Колодцы предков
Шрифт:
– Конечно, не знает. Если бы знал, давно бы украл.
– Боже, так где же искать?!..
– Нигде не искать! Вы что, окончательно спятили? Бежать отсюда надо, пусть он подавится этим наследством!..
Семья разделилась на два лагеря. Один, в лице Терезы и тёти Яди настаивал на спасении жизни, второй, состоящий из всех остальных, усиленно пытался отгадать место укрытия сокровищ, не вспоминая о грозящей опасности. Необходимость полной расчистки развалин ощущалась все яснее. В конце-концов, это был единственный оставшийся объект, на который можно было рассчитывать. В те времена дом Франека ещё не
– Дети бы заметили, – засомневалась я. – Дети все замечают. Порылись бы в камнях и нашли.
– Это же дети, а не бульдозеры, – обиделась моя мамуся.
– Дети бы заметили, это факт, – согласился Франек. – Но дело в том, что там не было никаких камней. Я эти подвалы хорошо помню, они были пустые и держались неплохо, своды были такими, что все выдержали. Камни, своды, стены и ничего больше.
– Ты же сказал, что там не было никаких камней…
– Навалено не было. Никаких куч. Только стены и своды.
– Но мог быть и более низкий этаж, подземелье. Опустить туда, прикрыть, хоть досками, набросать камней… Притоптать. Вы уверены, что там не было подземелья?
Существования подземелья Франек исключить не мог. Моя мамуся тоже заколебалась. Между захоронением сундука и её визитами в подвалы прошло столько времени, что даже насыпанные кучей камни успели бы слежаться. В возникшей ситуации развалины просто нахально обращали на себя внимание.
– Сделаем все сами, или наймём рабочих? – с ехидной доброжелательностью поинтересовалась Тереза.
– Лучше Марека, – предложила моя мамуся. – Он хоть трезвый…
Марек явился, как по заказу, как раз когда окончательно решили раскапывать развалины. С каменным спокойствием он прослушал все новости, немного подумал, после чего проявил желание осмотреть второй колодец. Когда он спускался вниз по лестнице, все склонились над ним.
Спускался он недолго. На уровне начала кладки, чуть ниже поверхности, он внимательно присмотрелся к стенке.
– А на это никто не обратил внимания? – спросил он сердито. – Глаза у вас есть?
Мы рухнули на колени возле колодца, пытаясь просунуть в него головы.
– Отодвиньтесь, а то ничего не видно, – сказал Марек и спустился ниже.
– Что там? – беспокойно спросила Тереза. – Что он там нашёл?
– Я ничего не вижу, – недовольно произнесла моя мамуся.
– Я забыла очки, – сказала Люцина. – Вы что-нибудь видите?
– Я забыла, куда он показывал, – с сожалением простонала тётя Ядя.
– Есть!!! – воскликнул Ендрек.
– Что есть? Где?
– А вот, – гордо сказал Ендрек и показал рукой на один из камней.
Наконец все это увидели. В камне была выбита небольшая стрелка, направленная вниз. Она не бросалась в глаза, но при некотором усилии её можно было заметить.
– Стрелка вниз, ну и что? – разочарованно скривилась моя мамуся. –
Марек вылез на поверхность со странным выражением лица.
– Где все то, что вы отсюда выгребли? – сухо спросил он.
– Он слепой? – удивилась Тереза.
Ендрек, слегка растерявшись, показал на громадные кучи между двумя раскопанными колодцами. Там собралось все содержимое ямы, создав живописные холмы, которые было трудно не заметить. Марек посмотрел на них.
– Больше никуда не относили?
– В темноте? Конечно, нет!
– Боже мой! – испуганно прошептал Михал. – Мы что-то пропустили.
– Значит, просмотрите все ещё раз, – холодно ответил Марек. – Я с вами с ума сойду, вас ни на минуту нельзя оставить – сразу что-нибудь натворите! Столько людей, и никто не заметил стрелки. Ясно же видно, что она выбита несколько десятков лет назад!
– Не знаю, откуда нам знать, что несколько десятков, может сотен или совсем недавно, – сердито запротестовала Тереза.
– Так видно же! И корова заметит!
– Ни одна корова в колодец не заглядывала, – обиженно напомнила моя мамуся.
– Мы искали сундук, а не наскальную живопись, – сладко объяснила Люцина. – Кроме того, было темно…
– Зато теперь все видно. Делайте, что хотите, но придётся обыскать эти кучи. Упаси вас бог, что-нибудь сбросить в колодец, откладывайте в сторону все, что не камень. А я, на всякий случай, ещё раз проверю эту яму…
Из обиженного оцепенения родственников вывел Михал Ольшевский, который первым, с диким энтузиазмом ринулся на каменные кручи. Через минуту его примеру последовали остатки провинившихся, несколько смущённые отсутствием информации о цели поисков. Кучи камней сменили место, переместившись ближе к полю, а возле хлева выросла гора самого разнообразного мусора. Тётя Ядя не выдержала, фотоаппарат сам впрыгнул в руки. Тереза перестала ругаться – у неё иссякли силы, моя мамуся упрямо требовала определить цель поисков. Разгорячённым Михал бросил работу, съездил в музей, оформил себе служебную командировку в Волю и очень быстро вернулся. Марек очень тщательно обследовал внутренности колодца, после чего не выдержал и тоже принял участие в каторжном помешательстве.
Ближе к вечеру, разгребая гору отложенного в сторону мусора, он наткнулся на небольшую, плоскую, металлическую коробочку, старую, но достаточно хорошо сохранившуюся.
– По моему это, больше ничего не подходит, – сказал он задумавшись и обратился к Франеку. – У вас нигде нет маленького плоского ключика?
Франек вытер пот со лба и посмотрел на коробочку.
– Есть старый отцовский хлам, – ответил он неуверенно. – Я думаю, там может быть и ключик. Выбросить это я так и не собрался…
Он скрылся за коровником. Родственники оторвались от каторжной работы и уставились на коробочку. Михал ощупал её со всех сторон.
– Табакерка конца прошлого века, – рассудил он. – Иногда их запирали на ключ, но редко. Вы думаете?..
– Посмотрим. Могло случиться так, что война осложнила дело. В любой момент все могли погибнуть. Они могли передавать сообщение о сундуке устно, но в подобной ситуации могли что-то и оставить. Может, письменное сообщение… Отец Франека собирался сказать ему об этом перед смертью.