензином тряпки. Причем огонек мерцал все дальше, будто удаляясь, и я подумал, что затушить эту тряпку я теперь не смогу, даже если захочу.
Внезапно по комнате пронесся порыв ледяного ветра. Потусторонний сквозняк швырнул к моим ногам какую-то бумажку. Даже понимая, что нужно бежать прочь под всем ускорением, которое у меня было, и как можно быстрее, я остался на месте. Будто загипнотизированный, я поднял скомканный листок и развернул его, после чего попытался прочитать фразу, написанную неряшливым и неразборчивым почерком, будто бы принадлежащим ребёнку.
На обрывке бумаги на чистом русском языке была нацарапана всего одна фраза: «Ты умрешь в муках, Артур!».
Похоже, есть сущности, которым плевать на мою незаметность.
Я отпустил листок, и его унесло ветром дальше по коридору. А вот теперь «неуютно» перестало быть словом, которое подходит к ситуации. Я напуган до усрачки, несмотря на пьющий эмоции бинт!
Карлик уже не плясал. Ритуал был сорван — руны тускнели, магия из них утекала в туманный угол, и с каждой секундой туман становился все плотнее, стелился все дальше. Лишь взглянув на дымку, карлик отступил на пару шагов.
— Это мой мир! — крикнул карлик на языке мира Кошмаров. — Мой! Я первым нашел его и я не дам тебе его захватить! Я тебя не боюсь!
Однако его выдал дрожащий голос. А я с содроганием подумал, насколько жутким должно быть существо, чтобы пронять карлика.
Слова карлика ничуть не впечатлили того, кто прятался в тумане. Из белой пелены донеслось угрожающее бряцанье цепей. Некто шел к нам: цепи звенели все громче.
Спустя пару секунд туман колыхнулся и выплюнул окровавленное чудовище в медицинском халате. Из-под пропитанного кровью халата высовывались длинные цепи, волочась по полу. Голова монстра была опущена к земле, а с зажатого в руке молотка капала свежая кровь.
Когда между монстром в халате и ближайшим зомби оставался метр, голова чудовища в халате неестественно повернулась. Сквозь завесу длинных не расчесанных волос на нас уставилось уродливое подобие лица — грубое подобие маски, скроенной
Карлик не выдержал — скомандовал своим тварям атаковать. Вся толпа разом бросилась на Кошмар, который был вооружен одним молотком.
В заполненной телами комнате будто разразился ураган. Цепи грохотали, будто живые, хлеща по стенам и потолку, отшвыривали тела, дробили кости. Молот взметнулся, вдребезги расшибая череп какой-то высокой твари, похожей на безликий манекен.
Вышедший из тумана кошмар двигался не быстрее обычного человека, но его удары всегда достигали цели, а по нему попасть не могли.
А тварь, звеня цепями, обычным прогулочным шагом шла к карлику. Краснокожий бормотал что-то и махал перед собой руками, но я не видел, чтобы его действия замедлили монстра в халате.
Я достал из шкатулки пару семян и швырнул их в комнату, прямо на трупы. Однако налетевший в то же мгновение со спины порыв ветра подхватил семена и швырнул их в туман.
Пока тварь крушила черепа зомбированных, сквозняк швырнул в мою ладонь мокрый бумажный листок. Я махнул рукой, пытаясь его сбросить, но лист будто бы сам собой развернулся. Я зацепился за первое слово и против воли прочел все, что было написано на листе.
'Я думаю, что в этой больнице живет кто-то злой и мертвый. Может, он прячется под моей кроватью, или в тумбочке? Я говорила об этом врачам, родителям и своей старшей сестрёнке, но они меня не послушали.
Перед сном медсестра проверяет, закрыты ли окна, и говорит мне, что они закрыты и в палату никто не попадет. Не понимаю, почему она пытается защитить меня от того, кто может быть снаружи больницы, если он уже в моей палате? Цепи звенят.'
Если кто-то пытался напугать меня, у него получилось. Я шагнул назад, выходя из комнаты — оставаться наедине с чудовищем я не хотел.
Через секунду дверь сама захлопнулась, с такой силой, что с потолка посыпалась побелка. Если бы я на секунду промедлил, я бы остался в той комнате!
Истошно завизжал карлик. Его крики ещё не стихли, а я уже пробежал метров сто по коридорам. Цепи гремели где-то неподалеку, словно монстр шагал по моим следам.
Я припустил ещё быстрее, не осмеливаясь поворачиваться. Впервые с того дня, когда я провел ритуал, мне было так страшно: до вставших дыбом волос, до пошедшей мурашками кожи. И это с притупленными эмоциями! Наверное, без бинта я бы уже орал, как институтка.
Я прорывался сквозь воздух, за секунду пробегая метров по сорок. Добежал до места, где я бился в компании военных против тварей. Пробежал еще метров двадцать, и ощутил, что страх только растет. Слева должны находиться окна, справа — двери кабинетов, но я не видел ни того, ни другого. Будто вся больница превратилась в сплошной коридор, темный настолько, что даже мое улучшенное зрение почти пасовало.
А сзади все так же гремели цепи.
Оглянувшись, я уловил мерцающий блеск железа. Монстр вышел из-за поворота. Необъяснимым образом Кошмар нагонял меня, хотя шел он обычным прогулочным шагом, а я бежал изо всех сил.