Колодцы предков

Хмелевская Иоанна

– Как это?!!.. – страшным голосом заорал Михал и сорвался с места.

Болек усадил его обратно в кресло.

– А вот так. А что? Ты не знал? Он пел, что боялся проверки, но чемоданчик маленький, он и не сдержался…

– Вот значит как!.. Привёз!.. Нумизматическую коллекцию!.. – страдал Михал. – Надо забрать, это наше!.. Где это у него?!!..

– Где есть, там есть, успокойся, дойдём и до этого. Погоди же, я скоро закончу, ты и моргнуть не успеешь. Они долго болтали, а я все слышал, люблю быть в курсе. Он нервничал, Капуста этот, и плакался Каролю, что пришлось пойти на жертвы. Какая-то ошибка и несчастный случай. Он говорил, что когда отправился за этими цацками,

не знаю, где это было, но думаю, что на каких-то развалинах, там яма была или колодец, а может ещё что, ну и тогда, как он пришёл, наткнулся на конкурента. Он сказал, что этого хмыря знал – какой-то крестьянин, но парень нехилый, пару человек уже загасил. Ну, он и не стал лезть в задницу, а взял его с собой, потому что сам все равно бы не справился. Он сказал, что хотел его потом кокнуть и слинять со всем добром, но вышло по-другому. Этот хмырь, то бишь крестьянин, сидел в яме. Сдаётся мне, что Капуста хотел шлёпнуть хмыря, а хмырь – Капусту, ну и оба не зевали. Когда хмырь вылезал, Капуста поскользнулся, упал вперёд и толкнул хмыря. А хмырь свалился башкой вперёд в эту яму и спёкся. Капуста всрался и даже спустился проверить, живой он или нет, но он помер и пришлось смываться, хоть остальные цацки остались под покойником. Он говорил, что теперь все свалят на него, потому что всех, кого он брал в долю, крестьянин переправлял на тот свет. По-моему, этот Капуста последняя сука – брал ребят и не говорил, в чем дело, хоть и знал, что крестьянин только и ждёт. Западло. Один вроде выжил, но сдрыснул и даже поговорить не хотел, дурачок, уж я бы на его месте объяснил, что нехорошо людей подставлять. Я думаю, он не заливал, я сам все слышал и думаю, что все так и было. Кароль его хорошо прижал, он и раскололся. Теперь бизнес, похоже кончился, и он заляжет.

Болек остановился и снова занялся своей кружкой. Удивлённые Тереза и Михал слушали, на их лицах проступил румянец. Тайны колодцев из Воли выяснились окончательно, действительно, все сходилось, крестьянским хмырём несомненно был гробовщик…

Переполненная эмоциями Тереза в волнении выпила пиво, которого не выносила.

– Ну и что? – нетерпеливо спросила она. – Что дальше? То есть, куда он дел все, что они достали из колодца?

– А вы, уважаемая, из наследников, да? – заинтересовался Болек. – Очень жаль. Но куда он это дел, я не знаю.

– Как это? – занервничал Михал. – Он не сказал?

– Конечно нет, что он, идиот? Но Каролю это не понравилось, и он приказал мне немного походить за Капустой. Ну я и походил. Ничего подобного, он не врал, то есть Каролю не врал. Он действительно оставил где-то все цацки, и я в это верю. Чему удивляться – добыча большая, сзади остался покойник, он хотел побыстрее свалить, куда ему было с трефным товаром на границу соваться! Где-то спрятал, хрен знает где, но кажется у кого-то, потому что показывал Каролю какую-то бумажку. Кароль, заметьте, ему все ещё не верил, а Капуста божился и махал этим листочком. У него там или адрес был, или квитанция или ещё что… Он её в карман спрятал.

Минуту царило молчание. У Михала постепенно краснели уши. Тереза смотрела на Болека взглядом отчаявшейся Горгоны.

– И это я… – начала она со стоном. – Это я здесь… У этой шайки… Отбирать…

– Надо немедленно его найти! – с дикой энергией, срываясь с кресла, прервал Михал. – Пусть он расскажет! Забрать у него эту бумажку! Эти монеты!.. Половину!.. Выкупить!!!..

