Колодцы предков
Шрифт:
Благородно поднятая ставка составила сто франков. Пророчества исполнились с максимальной точностью, сто франков немедленно отправились ко всем чертям, и Тереза сразу почувствовала себя лучше. Выигрыш подобных сумм был чем то противоестественным, а проигрыш был явлением нормальным и возвращал равновесие. Когда они потратили последние наличные, к ней полностью вернулось хорошее настроение.
– Ну, теперь все в порядке, – довольно сказала она. – Берём деньги, ставим и проигрываем. Хорошо, что нам заплатили чеком, наличные бы разошлись.
– У меня не хватает на такси, – радостно подтвердил Михал. – Придётся возвращаться на метро. У нас есть деньги для Кароля, и мы покроем все расходы! Какое прелестное место, как жаль, что выигрывают только в первый раз!..
Болек
– Капуста был у Кароля, – сообщил Болек вместо вступления, сразу же снабдив столик запасами пива, апельсинового сока и кофе. – Он прибыл в полночь, я решил вас не будить. Про вас он знает, а живёт вообще не у себя, а на малине, но где, неизвестно. На полицию он плевал, у него американское гражданство и какие-то левые документы, черт знает на чьё имя. Он заканчивает здесь дела и сматывается в Штаты, через три дня его здесь не будет. Надо его прижать, другого выхода нет.
Михал пламенно согласился. Тереза принялась отгонять мысль о прижигании пяток.
– А если нет, то что? – заинтересовался Болек. – Поедете за ним?
– Поедем! – не раздумывая решился Михал. – Даже в Аргентину, даже в Австралию! Теперь есть за что!
– Но только туристским классом, – предостерегла Тереза.
Болек деликатно поинтересовался необычной идеей Михала, которая так быстро принесла деньги. Михал не выдержал и выложил всю правду о скачках в Венсенском лесу. Союзник слушал с выражением лёгкого испуга.
– Вам очень повезло, – подвёл он итог. – Но больше туда не суйтесь, эта тётка правильно говорила – первый раз Канада, а второй – могила. Мне это знакомо. Но теперь все не так плохо, с Каролем договоримся, а Капусту прижмём. Я скажу вам, что мы сделаем. Он может приехать на машине, или прийти пешком, в зависимости от времени. Если ночью, то на машине, потому что движение меньше. С Каролем они договорились, он сюда приедет. Если припрётся на машине, я на минутку выскочу и проколю колесо. Пока он его заменит, вы будете здесь. А если придёт пешком, я пойду за ним и посмотрю, где он обосновался. Дальше все просто.
– Вот видите, и зачем было столько каркать, – радостно упрекнул Терезу Михал. – Все будет, как надо. А если у нас кое-что останется, мы ещё купим эту сахарницу Станислава Августа!
– Но я в прижимании участвовать не буду, – твёрдо сказала Тереза. – Не желаю этого видеть!
– Хорошо, постоите на шухере, – успокоил её Болек. – Мы сами справимся. Значит, сейчас я возвращаюсь туда…
Он показал в сторону улицы, очевидно имея ввиду дом пана Кароля, посмотрел в ту же строну и замолчал. Тереза и Михал тоже машинально посмотрели в окно. Тереза подавилась апельсиновым соком. Болек выплеснул пиво на соседний столик, вскочил с кресла, выгреб из кармана какие-то деньги, рассыпал их по полу и бросился к выходу. Тереза вскочила тоже, задыхаясь и кашляя она жестами просила Михала постучать её по спине. Михал понял в чем дело, перевернул кружку с пивом, перевернул чашку, разлил остатки кофе, в голове его пронеслось, что надо немедленно убегать, а то слишком долго придётся просить прощения. Он схватил Терезу за руку и тоже бросился к выходу, одновременно стуча Терезу по спине. Издали казалось, что он очень энергично её погоняет. Пострадавшие от пива, кофе и апельсинового сока задержать их не успели.
На улице Тереза восстановила дыхание. Метрах с десяти Болек подзывал их жестами. Они подбежали к нему.
– Не бегите так! – сердито прошептал он. –
– Меня он тоже знает, – тяжело дыша вмешалась Тереза.
