Команда ТелеVIP

Мансуров Дмитрий Васимович

— Даю добро на проведение предварительных съемок, — разрешил председатель. — Кто «за», поднимите руки.

Большинство голосов высказалось за изучение происходящего, но пожелало провести под грифом «сверхсекретно».

Так и поступили.

Григорий восхищенно покачал головой — не ожидал положительного решения. Думал — обсуждение закончится тем, что его обвинят во всех смертных грехах, и при этом не пожелают выслушать контрдоводы. А оказалось, директорат не зря занимает рабочие места: любопытство в руководстве живо до сих пор, и даже страх перед неведомым не способен его уничтожить.

* * *

Две

голокамеры снимали окрестности с высоты птичьего полета. Одна камера была той, которой Григорий и снял шествие мертвецов, а вторая служила для получения ответов на вопрос: по какой причине мертвецы становятся видимыми — из-за особенностей камеры или дефекта объектива? До начала основных съемок требовалось точно узнать, что именно протянуло мостик между миром живых и миром мертвых, иначе вся затея коту под хвост: попусту израсходуется куча времени.

Совершив облет местности, вертолет вернулся на базу и первым делом едва не придавила машину продюсера, который норовил подъехать поближе к вертолету: ему не терпелось отвезти отснятое на просмотр.

Материала вышло часа на три, и пока отснятое копировали на монтаж-диски, директорат стойко терпел неудобства, развлекаясь просмотром прочих черновых материалов. Никто не расходился по домам в ожидании развязки.

И через сорок минут, когда киномеханик вставил монтаж-диск в голопроектор, начался самый пристальный и внимательный осмотр отснятого материла за всю историю существования компании.

Как ни странно, но практически ведь директорат решил запечатлеть кое-какую информацию «для личного пользования»: если оригинал-диски уничтожат, испугавшись вторжения в запрещенную для человека область бытия, то кое-что сохранится для потомков или подпольной выгодной перепродажи коллекционерам мистических вещей.

Сидевший в первом ряду продюсер услышал шум за спиной, повернул голову и ахнул, увидев в руках директората видеокамеры, фотоаппараты и сотовые телефоны.

Показ немедленно прекратили. Охрана обыскала каждого зрителя в поисках записывающих приборов, не взирая на их должности и регалии, и показ материала начался после того, как продюсер оказался в полной уверенности: ни один кадр не выйдет за стены просмотрового зала.

Ничего мистического на экране долго не наблюдалось, но никогда еще полтора часа панорамных съемок не привлекали к себе столь пристального внимания. Кое-что из отснятого группа решила вставить в фильм об Урале — съемки каравана не должны мешать основной работе, но ожидаемого все еще никто не увидел.

Время шло к трем часам ночи, но продюсер, председатель совета директоров, Григорий и еще несколько человек забыли о сне напрочь, как в старые добрые времена, когда на любимое дело тратились сутки напролет. Большая часть присутствующих радовалась тому, что на отснятом материале присутствует исключительно «поэтусторонние» существа, и продюсер постепенно приходил к горькому выводу о том, что фильму его мечты не суждено появиться на свет.

В середине фильма появилась небольшая группа обычных туристов: человек десять, не больше, уверенно шли на северо-восток, хотя тропинка петляла, а под конец и вовсе свернула на юг. Промелькнув вдали, они пропали из виду, и больше в кадре не появлялись.

Шли томительные минуты

ожидания, но искомый караван появился лишь в финальных кадрах: крохотные силуэты у самой линии горизонта.

Уставшие от долгого ожидания зрители при виде знакомого каравана зааплодировали, кое-кто недовольно скуксился, и директорат постановил: съемкам быть, прости, Господи! Многим становилось жутко при мысли о том, что вокруг живых людей снуют призраки — до сих пор неясно, чем они занимаются, и почему стали призраками, но шествие мертвецов заинтриговало всех.

После определения точного направления и скорости передвижения каравана осталось одно — выяснить, где именно он будет находиться во время следующих съемок.

Огромный плюс съемок состоял в идеальном качестве материала и в том, что мир мертвых впервые запечатлел не скромный любитель, а, образно выражаясь, нескромный профессионал — никто не сумел бы обвинить группу в мошенничестве.

Григорий и его помощник Виктор приготовилась вылететь к месту передвижения каравана по первому требованию продюсера. В ожидании координат Григорий вздремнул прямо на креслах просмотрового зала — не привыкать, по работе и не в таких местах приходилось высыпаться. Заснул он быстро, и сон пролетел незаметно: вроде только прилег, как почувствовал, что его толкают в плечо. Кое-как приоткрыв глаз, Григорий увидел перед собой продюсера и первого оператора.

Команда в сборе.

— Координаты здесь, — лаконично сказал продюсер, показывая клок бумаги, и сон как рукой сняло. Григорий напоследок сладко зевнул, вызвав у продюсера острый приступ черной зависти, и вскочил. — В кабинете обсудим план действий.

Но в коридоре их ждал сюрприз: накачанные парни из отдела «Докумкино» перегородили путь.

— Валентин Григорьевич! Григорий Петрович! Подождите минуту, поговорить нужно, — попросили они. Смешные ребята — загородили проход, и еще просят остановиться. Тут волей-неволей остановишься и хорошо, если не побежишь в обратном направлении под защиту охранников.

— У нас мало времени, — продюсер все же попытался пробиться, протискиваясь у самой стены, но группа шустро перекрыла прорехи в живом заборе и наперебой загомонила, обращаясь уже к Григорию:

— Григорий Петрович, призраки снимаются исключительно вашей голокамерой!

— Я знаю, — ответил удивленный Григорий. — Вы хорошо осведомлены, но я не понимаю, что из этого следует?

— У нас есть предложение, которое устроит всех.

— Неужели? — скептически заметил продюсер. — Всё не может устроить всех. Ибо, как утверждает народная мудрость: «всех много, а всего мало».

— Вы сначала выслушайте…

— Ну, рассказывайте, что еще за идея, — сдался продюсер. Докумеки обрадовались и загомонили:

— Мы предлагаем разобрать вашу камеру и выяснить, по какой причине она стала снимать мир мертвых. А потом внесем в другие камеры изменения по ее образу и подобию, и тогда…

— Ничего себе, замашки, — ахнул продюсер. — Вы в своем уме, парни?

— Делать мне больше нечего, как отдавать камеру на растерзание во время съемок, — возмутился Григорий следом за продюсером. — Образ и подобие камеры вы с легкостью обнаружите в ее же чертежах — любой конструктор подтвердит мои слова. Берите чертежи и ищите особенности ее строения, я вам и слова не скажу.