Колючка
Шрифт:
Футболка задралась до талии, но Вика не воспринимала ее отсутствия на своих бедрах. Гораздо больше ее заботили обжигающие ладони на обнаженной коже.
– Федя, Феденька, Федька! – шептала Вика между поцелуями, а в ответ получала такой же хриплый голос, шепчущий ее имя.
Оказавшись в спальне, Федор на ощупь добрался до кровати. Потому что не видел ни черта кроме глаз девчонки, потому что не воспринимал реальность, если она не касалась Вики. Потому что отчаянно хотел ощутить ее всю, прижать к себе крепче, сильнее, но боялся поломать ей что-нибудь. Да, черт возьми, он боялся дышать на нее, настолько
Думал ли Федька, что все так быстро случиться, завертится? Нет, и не мечтал даже. Первые полгода он страдал молча. Вторую половину года он страдал в обществе Горыча. И даже по физиономии схлопотал, что стало решительным фактором в появлении крепких дружеских отношений с братом Виктории. А сейчас вот она, его колючая девчонка. В его руках. В его спальне. В его постели. И от осознания этого факта рвало крышу и замирало сердце.
– Это просто какой-то писец! – простонала Вика, замерев в руках Федора.
Парень не сразу понял, что случилось. Он добрался до самого желаемого, обожаемого тела и выпускать его не собирался. Лет пятьсот, как минимум. Но это самое тело, не разжимая ног и не убирая их с талии парня, потянулось к своему телефону, громко вопящему рок на крою кровати.
– Я очень надеюсь, что он звонит по важной причине. – выдохнула Вика.
Девушка дотянулась до телефона, ответила на вызов, держа аппарат возле уха. А свободной рукой водила по лицу Федора, поглаживая нос, щеку, лоб. Федька едва сдержался, чтобы не заурчать. Губами прижался к ладошке, облизал кончики пальцев, вызвав стон наслаждения из груди Вики.
– Ты там чего мычишь, сеструха?! – кричал в трубку Филька. – Не время помирать! Все, пляши! Мы тебе крестника родили! Разрешаю выбрать, старшего или младшего! Быстрее только думай, а то Зараза уже на подлете.
– Как Ави? – резко спросила Вика, но ответ уже знала. Не радовался бы так брат, если бы Авроре угрожала хоть малейшая опасность.
– Отлично все. – заверил Филька. – Давай, лети сюда.
– Филь, я чуть подзадержусь. – предупредила Вика. – У меня Сивка приболела.
– Ааа! Ничего не знаю! – натурально вопил Гор на радостях. – Десять минут на все про все!
Виктория вздохнула и посмотрела в синие глаза. Федя лежал, опираясь на локти и нависая сверху. Он улыбался, просто глядя в ее карие глаза. Казалось бы, он понимает, как много значит для нее брат и как сильно ей хочется оказаться рядом с семьей, разделить радость рождения деток.
– Виик! – уже полушепотом и надрывно, как умеет только Гор. – Ты бы их видела. Они такие… такие … Крохи совсем… Приезжай, Вик!
– Сейчас буду, Филька. – пообещала Вика. – Уже мчусь.
Гор отключился. Вика радостно рассмеялась.
– Ты прикинь, да? – говорила девушка. – Два пацана! А я крестная! Жуть, да? А я знаешь как рада! Вот просто очень – очень!
Вика с силой стиснула парня руками за шею, в порыве эйфории прижала его к себе.
– Федька! Ты просто не представляешь! – тараторила Вика.
– В – в – время и-и-дет! – подсказал Федя, прикрыв глаза на мгновение и наслаждаясь этим ее порывом.
– Да, точно, ты прав! – кивнула Вика. Покидать квартиру парня не хотелось, но и увидеть племянников хотелось до безумия. – Федька, ты только не обижайся! Мне, правда, нужно. Но
Федор Викторию отпустил. Улегся на бок на кровати и, подперев рукой голову, наблюдал за девушкой. Совершенно не стесняясь, она стянула через голову его футболку. Одела свою блузку, брюки. Федор готов был сорваться с постели, видя темно – бордовые трусики, простые, обычные, но такие исключительно притягательные.
А дальше взгляд спустился к ее ногам. Он точно знал, что на правой в районе коленной чашечки есть небольшая родинка продолговатой неровной формы, а на левой пятке пятнышко чуть побольше, идеально ровное, как и сами ножки. Парень наперечет знал каждую родинку Вики. И уже точно не забудет никогда. Среди ночи Федор проснулся, словно его кто – то в грудь толкнул. Алкогольный туман развеялся и вся авария предстала в прежнем свете. Покореженный металл, битое стекло, и снежная противная каша. Федя осторожно сел в постели, чтобы не потревожить спящую девушку. И долго смотрел в ее лицо, поглаживая колючие на вид и мягкие на ощупь волосы. И Федька вспомнил выражение ее лица, не безмятежное как сейчас, а полное ужаса и страха, как вчера. Парень чуть сдвинул одеяло и осторожно стянул брючки с девушки, а следом и носки, а затем с маниакальной медлительностью, сантиметр за сантиметром изучил ее ноги. И только убедившись, что нет ни царапины, даже синяков и кровоподтеков, вернул одежду на место, и вновь улегся. Но уже под одеяло и вновь прижал девушку к себе. Все хорошо. Теперь все хорошо.
– Черт, носков нет. – пробормотала Вика, вырывая Федора из ночных воспоминаний. – Федь, а, Федь, ты случайно не носишь тридцать шестой размер?
Федор громко рассмеялся. Невозможная она просто. Он за всю жизнь столько не смеялся, как за последние сутки.
Парень встал, подошел к шкафу, поковырялся в нем, извлек новую пару носков и протянул Вике.
– О, почти гольфики, – смеялась Вика, натягивая огромные мужские носки на свои стройные ножки, и поднимая ступню вверх, демонстрируя ее Федору. – Под ботинками и не заметно будет. Ладно, все, я отчалила.
– Стоять! – скомандовал Федя, вздыхая и быстренько одеваясь.
Виктория послушно застыла, глядя на кудрявый затылок парня. Он стоял спиной к ней и застегивал темно – синюю рубашку с длинным рукавом. Заправлял ее в джинсы. Вика не удержалась, подошла ближе, ткнулась носом между лопаток парня, будто слепой котенок. На миг Федор застыл, а потом быстрее заправил рубаху, застегнул ремень, и повернулся.
– У – у – ужин? – проговорил Федор.
– Обед, Федь. – поправила Вика. – Мне все же нужно появиться на работе. Народ сегодня будет гулять, обмывать рождение пацанов.
Федя кивнул, перехватил руку Виктории, сжал в своей, поднес к губам, поцеловал крошечные по его меркам пальцы, помог надеть куртку и повел Вику из квартиры.
В подземном гараже приветливо моргнула фарами черная Эскалада. Федя открыл переднюю дверцу и усадил Вику на сиденье. Сам пристегнул, склонившись над девушкой. А Вика прижалась носом к рыжему виску.
– Знаешь, думала удивить родню. – призналась лукаво Вика. – И начать встречаться с обычным рядовым механиком. Но судя по машине, ни фига в тебе обычного нет.