– Ладно, кореш, ты к нему прицепишься, а мы что-нибудь придумаем. Мы за тобой присмотрим…
– Это он? – нервно прошептал Михал. – Вы уверены? Где он?
– Вошёл в этот магазин. Он пришёл пешком, потому что машины не видно. Наверное, сейчас выйдет…
В этот момент из фотомагазина действительно вышел Джон Капуста. Он шёл быстрым шагом и трое заговорщиков не успели ни спрятаться ни отвернуться. Первым человеком, на которого он наткнулся, была Тереза. Он явно вздрогнул, развернулся на месте и быстро пошёл.
Погоня имела достаточно шансов на успех. Даже если бы Капуста бежал, Болек и Михал без труда могли его догнать. Бегство на автомобиле тоже не принесло бы успеха, ввиду безнадёжно забитых улиц. Он мог оторваться только далеко от центра города. Кроме того, Тереза и Михал быстро договорились, что обратятся в полицию, обвинив Капусту в чем попало. Болек одобрил эту идею, уведомив сообщников, что если появляется легавый, он смывается, чтобы о нем не волновались. Полицейских на горизонте пока не было, а Джон Капуста бодро убегал. Запыхавшаяся Тереза немного приотстала, не успевая за охотниками и их жертвой, пробивающейся сквозь толпу.
Чувства, переполнявшие её, были троякими. На первый план выплывала необходимость догнать не преступника, а Михала. Она вдруг осознала, что не может отказаться от погони и остаться где попало, поскольку не помнит, где живёт. Все это время она пребывала в компании Михала и ненужный адрес вылетел из головы. Она не смогла бы попасть в дом услужливой дамы. Поэтому ей приходилось держаться товарища по несчастью, который бежал как марафонец и все чаще исчезал из поля зрения. Необходимость поймать и прижать Капусту, в данных обстоятельствах стала второстепенной, хотя и оставалась достойной внимания и усилий. В то же самое время её беспокоили эти проклятые пятки. Ей казалось, что этот противный, но необходимый ритуал, решит все вопросы. Последняя мысль на фоне более основательных опасений просматривалась смутно, но тем не менее, непонятным образом замедляла её шаг.
Болек и Михал шли плечом к плечу. Капуста мелькал впереди. Способ действий был обговорён предварительно, они не собирались ловить его на людной улице, где впечатлительная часть толпы могла отреагировать непредвиденным образом, они рассчитывали на то, что жертва приведёт их к своему месту жительства, забьётся в тихий закоулок или направится в менее населённые районы. Но Джон Капуста их надежд не оправдывал, он бежал по направлению к центру.
– Что-то придумал, сука – прошипел Болек набегу. – Я думаю, что он бежит к цирку… Сейчас такое время… Начнут выходить люди, и он потеряется в толпе…
– Приближаемся, – предложил разгорячённый Михал.
– Хорошо. Только без нервов…
Перед ними, в стороне площади Республики, уже мелькали неоновые огни. Где-то вверху зелёным цветом загорелась огромная тигриная морда, погасла и для разнообразия зажглась жёлтым. Джон Капуста бежал прямо туда.
Как раз в этот момент в переполненном цирке объявляли гвоздь программы – выступление шести уссурийских тигров. Весь персонал стоял по местам, помощники дрессировщика ожидали сигнала у клеток, портье, вышибалы и привратники встали вокруг арены и в проходах между секторами, внимательно наблюдая за публикой. С того времени, когда какой-то парень бросил в тигра дохлую да ещё и мокрую летучую мышь, вызвав тем самым большой переполох, на зрителей обращали больше внимания, чем на животных. Все находилось в состоянии боевой готовности, у главного выхода остались только портье и кассирша, продающая билеты на следующий день. Кассирша, за отсутствием клиентов, вязала крючком детскую кофточку из ангорской шерсти для внука мужского пола, которого она наконец дождалась после многочисленных внуков пола женского. Портье было нечего делать, известно, что под конец представления никто не входит. У него кончились сигареты, он оглянулся, посмотрел на кассиршу и отошёл на несколько шагов к ближайшему киоску.