Командор
Шрифт:
Тем временем помощники Кабанова вынесли трофеи и разложили их на три кучи: отдельно пистолеты, отдельно мушкеты и отдельно сабли. Этакий, блин, арсенал времен царя Гороха.
– А поновее у вас ничего нет? – спросил из строя какой-то пассажир.
– Кое-что есть, – ответил Кабанов. – Хотя и очень немного. Я понимаю, что вы не испытываете любви к музейным ценностям, но из настоящего оружия у нас один автомат, один охотничий карабин и несколько пистолетов. Все оно находится у тех, кто хорошо умеет им пользоваться. Проблема заключается не
Я невольно посмотрел на этих людей. Как и следовало ожидать, в своем большинстве они были бывшими телохранителями, а в том, прежнем лагере – еще и стражами правопорядка. Среди них я без удивления увидел Ширяева и с некоторым удивлением – Рдецкого.
– Только не думайте, будто я собираюсь использовать вас в роли пушечного мяса, – предупредил Кабанов. – Соотношение сил таково, что у нас на счету каждый человек. Те, кому уже довелось сражаться с пиратами в лесу или на «Некрасове», скажут вам, что наши противники такие же люди, как и мы с вами. Их можно убивать, а это для нас сейчас главное. Все наши вчерашние беды объясняются не превосходством нападающих, а внезапностью нападения и нашей безоружностью. Не станем трусить, и не станет у пиратов легких побед. А теперь приступаем к занятиям.
Кабанов взял в руку саблю и стал показывать простейшие приемы нападения и защиты. Часа полтора, блин, не меньше мы все, разбившись попарно, усиленно размахивали палками. Давать нам сабли Кабанов пока не стал, чтобы мы случайно не ранили друг друга.
После не слишком обильного завтрака Кабанов устроил получасовой отдых. Я был не против поспать хотя бы эти тридцать минут и уже расположился было в тенечке, когда рядом уселся Кабанов, протянул мне сигарету и сообщил:
– Надо поговорить. Надеюсь, ты не против?
– А это имеет значение? – поинтересовался я, кляня в душе разговоры на любую тему.
– Наверное, нет, – едва заметно улыбнулся Кабанов. – Прости, что отвлекаю от отдыха, но кто знает, будет ли еще время?
– Всякое может случиться, – вынужден был согласиться я. – Хотя не вполне понимаю, почему разговаривать надо со мной, а не с другим, более сведущим в военных делах.
– Элементарно, Ватсон. Если ты назовешь хотя бы еще одного штурмана в лагере, то я оставлю тебя в покое. Мы находимся на острове, поэтому без твоей помощи ни о каком спасении не может быть и речи. Допустим, мы победим, или, что гораздо более вероятно, пираты уплывут прочь. Вряд ли сэр Джейкоб устроит на нас охоту только ради своего удовольствия, а поживиться у нас нечем. Но даже останься мы одни, наше положение улучшится ненамного. Продуктов мало, никакой помощи не будет. Все придется делать своими силами.
– Ты хочешь убраться с острова? – Я уже давно понял, куда клонит Сергей, и мой вопрос прозвучал скорее риторически. – Что я могу сказать? Карты у нас нет. Малые Антильские острова – это недалеко от Южной Америки, севернее нынешней Венесуэлы. Что там сейчас – понятия
– Отдадут или нет, это полдела, – перебил Кабанов. – Ты лучше скажи, ты с парусником справиться сможешь?
– Когда-то давно практиковался. Будет немного времени, разберусь. Но ведь нужна еще и команда. Не в одиночку же мне паруса ставить?
– А твои орлы? Хотя, откуда им? Ах, да! Как я забыл? Флейшман. Он, помнится, хвастался, что любит ходить на яхте. Считай, один помощник уже есть.
– Ты что, всерьез, ядрен батон, хочешь захватить один из кораблей? – удивился я. – Но как?
Кабанов докурил сигарету до фильтра, вдавил окурок в землю и отрицательно покачал головой:
– Пока – нет. Не вижу особого смысла. Представь, мы добираемся до какого-нибудь фрегата, берем его на абордаж, а что дальше? Дальше, пока мы будем разбираться с парусами и якорями, четыре прочих долбанут нас артиллерией и раскатают, как на блюминге. Было бы тут одно судно, тогда дело другое.
– Не помешал? – прервал наш разговор подошедший Рдецкий. – Можно присоединиться?
– Конечно. Гостем будете, – кивнул Кабанов.
Рдецкий присел перед нами и задумчиво почесал обросший щетиной подбородок.
– Думаете, что делать дальше, Сережа? Власть вы захватили, людей заставили заниматься военной подготовкой, а теперь ищете способы одоления супостата?
– Вы осуждаете или завидуете? – шутливо спросил Кабанов, но брошенный на Рдецкого взгляд был холоден.
– Помилуйте, Сережа! – улыбнулся тот. – Ни то ни другое! Вы один из немногих профессиональных военных, вам и карты в руки. Не слушать же вашего шефа, который, извините, умеет только языком молоть… – Он красноречиво развел руками.
Я ждал, что Кабанов заговорит в ответ, но он продолжал сидеть молча, словно ждал продолжения.
– Вы молодец, – вынужден был заговорить Рдецкий. – Я восхищаюсь вашей энергией и вашими методами, но – единственный вопрос. Вы – военный, прекрасно владеете оружием, умеете заставлять людей выполнять приказы. Все это очень хорошо… в боевой обстановке. Однако обстоятельства могут меняться, и при некоторых переменах ваши таланты могут оказаться бесполезными. Вы не считаете, что вам нужен советник по гражданским делам?
– Вы говорите о себе?
– Допустим, – не стал отрицать Рдецкий. – Впрочем, если у вас есть более достойные кандидатуры…
– Нет, никаких кандидатур у меня нет. Но вы не обижайтесь, я считаю этот вопрос несколько преждевременным. Мне совершенно не нужна власть, я и в самом деле военный, а не политик, но в данный момент наше положение настолько критическое, что дележ портфелей не имеет никакого смысла. В более спокойной обстановке мы непременно вернемся к нашему разговору, а пока извините.