Концессия 3
Шрифт:
– То есть бойцы ещё и платить должны за этакую вот лотерею?! – прифигел я. – И сколько, если не секрет?
– По десять кусков с участника. Тоже в либеро. Но бойцы туда в основном идут не за баблом, а за шансом подняться в «лос атлетас».
– Чуть больше штуки марок… терпимо, особенно если вы платите. А сколько участников? – продолжил я допытываться.
– Когда как, - напряг память Анхель. – Но не меньше четырёх раундов обычно бывает.
– То есть шестнадцать рыл… а если, скажем, двадцать? Тогда что?
– Пропускают в турнир первых шестнадцать,
– А если… ну, двадцать восемь? Или двадцать шесть?
– Вот ты душнила, Генри! – возмутился уже совсем оправившийся от унижения Анхель. – Если двадцать восемь, устраивается предварительный раунд по жеребьёвке. Закрытый, без ставок. И на вылет. А кому противника не хватило, тот проходит в основную часть без боя. И давай не спрашивай про тридцать три! – взмолился он. – Ясно же, что лишних отсеивают, а турнир начинается не с одной восьмой, а с одной шестнадцатой!
– Ещё один организационный вопрос, последний! Клянусь!
– Валяй.
– А в этом году сколько народу, не в курсе?
– А пока никто не знает, Генри. Участников набирают в течение суток накануне мероприятия. Так что лучше оказаться в числе первых шестнадцати…
– Если мы вообще впишемся, - педантично уточнил Вова.
– Да-да, я помню! – огрызнулся Анхель.
– В общем, в итоге призовой фонд почти двадцать тысяч корпоративных марок, - вернулся я к конкретике. – Ну, в эквиваленте.
– Около того, - подтвердил наш незваный гость. – Но это реальная мелочь. Если вы впишетесь, и Генри ляжет в финале, то мы поднимем гору бабок. И из них ваши целых десять процентов! Ну как, подписываетесь?
– Ещё один момент, коллега! – поднял я руку.
– Да, Генри?
– Я правильно понимаю, что в джек-пот вы соваться не намерены?
– Да кто бы нас туда пустил! – с явным сожалением вздохнул мой собеседник.
– Что ж, Анхель… в таком случае, - медленно выдохнул я сквозь зубы, - тебе кто-нибудь говорил, что ты идиот? Нет? Ладно, тогда я буду первым.
– Да с чего бы?! – возмутился тот.
– Да с того, что элементарный подсчёт по твоей же методике показывает, что десять процентов от удвоения твоей финальной ставки дадут нам с Владом чуть больше десяти штук корпоративных марок! Или даже меньше, там как карта ляжет со ставками. И это если брать процент от всей суммы, а не только от выигрыша! И какой же мне смысл ложиться в финале, если за победу я могу получить двадцать с небольшим хвостом?
– Можешь получить, а можешь и не получить, - философски пожал плечами Анхель. – Останешься на нулях, если на крутого бойца нарвёшься. А у нас с гарантией! К тому же торг уместен.
– Сразу на хер! – рыкнул я, но наткнулся на умоляюще-предостерегающий Вовин взгляд и махнул рукой: - А, да пошли вы все!
– Продолжаем разговор, - ухмыльнулся мой напарник, только что по факту получивший карт-бланш на развод кучки лошья. – Профессор горяч, но отходчив. Однако его нужно заинтересовать. И не жалкими десятью процентами, предупреждаю сразу!
– Мы слушаем, - ответил за всех
– Секундочку! – попридержал Вова ничего не подозревающего клиента. – Есть ещё один щекотливый момент. Не кажется ли вам, коллеги, что в этой схеме помимо Профессора нужен второй боец, который – вы точно знаете! – способен дойти до финала? Форс-мажор сразу отбрасываем, на то он и форс-мажор. Потому что угадывать одного из полутора десятков... такое себе. Вот ты, Анхель, уверен, что сможешь угадать? Или у тебя и на этот счёт есть инсайд?
– Ин… что? – отвёл взгляд тот.
– Инсайд, блин! – взорвался я. – Информация из близкого окружения! В глаза мне смотреть! Есть такое?!
– Я знаю ещё одного бойца, который будет участвовать, - ожил Алехандро. – И он, как и ты, способен меня размазать.
– А меня?! – без ложной скромности хмыкнул я.
Чёрт! Ведь зарёкся… но с такими разве можно удержаться от соблазна?
– Пожалуй, теперь я уже ни в чём не уверен… - всерьёз задумался отбойщик, машинально коснувшись нижней челюсти.
– Вот видишь, Анхель, твоя схема потеряла актуальность! – снова перехватил инициативу Вова. – Если уж ваш главный эксперт не даёт гарантий… не проще ли изначально поставить на Профа? Рисковать, так уж по делу! И Проф будет знать, что нам к рукам хотя бы призовой фонд прилипнет.
– С хрена ли?! – возмутился Анхель. – Ты ж сам сказал, что взнос мы платим! Значит, и фонд наш!
– Так! – соскользнул я с подножки и угрожающе двинулся на не в меру борзого гостюшку. – Ну-ка, на хер!
– Стой, Проф! – перехватил меня на полпути Вова. – Не кипишуй. Сейчас всё уладим. Ведь уладим же, пацаны?
– Да мы теперь уже тоже ни в чём не уверены, амигос! – подал голос Пончо, опередив Анхеля.
– Вот и ладушки! – истолковал ситуацию в свою пользу Вова. – Короче, пацаны, слушайте наши условия. Мы подписываемся, если вы оплачиваете взнос за участие Профессора в замесе – это раз. Потом, если уж нельзя во всех раундах, вы делаете ставку на Профа в финале и молитесь всем богам, ангелам и демонам разом, чтобы он его выиграл. После этого нам отходит призовой фонд и восемьдесят процентов выигрыша по ставке. Я сказал выигрыша! Исходная ставка и так ваша. А двадцать процентов от остального вполне достаточно за услуги посредника. Вам ведь всего-то и нужно, что сделать ставку, забрать выигрыш, да передать нам нашу долю. Вы, можно сказать, на халяву кучу бабла получите. Ведь я же правильно понимаю, что боец не может ставить сам на себя?
– Боец – нет, - помотал головой Анхель. – И вообще ни на кого. У бойца право только на призовой фонд.
– Э-э-э… а я? – задумался Вова, нехорошо покосившись на гостя.
– Ты тоже не можешь, - торопливо заверил тот. – Ты же с ним в деловых отношениях состоишь, и по-любому знаешь, на что он способен. Ни боец, ни его ближайшее окружение, то есть родственники и друзья. Запрет хоть и негласный, но… пример вам уже привели.
– А вы, получается, совсем другое дело? – с немалой долей сарказма ухмыльнулся мой напарник.