Коломна
Шрифт:
Крылан… Так вот что за коршуна видели беглецы! Да-а, выходит, за ними наблюдали уже давно, по крайней мере, с тех пор, как Ратибор с Нагом появились в пределах ареала обитания шайки.
Странное существо, результат либо мутации, либо экспериментов, говорило тихим скрипучим голосом, несколько похожим на клекот какой-нибудь хищной птицы – орла или сокола. Как понял Рат, лодки оказались обычными, весельными, с дугами для тента из бычьих шкур – прикрыть от дождя товары. Такие использовали многие, слишком многие, чтобы можно было хоть что-нибудь утверждать наверняка. А вот крылан Кайсакра
Впрочем, руководство шайки отчего-то вполне доверяло своему летучему соглядатаю. Знали о нем что-то такое, что позволяло верить? Или просто держали на коротком поводке?
– Крыланы не могут быть сами по себе, – выпроводив человека-птицу, пояснила Раста специально для Ратибора. – Они, как и я, создавались, как боевые единицы для диверсий и разведки. Только собственных мозгов крыланам недостает, им нужен смотрящий – оператор, – и его мысли летуны будут воспринимать и выполнять, как свои. Для Кайсакры такой оператор – я! Крылан – мои глаза, а своим глазам я привыкла верить.
А вот Рат почему-то не верил. Интуиция привычного к каверзам врагов воина подсказывала ему обратное. Торговцы не могли явиться просто так, без охраны, да еще в октябре! Пока доберутся до Мертвой Зоны, пока расторгуются…
Несмотря на все опасения юноши, ночь прошла спокойно, без всяких происшествий, а наступившее утро радовало еще одним солнечным днем, раскрашенным красно-желтым пламенем увядающих листьев. Наискось, по светло-голубому небу, грустно крича, тянулись стаи перелетных птиц, над которыми, высоко-высоко, раскинув руки-крылья, парил крылан Кайсакра – глаза юной предводительницы шайки. Выкатившееся из-за леса солнце сверкало так ярко и радостно, как не всегда бывает и в самый погожий летний день.
– Идиллия, – наклонившись к недавно принесенному дежурным ведру с чистой ключевой водою, Орво с явным удовольствием сполоснул лицо.
Дампы – Люк, Морис и даже их суровый предводитель Мэл, – тот самый, что совсем недавно сражался с Ратом, орудуя двуручным шотландским мечом – клеймором – откровенно радовались. Уж, конечно, не солнышку, а возможности «поразмять косточки», напав на плывущих по реке маркитантов. Раста вовсе не собиралась упускать такую добычу, тем более в преддверии унылой зимы.
Выйдя на крыльцо, одетая в белый панцирь графиня, картинно оперлась на фламберг, взяв меч за рикассо – незаточенную часть клинка недалеко от гарды.
Девушка-киборг всегда выглядела невероятно красиво, но сейчас почему-то – особенно. Налетевший ветер трепал темные шелковистые волосы, сверкающие лучи осеннего солнца отражались в жемчужных, широко распахнутых, глазах и в светлых латах. Красный, забранный роскошной золотой фибулой, плащ графини свисал почти до земли. Он явно был сшит из старинного шелка, сохранившегося еще с довоенных времен, шелка с полустертым изображением серпа, молотка и звезды.
Сероглазой красавицей невольно залюбовались все, и Ратибор вовсе не стал исключением. Оно понятно, Ясна красива ничуть не меньше, но Раста… Раста тоже… многим может фору дать. Ишь, стоит,
Кибернетический организм, девочка-убийца кио, плод военных технологий злобных гениев Последней Войны, явно наслаждалась произведенным эффектом – и эта вполне человеческая черта ее неожиданно очень понравилась Рату… да и всем остальным.
– Жанна д'Арк! – восхищенно прошептал Орво.
Жанна д'Арк… Ратибор никак не мог вспомнить, где он уже слышал это слово… ведь слышал же – но, где и когда?
Так и не вспомнил. Да некогда стало – предводительница шайки все же была чело… существом весьма практичным, хоть и не без закидонов, и долго терпенье своих верных вассалов не испытывала, организовав нападенье весьма толково и быстро.
– Мэл, зайдешь со своими со стороны излучины. Пока идете, мы уже будем у старого моста. Чес с «калашниковым» – с вами. Сигнал к нападению – пулеметная очередь. Все ясно?
– Яшно, моя гошпожа!
Отсалютовав мечом, суровый, изъеденный язвами воин обернулся к своим, что-то шепеляво скомандовал. И вся его команда, включая вечно угрюмого, одетого в потертый камуфляж, Чеса, решительно потопала к лесу.
– А вы – за мной! – Легко спустившись с крыльца, графиня с улыбкой передала Ратибору свой тяжелый и смертельно опасный меч. – Побудешь пока моим оруженосцем!
Юноша вытянулся:
– Почту за честь!
Он-то хотел выкрикнуть это с насмешкой, да вот что-то не вышло, а по всему телу пробежала радостно-азартная дрожь, знакомая каждому воину зовущая дрожь неотвратимо приближающейся схватки.
– Орво – впереди, а вы четверо – тащите пулемет, – деловито распоряжалась девчонка. – Ты, Зигги, замыкающий.
Ратибор хотел было спросить по пути о пленнике-шаме – кто, мол, будет его охранять-то? Хотел, да почти сразу раздумал, уж больно глупым бы вышел вопрос. Ясно, что никто! Кому он нужен-то? Да и не осталось в здании никого, даже чернокожий повар – и тот в строю, в войске. Шайка-то весьма малочисленна, каждый солдат на счету.
Эх, еще бы флаг, развевающееся на ветру знамя с какой-нибудь загогулиной – и совсем бы сердце возрадовалось! Впрочем, Ратибор и так шагал радостный, охваченный воинским азартом, и его ничуть не смущало, что уже очень скоро шайка графини Вересковых пустошей набросится на мирных, ничего не подозревающих торговцев. Не смущало, потому что ни мирными, ни вообще торговцами Рат тех подозрительных людишек – да и людишек ли? – не считал вовсе. Нечего здесь было делать торговцам! А вот каким-нибудь гнусным прохиндеям – вполне. Что-то поискать, кого-то ограбить, захватить по дальним деревням смазливых пленниц – почему нет? Так что…
Что-то вдруг просвистело в воздухе, натужно и громко. Посвистело и оборвалось, ухнув неслыханной силы взрывом как раз в той стороне, куда только что отправился отряд дампов с автоматчиком Чесом. Ратибор сразу же бросился наземь, как учили. То же самое сделал и Орво, а вот вормы бестолково забегали по дороге, не зная, от кого прятаться, и только юная графиня привела их в чувство – кого рассерженным пинком, кого незлобивым словом:
– Зас-сранцы, так вас растак! А ну, залегли, живо!
– Э-э… тут лужи, госпожа!