Болек потянул его за руку и Михал мгновенно уселся. Вызванный щелчком бармен поставил на стол ещё три кружки. Тереза как бы пришла в себя, с отвращением вздрогнула и попросила для себя апельсинового сока. Болек любезно реализовал её

желание.

– Это правильно, Капусту надо найти, – подтвердил он. – Я его для вас сам поищу, они мне оба не нравятся. Капуста, сука вонючая, ребят подставлял, а Кароль змей набивает. Я брезгливый и на эту гадость смотреть не могу, придётся от него уволиться… И все же! Вы же там были? Как это произошло? Шлёпнул он хмыря или нет?

Они наперегонки успокоили его любознательность. Болек с сомнением качал головой и медленно попивал пиво.

– Нехорошо получается, – озабоченно признался он. – Фактически произошёл несчастный случай, то есть полицию лучше не трогать. Вот сволочь, опять выкрутится, но ребят я ему не прощу. Сделаем так. Найдём, где он есть, заберём бумажку и немного прижмём. Если его хорошо попросить, то он сознаётся.

– Пятки ему припалить?.. – испуганно спросила Тереза.

– Зачем пятки? Достаточно нажать…

– Где его можно найти? – жадно спросил Михал.

– Пока, черт его знает. Пришли бы вы раньше, я бы вам его сдал, он же был у Кароля. А теперь не знаю, не поздно ли. Из-за этого шума, что вы подняли, он мог куда-то свалить. Хотя, с другой стороны, только у Кароля, потому что Кароль платит недорого, зато сразу наличными, за хвост дёргать не надо. Хотя, опять-таки, если Кароль дал ему знать, мог и смыться…

Тереза и Марек сильно забеспокоились. Болек вытянул на середину кафе свои громадные копыта в элегантных жёлтых носках и сморщив брови задумался. Он явно чувствовал себя принятым в дело.

– Я думаю, что он ещё в Париже, – добавил он через минуту. – Он должен был получить деньги у пары людей, это мне известно. А может Кароль разболтается, и мы ещё что узнаем…

– Дорогой! – внезапно расцвёл Михал. – Как нам тебя благодарить? Без тебя мы бы пропали, если бы не ты…

Болек убрал копыта с середины кафе и махая рукой повернулся в кресле:

– Да ну, кореш, не дури. Ничего не надо. Я вам помогаю для своего удовольствия, могу себе позволить. Сейчас я вернусь к Каролю и буду на вас работать, если что, я вам сообщу. Вот только… Деньги у вас есть?

Тереза и Михал посмотрели друг на друга, а потом на него таким взглядом, что слова не потребовались. Болек погрустнел:

– Хреново. Без бабок не выйдет, купить эти монетки мы бы смогли, но даром Кароль не отдаст. Может что придумаете?

– Можем, – громко ответил Михал. – Придумаем!

– Вы с ума сошли, – вырвалось у перепуганной Терезы.

– Тихо! Я знаю, что говорю! У меня есть идея…

– Если у тебя, кореш, есть идея, это хорошо. Дай мне свой телефон и ждите, пока я позвоню…

Таинственная идея Михала выявилась только тогда, когда они вернулись домой, под нажимом не столько слов, сколько взгляда Терезы. Он вошёл в её комнату и запер двери.

– Завтра четверг, – решительно произнёс он.

– Ну и что, что четверг?

– Ничего. Скачки. В Венсенском лесу. Иоанна говорила…

У Терезы потемнело в глазах:

– Не обращай внимания на то, что говорила моя племянница! – громко прошипела она. – Я в её выдумках участия не принимаю!

– Это не её выдумка, а наша! – твёрдо сказал Михал. – Может вы предпочитаете ограбить банк? Я поеду, а вы как хотите!…

Тереза пришла в ужас. Мысль о том, что она могла бы остаться дома или пойти в Лувр, а Михал мог бы ехать на скачки, ей в голову не пришла. Зато она подумала о своей чековой книжке, которая к счастью осталась в Гамильтоне. Кроме того она подумала, что надо было ехать во Флориду, это бы получилось дешевле, чем эта поездка в Польшу. Потом она ещё подумала, что ограбление банка было бы не таким рискованным, а потом и вовсе перестала думать…