Коллекция дамских соблазнов

– Братцы-кролики, привет, а вот и я. Надеюсь, вы уже готовы к труду и обороне? – улыбаясь во весь рот, поприветствовала друзей Юля, входя в кухню их квартиры. – О, они еще жуют, – всплеснула она руками, увидев близнецов за столом. Улыбка ее мгновенно пропала. – Ну вы даете, ребята! А время тикает, между прочим, – нахмурив бровки, постучала девушка пальцем по циферблату своих часиков. – Почему вы так долго телитесь-то? Забыли народную мудрость? «Кто рано встает, тому бог дает».

– Доброе утро, Юлек, садись к столу, – добродушный

Данила подвинулся на диванчике, чтобы освободить для девушки место. – Мы вчера поздно легли, почти в два ночи. Сейчас позавтракаем, кофе выпьем и поедем. Садись! Посмотри, какой у нас завтрак аппетитный… омлет, взбитый с натуральными сливками, с ветчинкой, помидорчиком и петрушечкой. Фирменный, по-чугуновски.

– Не, спасибо, я уже перекусила, больше не хочу, – отказалась та. – Никак не могу себя заставить плотно наедаться с утра, как положено. Недаром же говорят: «Завтрак съешь сам, а ужин отдай врагу». У меня, как всегда, все наоборот, утром ничего в рот не лезет, а вечером словно черти разжигают: пока не поем, уснуть не могу. Боюсь, что с таким режимом я скоро начну набирать вес, как индюшка перед Рождеством. Ребят, быстрей закругляйтесь, я же вчера сказала, что договорилась с клиенткой на десять утра, – напомнила Юля. – Нехорошо получится, если ей придется ждать. Как-то несолидно.

– Успеем, время еще есть, – ответил Кирилл, с аппетитом уплетая фирменный омлет.

– Ага, успеем, – возразила девушка. – А если в пробку попадем? Забыл, что на наших дорогах творится? Какие же вы все-таки безответственные личности. Могли бы и пораньше встать. На меня постоянно ворчите, а сами… Я, можно сказать, из кожи вон лезу, ношусь с рекламой как ненормальная, с каждым клиентом как с малым дитем нянчусь. Рассказываю, какие мы до невозможности замечательные специалисты: белые, пушистые, шустрые и быстрые. О, я, кажется, стихами заговорила, – хихикнула она. – Короче, закругляйтесь и поехали, а то еще немного, и я музыку начну сочинять… похоронный марш по нашему загибающемуся агентству. Пам-пам-парам, пам-парам, парам, парам, – запела она, сделав скорбное лицо.

– Катастрофа, может, прекратишь издеваться? – проворчал Кирилл. – Слава богу, дела идут нормально и загибаться никто не собирается.

– А я не о вас лично говорю, живите до ста лет, я об агентстве. Если вы будете себя вести так беспечно, то это случится, – не угомонилась та. – Я изо всех возможных сил стараюсь, а вам хоть трава не расти.

– Хватит бубнить, дай поесть спокойно, а то у меня ветчина поперек горла встанет. А без кофе я вообще не человек, нужно хоть чашечку проглотить, и желательно – без всякой спешки, – прикрикнул на Юлю Кирилл. – У тебя удивительная способность испортить аппетит, даже несмотря на то, что он у человека зверский.

– Кофе можно и в офисе выпить, хоть ведро, – стояла на своем Юлька. – Поехали, кому говорю, – она топнула ногой. – Клиентка серьезная, с огромными бабками, жена какого-то крутого олигарха.

– Правда, что ли? – изумился Данила.

– Естественно правда, – фыркнула Юля. – Зачем мне выдумывать? До сих пор сомневаетесь, что Смехова умеет работать? Напрасно, между прочим. Не будь

меня, вы бы уже давно обанкротились. Можно сказать, что на мне все и держится, – самоуверенно вздернула носик она.

– Да-а, Катастрофа, от скромности тебе умереть не грозит, – покачал головой Кирилл.

– А зачем мне скромничать? Факт – вещь упрямая, и я всего лишь его констатировала.

– Жена олигарха, говоришь? Круто, нам большие бабки не помешают, – потер руки Данила, резко вклинившись в их разговор, сообразив, что через секунду он может перерасти в нешуточную перепалку. – Твоя клиентка, Юлек, подвернулась очень кстати и, главное, вовремя. Скоро за аренду платить, а в заначку лезть неохота.

– Нашел кого слушать, – усмехнулся Кирилл, продолжая медленно жевать, но не желая уступать и оставлять последнее слово за Юлькой. – Она тебе такого наговорит, только уши растопыривай. Ты что, не знаешь нашу Катастрофу? Балаболка еще та.

– Это точно, – согласился Данила и посмотрел на девушку плутоватым взглядом.

– Вот придурки, – возмутилась та. – Я вас когда-нибудь обманывала?

– Нет, «когда-нибудь» ты действительно нас не обманывала, – ехидно усмехнулся Кирилл. – Ты делаешь это постоянно, без перерыва на обед, выходные и праздничные дни.

– Ну ты и наглец, Кир, – засопела Юля. – Если я кое-что придумываю, это не говорит о том, что я вру о чем-то серьезном. А фантазировать никому не запрещено.

– От твоих фантазий у меня скоро начнутся приступы эпилепсии, – проворчал молодой человек. – Садись-ка лучше выпей кофе и прекрати убивать меня своими зенками, я пуленепробиваемый.

– Ладно, не верите – не нужно, – пожала Юля плечами, усаживаясь за стол и бесцеремонно выхватывая чашку с кофе из рук Кирилла. – Только потом не жалуйтесь, что я плохо работаю и клиенты к вам приходят не такие, которых вы ждете. Нравится следить за неверными женами и мужьями? Да на здоровье, кто бы спорил!

– Эй-эй, может, оставишь мою чашку в покое? – заорал Кирилл. – Наливай себе сама, я тебе не официант, и мы не в ресторане.

– Вот в этом ты весь, – прищурилась Юлька. – Пожалел глоточек какого-то несчастного кофе для почти что сестры. Э-эх, и на этих оболтусов я трачу свои лучшие годы жизни, – вздохнула она. – Кофе, между прочим, весьма вреден для здоровья, я об этом недавно в каком-то американском журнале прочитала.

– Вот и поставь мою чашку на место, нечего вредить своему здоровью, – ехидно посоветовал Кирилл. – Как же мы без такого ценного кадра, как ты, обойдемся, если ты вдруг крякнешь раньше времени от переизбытка кофеина в организме?

– Не дождетесь, я вас всех переживу. И на женщин вредность кофе не распространяется, – беспечно пожала она плечами. – В первую очередь это касается мужчин.

– Почему мужчин? – с интересом спросил Данила, отхлебывая из своей чашки внушительный глоток вредного напитка.

– Отрицательно действует на потенцию, – хихикнула Юлька. – Кофеин убивает сперматозоиды, прямо на корню.

– Ты доиграешься, я тебе когда-нибудь язычок-то укорочу, ножницами, – хмыкнул Кирилл.

– Руки коротки, – Юля показала ему язык.