Компаньоны

Кожевников Алексей Венедиктович

Куда ни пойдет может жить…

и любит «Червонец» курить…

А в голове мысли извивались червяком, выдумывали, как выручить от Шарки салазки. Шиш и Азямка сидели рядом,

ждали, что придумает, что скажет Ягода.

— Пошли! — вскочил Волчья Ягода.

Молча все трое бежали городом в предутренний час.

— Шиш, веди нас к Шарке. Силой отобьем, украдем!

Перемахнул Ягода через заборчик на двор, нашел салазки у крыльца, перебросил одни, другие ударились в забор, вторично раскачал и перебросил.

Загремели в сенях засовы, там Шарка с дедушкой готовились дубьем рассчитаться с ворами.

— Шиш, Азямка, убегай скорей ко мне! — кричал со двора Ягода, сам карабкался на забор. Вылетел на двор Шарка с дубиной, в то время Ягода перепрыгнул через забор и пустился вслед за своими компаньонами: не посмел Шарка догонять их.

Февраль месяц, крупное солнце и, весна из–за него выглядывает. Навозные улицы, рыхлый снег, тяжелые дороги, тяжелая

работа. Не страшно солнце, не страшна весна и дороги навозные, петухом поет сердце компаньонов. Сберегли они рубль на тележку. Не страшен Шарка, пробовал он к Ягоде пристать, салазки отнять у него, да уложил его Ягода на Мостовую одной рукой. И с тех пор боится он попадать компаньонам навстречу.

— Шиш, Азямка, пропустим поезд и пойдем, — говорит Ягода.

— Все?

— Идем все…

Пошли все на Покровку в отделение сберегательной кассы. Волчья Ягода встал в очередь, а Шиш и Азямка глядели в окно с улицы, как бритый служащий пересчитывал общекомпанейский первый рубль и выдавал Ягоде серенькую книжку.

— Вот она, будет тележка! — хлопнул ягода серенькой книжечкой. — Айда ребята, поезд скоро придет, заработаем, добавим! — и побежали все на вокзал.

Свети солнце, иди весна, не страшны дорожки навозные, рыхлые, не разбить вам теперь жизнь дружную — компанейскую!