Команда
Шрифт:
Сколько роботов мы расколошматили, и какое количество сложенных из громадных бетонных блоков макетов зданий разрушили я, честное слово, вспомнить затрудняюсь.
Снаряды и бомбы считали не поштучно а тоннами. Пустыня, служившая полигоном, надолго запомнит нашествие троих гостей из прошлого. После нескольких дней неустанных тренировок технари, постоянно консультировавшие наш маленький отряд, стали поглядывать с заметной опаской. Им, чьими руками и силой разума были созданы эти чудовища, лишь при полевых испытания стало ясно, какого джинна выпустили из бутылки.
И, наверное,
Ковровое бомбометание — страшная тактика. Если же учесть, что при ведении боевых действий предполагалось использовать ядерные заряды, думаю, многим, очень многим политикам, взявшим на себя ответственность, становилось не уютно.
Сравняв с землёй очередной полигон, мы выстроились крином и устремились за пределы атмосферы.
Неощутимая, но, всё же, подразумевающаяся жара и клубы пыли, поднятые взрывами на добрую сотню метров, действовали угнетающе. Оставшийся позади «город» лежал в руинах. И вряд ли мы вернёмся сюда в обозримом будущем.
Хотя все прекрасно понимали, что никакого дискомфорта, вызванного проведением очередной операции в пустыне, попросту быть не может, хотелось дать натянутым нервам передышку. Мы направлялись куда нибудь подальше, в горы. Чтобы, приземлившись, выбраться из капсул и вволю надышаться пусть и разреженным, зато чистым и холодным воздухом.
Части же наземных служб спешно возводили всё новые и новые мишени, простиравшиеся на десятки километров. Их предназначение — превратиться в руины. Для того чтобы наша боевая единица могла выполнить порученную миссию.
Только представив, что один день учений обходится в месячный бюджет всего моего мира, я то и дело хватался за голову. Ибо казалось нереальным, что люди, достигшие подобного могущества и швыряющие на ветер плоды труда миллионов, могут кого-то БОЯТЬСЯ. Кто же ты, неведомый враг, с лёгкостью манипулирующий сознанием сотен разумных? Не сомневающийся, решивший обречь на уничтожение этот уникальный мир? Откуда явился в нашу Вселенную? И, что самое главное, как заставить тебя убраться обратно? Ведь, судя по всему, уйти по-хорошему не входит в твои планы.
И каковы вообще инфернальные намерения, начавшего необъявленную войну, грозящую тотальным уничтожением?
«Хотя», — недобро усмехнулся я, — «в сформулированном подобным образом вопросе изначально кроется не внушающий оптимизма ответ».
Глава 34
Алексей Орлов. Помощник члена Совета Федерации
— Алексей? — Голос Старика звучал как-то неестественно.
— Слушаю, Шеф. — Мельком глянув на часы, выяснил: пол третьего ночи. — Что-то срочное?
— Да. — Бросил он отрывисто и прервал связь.
Спешно натянув одежду, настроил портал
Вопреки утверждению непосредственного начальства, нигде ничего не горело. Сошедшие с ума части штурмовиков не атаковали территорию, забрасывая её кассетными бомбами. Более того, на всей базе не было заметно никакого движения. Персонал, как и положено добропорядочным обывателям, разошёлся по домам. Абсолютная тишина нарушалась лишь негромким жужжанием следящего робота, то и дело облетавшего периметр.
Я знал, что, невидимый в темноте, за доли секунды он успел сканировать вновь прибывшего и, сверившись с кодом допуска, потерял ко мне всякий интерес.
Шеф стоял у окна, мрачно глядя на спящую территорию, и курил трубку. В лунном свете было заметно, как дрожат его руки.
Чтобы ввергнуть в подобное состояние этого человека, должно случиться нечто экстраординарное. Например, погаснуть солнце. Или Луна, расколовшись надвое рухнуть в один из океанов.
Однако спутник, отражая свет невидимого в это время суток светила, оставался на месте. Что разом опровергало оба безумных предположения. Я молча ждал, прекрасно понимая, что просто так, за здорово живешь, Старик бы не пригласил. И, раз молчит, значит, просто не готов обрушить на мою бедную голову страшные новости.
— В одном из лагерей беженцев, расположенном в кратере Коперника начался бунт. — Глухо выдал Шеф. — Имеются жертвы. В основном, из числа переселенцев.
— Я готов.
Решив, что руководство хочет проверить отряд в деле, ничего, кроме очередной, командировки на ум не пришло. Конечно, подавлять мятежи — не очень приятное дело. Я бы даже сказал — грязное. Ибо любое восстание, как правило, кончается большой кровью. Доведённые до отчаяния, плохо вооружённые люди гибнут сотнями. Подобная работа не делает чести исполнителям. И не относится к числу тех, о которых в старости рассказывают внукам у камина.
«Господи, пусть всё кончится без моего участия». — Взмолился я.
И это не было трусостью. Ал-Ор, ставший неотделимой сущность «помнил» вещи гораздо более страшные. Но, всё же, как я не хотел отправляться на это задание!
— Где-то там осталась Лэн. — Старик сглотнул и поспешно отвернулся.
Потеряв дар речи, я уставился на него. «Только не это». — Бухало в голове.
— Так я бужу ребят?
Убитый горем Шеф отрешённо кивнул. Не спрашивая ни о чём, я быстро выбежал из кабинета, на ходу связываясь с Интауром.
— Поднимай группу.
— Слушаюсь, командир.
Пришелец из параллельного мира оставался невозмутим и спокоен. Надо — значит надо.
Через десять минут все четверо, облаченные в лёгкие скафандры стояли перед гиперпространственной кабиной. Набрав код, с облегчением обнаружил, что оборудование в кратере Коперника не обесточено. Иначе пришлось бы, теряя время, телепортироваться на соседнюю станцию и добираться на скутерах.
Как только ввёл ребят в курс дела, Ирина непроизвольно ахнула, сделав попытку прикрыть рот ладошкой. Несомненно, богатое воображение нарисовало массу страшных картин, заставивших девушку побледнеть.