Комацу
Шрифт:
Существовало несколько видов исследования клеток. Большинство их них базировалось на наличии специального оборудования, которое Комацу попросту негде было взять. Поэтому она выбрала наиболее простой способ - клеточную культуру. Клетки помещали в наиболее благоприятную среду, поддерживали определенные условия и наблюдали за их автономным ростом.
Правда, этот метод предполагал, что образец будет живым, чтобы клетки могли делиться. Комацу ни на что особо не надеялась, когда рассматривала срезанный тонкий слой под микроскопом
Ее поразило, что клетки убитого существа не начали разлагаться даже под палящим солнцем пустыни, а сохранили свою структуру, целостность и плотность. Да, они уже не росли, но активно реагировали на внешние раздражители.
Пока девушка подбирала им благоприятную среду, выяснила, что существо устойчиво к резким перепадам температур, жаре, морозу, недостатку кислорода. Выяснила, почему существо смогло так быстро научиться удару Торико. Его клетки обладали потрясающей памятью, они создавали условный рефлекс уже после первого знакомства с раздражителем. Могли становиться плотнее, крепче, напоминая доспехи, но при этом оставались весьма гибкими.
Раны, оставленные когтями существа, болели и ныли, плечо в первое время плохо слушалось. Но никаких специфических отклонений Комацу не заметила. Значит, он не может выпускать яд или паразитов. Уже облегчение.
А еще… при недостатке влаги, клетки замирали, все процессы в них прекращались. Но хватало даже капельки воды, чтобы вновь пробудить их. Комацу потрясенно опустилась на стул. Водохранилище в Пирамиде пробито, кто знает, скольких еще существ вода вернула к жизни.
Сделанного не воротишь, к тому же тогда она не знала ни о чем. Им повезло убить хотя бы этот образец.
Но почему у браконьеров такая специфическая форма роботов? Они тоже убили кого-то из этих существ или… сотрудничают с ними?
Вопросы оставались без ответа, а исследования, что были доступны при скудном, домашнем оборудовании, не могли дать больше информации.
Поэтому Комацу просто вернулась к повседневной жизни.
Ей предстояло подготовить обещанный банкет.
– Шеф-повар Комацу! Шеф-повар Комацу!
– менеджер влетел в кухню. Он находился на грани истерики.
– Тревога-а!
Повара, как и присутствующие официанты, тут же повернулись к нему.
Комацу отложила ложку, которое помешивала соус.
– Что случилось, менеджер?
– Слухи подтвердились, - тихий голос, сам мужчина - бледный, как смерть.
– Небесный Царь Зебра здесь! Нужно немедленно эвакуировать посетителей!
– А-а-а, мы все умрем!
– заметались по кухне повара.
Комацу вздохнула, встала на цыпочки и порылась на небольшой полочке, где между баночками со специями у нее скрывался свисток. Всякий раз, когда приходил кто-то из Царей поднимались либо паника, либо безумный ажиотаж. Приходилось как-то приводить в чувство подчиненных.
Резкий свист привлек внимание. Повара
– Кто вы?
– Повара, - нестройный, обреченный шелест.
– Что вы должны делать?
– Готовить в любой ситуации, - уже более ровно и единогласно.
– И не паниковать.
– Вот и умнички. Занимайтесь, у нас еще остались голодные посетители, - кивнула Комацу.
– К тому же, Зебру-сана больше интересует содержимое наших кладовых, чем вы. Он не убийца.
Скептические взгляд в ответ, на который Комацу просто повела плечами.
Она направилась к выходу, вытирая руки полотенчиком. У самой двери повернулась, хитро посмотрела на подчиненных.
– Ах, да, у него еще отменный слух! Ваши крики он услышал еще на первом этаже!
И оставила побледневших подчиненных обдумывать собственное поведение.
– Нет, ну как дети маленькие, - поделилась она с унылым менеджером, идущим рядом.
– Мне стыдно за них.
– Шеф-повар Комацу, но это же… это же… Небесный Царь Зебра!
– шепотом произнес трясущийся мужчина.
Девушка повернулась к нему и произнесла так убедительно, как только могла:
– Менеджер, поверьте мне, Зебра-сан хороший человек.
И вышла в зал ресторана, где стояли Торико и Зебра. Последний не изменил себе, пришел в кожаной куртке и джинсах. Зато Торико сверкал белоснежный смокингом и прической.
– Добро пожаловать в ресторан “Гурман”, Торико-сан, Зебра-сан, - девушка улыбнулась и поклонилась.
– Прошу вас, проходите. Спасибо за терпение! Как я и обещала, в честь добычи игристой колы я выложилась по полной и приготовила для вас ужин. Надеюсь, вам понравится.
Зебра подошел вплотную, наклонился.
– Не дерзи мне, мелкая!
Комацу удивленно взглянула на него. Охотник отвернулся, пошел на террасу ресторана, где традиционно обедал Торико, когда заглядывал к Комацу.
– Пришлось выдержать бои похлеще, чем в пустыне?
– напарник встал рядом с Комацу, хитро подмигнул.
– Твой командный свист был слышен даже отсюда.
– Да, - она смущенно засмеялась.
Из зала донеслись испуганные крики “Нас всех убьют!”.
– Он такой нетерпеливый, - рассмеялся Торико.
– Кстати, я захватил немного игристой колы.
Девушка подняла глаза на товарища.
– Торико-сан, разве я сказала что-то дерзкое?
– Что? А, нет, напротив! Он так говорит, чтобы скрыть свое смущение. С тех пор, как он попробовал твою стряпню в Медовой тюрьме, он стал твоим большим поклонником.
– Правда?!
– Комацу просияла.
Пара секунд потребовалось Зебре, чтобы вернуться и попытаться ударить Торико.
– Захлопни хлеборезку, Торико! Не трепи лишнего, задери тебя эролось!
– Что тебе не понравилось, Зебра?
– возмутился Торико, блокируя удары.
– Я всего лишь сказал ей правду!