Команда
Шрифт:
— Ну-ну, — начал один, тот, что повыше ростом, — любовная размолвка?
Фитчет выпрямился им навстречу, а Портер отодвинулся от «лексуса», к которому он только что был прижат, вставая рядом с Фитчетом.
— Кого мы видим? Терри, ты помнишь эту парочку? Это же из той самой фирмы, которую мы отоварили в Лондоне на позапрошлой неделе. Как же она там называлась, подзабыл… «Ориэнт»? Или «Брентфорд»? Портер, а ты умеешь ухаживать за девочками?
Он пожал плечами, жест, приглашающий залетных поведать самим, кто они такие. Каким
— Слушай, а может, это «рейнджеры»? — продолжал недоумевать Фитчет. — Ах, нет, нет, ну конечно, вспомнил! — И он щелкнул пальцами, расплываясь в улыбке: — «Челси»! Конечно же, «Челси». Ну и как ваш топ-бой? Поправляется? Глазки не болят?
Тот, что покрупнее, двинулся вперед:
— Ты не ошибся. Мы самые. А ты тот языкастый брамми из «Глобуса»? Да еще в этот раз с ручной обезьяной.
Портер видел перед собой затылок Фитчета. Трудно было словами передать перемены, происходившие в нем. Лишь несколько секунд назад они думали о том, как выжить, — но теперь перед ним был вновь тот Фитчет — заводила, лидер, боец. Таким, каким он помнил его в сотне переделок, в которые они попадали. Это был не осведомитель Джарвиса. Это был опасный, очень опасный человек, от которого можно было ждать чего угодно. Голос его был обманчиво тих и невозмутим. Он смерил глазами стоявших перед ним людей и, неторопливо покачивая головой, продолжал:
— Не знаю, Терри, придется, наверное, поговорить об этом с Эвансом. Он заверял меня, что в эту поездку отправятся только лидеры. Тогда откуда взялись эти двое? Иначе бы они не сбежали от нас.
Он чуть повернул голову, будто оглядываясь, не спуская глаз с неожиданных визитеров. Он был готов ко всему.
— Если бы Билли предупредил заранее, что мы будем торчать здесь с этими молокососами, я бы и не почесался ехать сюда.
Два стоявших напротив парня расхохотались.
— Да, — вымолвил один, — за что мне нравятся северные — так это за их чувство юмора. Все остальное можно спокойно сливать.
Фитчет огрызнулся в ответ:
— Поэтому мы и любим потрепать кокни. Это самое веселое занятие на свете.
Теперь заржали все трое, и лондонец ростом повыше поднял на него указательный палец:
— Присматривай за спиной, сынок. Мы твои должники, так что скоро рассчитаемся, дай срок. А ты, — ткнул он этим же пальцем в стоявшего за Фитчетом Портера, — вообще зря появился здесь. Но мы скоро твою ошибку исправим.
Фитчет двинулся вперед:
— Так чего оттягивать? Я всегда готов пойти навстречу…
Но двое уже развернулись, без слов уходя в ночь. Несколько секунд Фитчет смотрел им вслед и наконец повернулся к Портеру:
— Теперь понял?
Портер снова вцепился в него:
— Слушай, еще не поздно, надо сматываться. .. это займет всего пару минут и…
Фитчет посмотрел на него с брезгливой гримасой:
— Слушай, ты, меня от тебя блевать тянет. Думаешь, теперь я уйду отсюда? Чтобы потом эти
Портер сердито оттолкнул его:
— Ну и хрен с тобой. Пропадай как знаешь. Он сунулся на заднее сиденье за своей сумкой, но лишь только нагнулся, как ощутил пинок ботинком в больное колено. От боли Портер не сдержал крика. Издав громкий стон, он упал лицом вперед.
— Сукин ты сын! — завопил он, хватаясь за руль и подтягивая себя вперед. — Ты что делаешь?
Фитчет стоял над ним с пылавшим от гнева лицом.
— Я же сказал, ты никуда отсюда не уйдешь. Оглянувшись, он убедился, что никто не заметил того, что произошло между ними, и улыбнулся:
— Да и автобус уже прибыл. Так что пора ехать на вечеринку.
Двое вышли из небольшого кирпичного домика и направились к «воксхолл-вектре».
— Где они теперь? — кричал Джарвис в трубку, а Вильямс тем временем занимал место за рулем, заводил мотор и рванул с места, даже не успев закрыть дверцу. — Правильно, ждите нас там. Мы будем через полминуты.
Отключив связь, он тяжело вздохнул:
— Черт, что этот подонок задумал?
Вильямс погнал через мост и на другой стороне ударил по тормозам, чтобы не привлекать к машине лишнего внимания.
— Где они?
— Где-то у входа, — откликнулся Джарвис, указывая на заправку, и Вильямс вырулилил туда.
Вскоре они нашли Парри и Уайта — Вильямс остановился перед ними.
— Где Фабио? — высунулся Джарвис из машины.
— Пошел в кафе инструктировать своих агентов. Джарвис кивнул. Они только что вернулись.
— Что там происходит? — Он посмотрел в сторону парковки, тонувшей с каждой секундой в сумерках. Несмотря на сторожевое освещение, машины, за которыми велось наблюдение, уже исчезли из виду.
— Минут пять назад прибыл автобус с итальянскими номерами, и наши ребята стали туда грузиться.
— Грузиться?
— Ну, без вещей, разумеется. Эванс их куда-то собирается отвезти.
— Вещи?
— Ребят!
Распахнув дверцу, Джарвис выбрался из машины. Теперь он был на виду. И, хотя сам ни зги не видел на этой чертовой стоянке, они вполне могли за ним наблюдать.
— И что, Портера по-прежнему не видно? Стив Парри обошел машину и встал на всякий случай рядом, прикрывая шефа.
— Нет, как пропал.
Джарвис резко обернулся к нему:
— Что значит — пропал?
Парри озабоченно сморщился:
— Ну, они стояли у припаркованного «лексуса», — он показал в чернеющую пустоту автостоянки, — Терри с Фитчетом, и как будто спорили о чем-то. Хотя, может, и не спорили, а изображали, что спорят, — отсюда же не слышно. Потом к ним подошли двое: они о чем-то поговорили с Фитчетом и ушли оттуда, судя по всему, достаточно взвинченные. Как будто он их раззадорил не на шутку.