Комацу
Шрифт:
– Слева находятся лекарства, ускоряющие регенерацию и заживляющие раны, а справа - стимуляторы. Они смогут немного повысить тонус организма, придать сил и насытить Клетки гурмана, так как сделаны из природных компонентов без добавления какой-либо химии. Все это вытяжки из растений, их соки. Конечно, ими не наешься, но… они помогут хоть немного восполнить резерв.
Тяжелая рука опустилась на голову запинающейся, смущенной девушки. Торико улыбнулся.
– Спасибо, Комацу.
Зебра промолчал.
Девушка кивнула.
Путь продолжился.
В
Песок под ее ногами зашевелился, образовалась воронка, которая утянула девушку внутрь. Комацу даже не успела вскрикнуть от неожиданности.
Песок со страшной скоростью скользил вниз, это напомнило девушке трубы в гурманском аквапарке. Ее несло песочным потоком по подземному лабиринту, швыряло из стороны в сторону, иногда даже переворачивало вверх ногами. В такие моменты лучше расслабиться и плыть по течению. Комацу вытянула руки вдоль тела и постаралась стать как можно ближе к песочному потоку, чтобы монстры, выглядывающие из стен подземных катакомб, не добрались до нее.
– Мелкая, если ты думаешь, что избавилась от нашего уговора, и не мечтай!
– раздался вокруг знакомый голос.
– Даже смерть не помешает тебе стать моим поваром.
– Зебра-сан!
– радостно воскликнула Комацу и тут же закашлялась: песок попал ей в рот.
– Я нашел мелкую.
Торико вытер трудовой пот, глядя на поверженных монстров. Пока Зебра создавал звуковую карту и прощупывал окружающую местность звуковыми волнами, он разбирался с охранниками Лабиринта смерти, неожиданно выросшего перед ними из песка. Причудливые изгибы растений и скал, переплетение острых линий поражало воображение. Лабиринт подрагивал вместе с воздухом, как будто и сам был миражом. А может, так оно и являлось на самом деле?
Когда Зебра использовал карту, остальные способности делались недоступными, поэтому Торико отвлекал на себя внимание зверей и уничтожал их.
И беспокоился за Комацу. Своей выносливостью и силой воли она уже не раз удивляла его, но все же Комацу - девушка и ни разу не охотник с их физическими данными.
– Она в песке, ее уносит все дальше, - Зебра говорил тихо, видимо, использовал свои способности в полную мощность. Он подошел, отрезал кусок мяса от поверженного чудовища и зажевал.
Снадобья Комацу оба негласно решили оставить на потом, когда вокруг может не оказаться еды.
– Она еще жива?
– Да… пока что…. Но скоро может выйти из зоны действия моей карты.
– Идем за ней, Зебра!
– Торико решительно сжал кулаки.
– Комацу, конечно, всегда готова к смерти и не боится ее, но она мой друг. Я не могу оставить ее в беде.
– Тогда пойдем по поверхности. Будь настороже, мы заходим в Лабиринт.
Температура
Зебре, кажется, даже это было не нужно. Он не приспосабливался к окружающему миру, это он прогибался под охотника.
Торико шагал за товарищем след в след. Пусть и казалось, что они идут по широкой дороге, на самом деле это было не так. Весь Лабиринт вокруг - не более, чем иллюзия, заманивающая в песчаные ловушки. И без способностей Зебры здесь запросто можно было пропасть.
– Комацу, наверное, невероятно трудно приспособиться к этой жаре, - Торико слегка улыбнулся.
– Ты говорил, что она понимает ингредиенты? И они отвечают ей?
– неожиданно спросил Зебра, поднявшись на песчаный гребень.
– А я говорю, что у нее еще невероятная пищевая удача. Кажется, она с самого начала направлялась в это место. И мы попали сюда, просто шагая следом за ней.
Торико подбежал к товарищу и задохнулся от восторга. Перед ним во всей красе стояла Пирамида гурманов.
Действительно, огромная пищевая удача у Комацу. Из всей пустыни, из множества направлений, ее вынесло сюда, к хранилищу ингредиентов. Деликатесы очень ее любят, настолько, что не могут допустить ее смерти.
Песок упал на нос. Комацу поморщилась, чихнула, затем еще раз. И очнулась.
Она лежала на горке песка в незнакомом подземном помещении. Судя по трещинам, весьма старом, давно уже не использовавшемся.
Она помнила, как ее затянуло в песок, как Зебра обнаружил ее местоположение. А затем песчаный поток швырнул ее на крепкий камень, и она потеряла сознание.
Так, главное, не паниковать. Ее могут съесть дикие животные, она может попасть в ловушки, которых, здесь, наверняка немерено. Ее могут никогда не найти. Успеет еще наплакаться. Сейчас надо подумать, что делать дальше.
Исходя из опыта с пирамидами ее прошлого мира, которые считали мировой достопримечательностью, ловушки здесь просто обязаны быть. А учитывая природу данного мира, они наверняка живые.
Из-за угла выскочил огромный красный лев с блестящим, гладким телом и сверкающими в темноте глазами.
Комацу прижалась к себе, отстранено перебирая состав своей “дамской” сумочки. Вопрос о ловушках снят с обсуждения, как уже неактуальный. Теперь надо было как-то спасаться. Но на ум приходило только слезоточивое соединение. И будут ее есть и плакать, плакать, плакать….
Комацу уже сунула руку в сумку, как вдруг зверь, до этого яростно хлеставший себя хвостом по бокам, заскулил, развернулся и убежал.