Комацу
Шрифт:
Веселая, открытая, смеющаяся. Не красавица, как многочисленные любовницы Стаада, но в этом и было ее преимущество.
Она выросла, изменилась. Стала сильнее. Ее уровень повысился. Это было последнее, о чем думал браконьер, смотря на веселящуюся девушку.
Шеф-повар Комацу оказалась… другой. Она испугалась его, почувствовала что-то неладное. И все равно улыбнулась.
Стаад… почти ощутил вину. когда заметил потемневший шрам на ее животе.
От своего удара.
Они почти подошли к дому, когда Стаад засек подозрительный звук. На рефлексах выдернул девчонку
– Что это было?
– глаза большие-большие, непонимающие, испуганные. А сердце бьется, трепещет, как маленькая птичка.
– Не знаю, - Стаад посмотрел туда, откуда приблизительно был нанесен удар. Там никого не было.
– Может, насекомое?
– Наверное, - Комацу вновь повеселела.
– Пойдемте пить чай.
Про себя браконьер пообещал, что разберется. Никто не имеет права убивать ее прежде, чем он разберется, что же в ней такого особенного нашли сразу три Небесных Царя.
– Комацу!
– в дом забежал Торико.
– О, у тебя гости?
Девушка улыбнулась.
– Да, познакомьтесь, Торико-сан. Это Джун, ему понравился мой сад.
Джун сразу попросил перейти на “ты”. Мужчина оказался интересным собеседником, рассказывающим увлекательно, красочно, настолько, что перехватывало дух. Он много путешествовал, видел страны, города, встречал такие ингредиенты, о которых Комацу еще даже не слышала.
Девушка не заметила, как за неторопливой, интересной беседой пролетело время.
– Приятно познакомиться, Джун, - Торико обезоруживающе улыбнулся. Так, как умел только он. Протянул руку.
– Мне тоже, - Джун поднялся, пожал ладонь.
– Очень.
На последнем слове Торико побледнел, а Комацу ощутила, как ее охватывает ужас. Какие-то неприятные воспоминания всколыхнули душу. Она уже слышала подобный голос, вернее, эту интонацию. Когда они добывали янтарное мясо.
– Стааджун!
– взревел Торико, отскакивая.
– Чертов браконьер!
Комацу переводила взгляд с одного мужчины на другого. Джун - браконьер? Ничего себе поворот.
Мужчина взглянул на нее с непроницаемым лицом, затем вновь перевел взгляд на Торико.
– Я пришел сюда не затем, чтобы драться. Лучше скажу тебе одно: береги своего повара. Ты запросто можешь его потерять.
С этими словами браконьер развернулся и ушел. Торико последовал за ним, чтобы проследить и проводить наверняка.
А Комацу осталась сидеть. Слишком много всего навалилось. Если Джукн плохой, их враг, то почему спас сегодня днем? Девушка не была идиоткой и понимала, что сегодня в нее чудом не врезалось далеко не насекомое. И этим чудом являлся браконьер.
Из кустов вылез волк и осторожно ткнулся в ладонь девушки, вывалив ей на ладонь найденное “насекомое”.
Патрон от снайперской винтовки дальнего действия.
Таких не было в этом мире.
Девушка вздохнула, потерла лоб и спрятала патрон.
Кажется, ее проблемы только начинаются.
Одинокое дерево возвышалось на берегу моря, корнями уходя в песок.
Комацу выглянула в окно, поежилась от того, насколько далеко находилась сверкающая поверхность воды.
– Все в порядке, Масик?
– поинтересовался Сани, сидящий напротив.
Девушка кивнула, бледно улыбнулась.
– Иногда мне кажется, что Торико-сан, прекрасно зная о моей боязни высоты, специально выбирает такие места для встреч.
Охотник хохотнул.
– Вполне возможно, Масик, что он планирует излечить тебя от этой глупой фобии. И правильно делает, она совершенно не прелестна. Чтобы отвлечься, лучше обрати внимание на окружающую нас гармонию.
Девушка откинулась на спинку стула. Деревянный домик, с соломенной крышей напоминал тропические бунгало. Негромкая музыка, чудесная еда и мерцающее море, расстилающееся насколько хватает глаза.
Напротив сидел Сани с безрукавке, с забранными наверх волосами и заколотыми чем-то напоминающим кинжал.
Покой и умиротворение.
– Здесь красиво, - выдохнула повар. И подразумевала не только внешнюю обстановку.
Сани ее понял, оживленно кивнул.
– Попробуй вот… теляскумбрия поверх китовой креветки. Прелестное сочетание.
– Гармония вкусов, - улыбнулась Комацу, откусив кусочек. Упругая нежность растеклась по ее языку, рецепторы вспыхнули от удовольствия.
– Не только вкусов, Масик, - улыбнулся Сани.
– Бонкочи, сделай погромче.
Мужчина, сидящий на подоконнике, с татуировкой нот на лице кивнул и усилил звук, льющийся из его приемника.
– Настало время сменить пластинку, - за его спиной находился короб с огромным количеством пластинок с музыкой.
– После самбы - босса нова, как вокал - женский голос, - он почти пел.
– Что скажешь, Сани?
– Отлично! Ты лучший, Бон-Бон!
– Сани просиял, показал большой палец. И повернулся к Комацу.
– Это независимый гурман-планировщик. У каждого ингредиента существует фоновая мелодия, которая идеально ему подходит. Бонкочи подбирает под блюда и ингредиенты соответствующую мелодию. Дуэт музыки и пищи. Он лучший в своем деле, его расписание забито на несколько недель вперед. Ты понимаешь меня, Масик? Гармония - это не только вкус. Ты тоже поначалу мало внимания уделила пище, обратив его на сам ресторан и вид за окном. Столовые приборы, посуда, влажность, температура и музыка. Только когда все компоненты сочетаются, это можно назвать идеальным блюдом.
– Я поняла, но обычные люди не тратят деньги на музыку, когда едят, - развела руками Комацу.
– Если ты повар, ты должна обращать на это внимания, - усмехнулся Сани.
– Если я это предложу, менеджер меня загрызет, - тоскливо ответила Комацу.
– Кстати, Сани-сан, уже много времени прошло, но я вас не видела, поэтому хочу поблагодарить сейчас. За то, что сказали мне, когда Торико-сан отправился в Мир гурманов.
– Слышал, ты еще и повар Зебры теперь, - прищурился Сани.
– М, да, - девушка смущенно засмеялась.
– Это было условием его помощи нам в Пирамиде.